Тайна моей матери

8. Портрет незнакомца

Анабель, 2148 год

-Ещё разок, у статуи!

Я терпеливо ждала, когда произойдёт щелчок. До сегодняшнего дня я даже не подозревала, что Эсми любил фотографировать. Это доставляло ему некую радость, признак чего был чётко написан на его лице. Он нажимал на кнопку и любовался, словно там была не я, а королева красоты.

-Некоторые фото я обработаю. Тебе понравится, - сообщил он с воодушевлением.

Я кивнула. Задумалась, смогу ли по памяти нарисовать его лицо.

-Сегодня нас ждёт чудесная прогулка! Познакомишься с моими друзьями.

Возможно, это неплохо. Но этот день хотелось провести вдвоём. Я и Эсми толком не знаю, зачем мне его друзья? Мне кажется, он прячется от меня за стеной, сооружённой то из дел, то из других людей. А ещё для меня стало открытием, что Эсми - уверенный пользователь разных технологических штучек нашего времени. У него были часы-телефон, “говорящий” пояс для спортсменов (описывающий все физические нагрузки за день) и, конечно же, очки виртуальной реальности. Он хорошо разбирался в настройках и смело участвовал в замысловатых разговорах, отражающих суть прогресса. Я выросла в семье, где подобные беседы шли очень редко (мама с папой, конечно, не отставали, но предпочитали реальное общение продвинутой видео-связи и, в отличие от Эдварда, не “зависали” в 3д атмосфере компьютерных игр).

Уэймут был мне симпатичен. Мы посетили океанариум, пляж и Уэймут-харбор, красивую пристань небольших кораблей с разноцветными, низкими домиками и толпой восторженных туристов. Здесь жизнь текла во все стороны, напоминая бурлящие морские волны. Здесь небо было так же серым, но имело совершенно иной оттенок, как и облака, спешащие и наблюдающие за миром внизу. Здесь было много смеха, много ссор и дружеских перепалок, света и сумрака, реальности и грёз. Здесь было всё иначе, не так, как в Портленде, где мир, казалось, застыл и стянулся в одну серую точку.

-Мама, мы от кого-то прячемся? - спросила десятилетняя девочка, вышедшая на порог дома.

-Нет, родная,. С чего ты взяла? - мама ласково на меня посмотрела, в синеве её глаз плескались волны.

-Тогда почему мы живём здесь?

-Здесь красиво. И спокойно.

-Здесь страшно.

Мама подошла ко мне и обняла. Не помню, когда она обнимала меня крепче.

-Почему тебе страшно?

-Потому что здесь много воды.

-Океан лишь кажется грозным.

-А дождь? Почему его так много? - не унималась я.

-В Англии часто идут дожди, - мама присела и подарила мне улыбку.

Помню, как посмотрела на своё ситцевое платье. На него приземлилось несколько капель, покинувших серость небес.

-Становится холодней. Пойдём в дом, - мама заботливо взяла меня за руку и повела внутрь, но я успела обернуться и увидеть ещё одну попытку океана вырваться из своего заточения.

Папа тоже не сказал. Он был у истоков зарождения нашей семьи, заложил её фундамент и облёк это в тайну, словно завернул в покрывало, заглянуть под которое я не могла. Иногда казалось, что папа и мама просто играли роли, а может быть, даже пытались стать семьёй, где все живут долго и счастливо.

-Всё хорошо? - по-моему этот вопрос прозвучал повторно.

Эсми заглядывал в мои глаза, будто читал текст, что писали мои мысли. Надеюсь, почерк у них неразборчивый.

-Ты только что как будто улетела в другую реальность.

-Нет, я здесь.

-Сейчас да, - констатировал он в задумчивости.

Друзья Эсми походили на него самого - мало болтали, много восхищались видами и постоянно фотографировали. Поначалу мне это нравилось, но потом внезапно стало скучно. Не то, что б я сама была болтушкой, просто неловкие паузы в общении хотелось чем-то заполнить.

Меня порадовало то, что мы всё же прошлись по Уэймут бич вдвоём. Друзья потихоньку разошлись, словно сговорились, и в этом я увидела помощь высших сил. Мы с Эсми слишком мало знали друг о друге, в этом мама была права. Но за смелой внешностью она не рассмотрела робкой души, полной романтизма.

Конечно, душевных откровений я пока не дождалась. Может, для них ещё рано?

-Если ты не против, сходим в бассейн завтра утром. Надеюсь, ты не потеряла сноровку?

-Нуу… В океане я не плаваю, могла что-то и забыть, - ответила я с улыбкой.

-Вот и проверим.

Наверное, это будет интересно. Эсми всегда чем-то занят, учёба и увлечения занимают так много места в его душе, что я даже не знаю, есть ли там местечко для меня. Пока что он ведёт себя как мой друг, и до уровня парня и девушки мы, кажется, не доросли. Мама бы сказала, спешить некуда. А с таким, как Эсмейл, и вовсе нельзя.

Буфет ещё был открыт для перекусов, когда я, неожиданно голодная, спустилась вниз. Я бы хотела позвонить Эсми, но он, наверное, уже спит. Или редактирует мои фотографии. Не знаю зачем, но я всюду таскаю с собой листок бумаги, где зарождается мужской портрет. Хотелось бы, чтоб это был Эсмейл, но черты его лица так не похожи на те, что в порыве необъяснимых чувств рисовала моя рука.