Тайна Мунакра. Легенда Лунного меча

Глава 17 "Три дня размышлений. Часть 2"

День третий

Робин ждал обеда, смотря в потолок. Мысли крутились о том, насколько правдивы слова, написанные Марком. Была ли, на самом деле, это возможность убежать и вернуться к Марии? Де Нуар должен был ей многое рассказать.

За стенами наступила звенящая тишина. Единственным, что нарушило её, было звяканье ключей и поворот дверного замка комнаты, где в заключении сидел Робин. Тяжёлые и быстрые шаги удалялись от злосчастной тюрьмы парня. Как только звуки стихли окончательно, Де Нуар вскочил с кровати и в два прыжка оказался у двери. Тихий скрип металлических петель предвещал скорую свободу. Перед выходом лежала небольшая сумка, которую Робин мгновенно закинул за плечо. В ближнем кармане он нашёл карту с инструкцией побега из дома Стеллэров. Следуя по намеченному пути, через пару минут Робин оказался уже у выхода из здания. Не обращая внимания на то, как выглядела его тюрьма, хотя этот вопрос волновал его все эти дни, Де Нуар пулей помчался на север прочь от всего, что было связанно со Стеллэрами.

***

Дарлин стояла в прекрасном чёрно-фиолетовом платье. Тугой корсет, обшитый различными по величине хрустальными камнями, стягивал утончённую фигуру девушки, что гордо стояла на возвышении. Сколько бы лет не прошло, но аристократические правила этикета не позабылись. Подол струился, облегая тело, лишь впереди несколько слоёв юбок были немного пышнее, чем сзади, и собирались на левом бедре брошью. По всему платью сияли россыпи хрусталя, напоминающие звёзды. Шёлк отражал на себе пламя огромного костра.

Перед девушкой стояла целая толпа, принадлежавшая к роду Стеллэр. Всё семейство собралось, чтобы торжественно поприветствовать «переродившихся». Так называли людей, которые только-только дали клятву Первой Лунной Принцессе. По правую руку от Дарлин стоял Инклиф Стеллэр, глава семейства, а по левую — Марк Стеллэр, под прикрытием носивший фамилию Франц. Чуть поодаль переминался с ноги на ногу парень, с тревогой поглядывающий на Де Нуар. Волнение за девушку, что была намного старше его самого, не давало покоя, но видя, как ободряюще Марк сжал её плечо, это чувство отходило на другой план.

— Пора начинать, — молвила девушка взмахнув рукой, после чего перед Инклифом появился список будущих «перерожденных»

***

— Пора начинать, — тихо молвил Лукас, за локоть которого ухватилась Мария.

Весь клан Де Нуаров собрался в амфитеатре на утёсе. Кёр Де Нуар судорожно вдыхал прохладный воздух, раздувая ноздри. Перед ним была важнейшая задача — заставить своих людей поверить, что он не вел их на напрасную гибель за Лунной Принцессой.

Элизабет с трудом уговорила Марию надеть платье, которое появилось на девушке, после клятвы Дэна. По словам Уайт, это нужно было для того, чтобы долина снова не озарилась после первой клятвы и не привлекла внимание врагов. Так что девчушка в данную секунду нервно теребила край накидки, пока Кёр делал свои шаги.

И вот после клятвы главы рода, Мерривезр вздохнула полной грудью. Холодный воздух наполнил лёгкие. После двух дней тренировок она научилась чувствовать магию внутри себя, и по завершению слов Кёра Де Нуара она почувствовала увеличение этой магии. С каждым новым человеком поток увеличивался, но вскоре понадобился перерыв.

— Дэна с самого утра не видно, — тихо произнёс Эрик, подавая воду Марии, которая сидела в самом первом ряду амфитеатра.

— Он выполняет мою миссию, — почти шёпотом ответила Принцесса, покосившись на Лукаса.

Парень отвергал идею до последнего, а в итоге сдался с потрохами, словно и не старался отговорить две рыжие головы, которые вместе придумали самую опаснейшую операцию на этом бренном свете.

— Посвятить пока не можешь? — Бред присел рядом, судорожно выдыхая и смотря на горизонт, где небо смыкалось с морем.

— В данную минуту, если всё пошло по плану, он нашёл Робина в особняке Стеллэров.

— Почему только Робина? — всполошился Эрик, наблюдая за Элизабет и Лукасом, которые опрашивали давших клятву. — Марк нам тоже друг.

— Больше нет, — сухо проговорила девушка, всматриваясь вдаль, как и Бред.

Они молчали. Это была та самая тишина, которая спасала. Каждый блуждал в своих мыслях, но при этом тема размышлений была одна. Эрик не высказывал своё эмоциональное мнение лишь потому, что Лукас просил не привлекать внимание к Марии. Ей надо было отдохнуть. Бред уже давно был немногословным. Когда печальная новость дошла до него, он не мог выразить каких-либо эмоций. Отвык.

***

Робин мчался по лесу, сломя голову. Он петлял и старался не оставлять следы. Если ветви цеплялись за одежду и рвали её, он обязательно снимал куски материи. Самое главное — не потерять ленточку Марии, которую он выкрал перед отправлением Принцессы в замок Де Нуаров. Он знал, что соколиное перо всё ещё у Мерривезер. Они всегда брали без спроса друг у друга что-нибудь на память. Это стало традицией.

Солнце уже заходило за кроны деревьев, окрашивая в розово-оранжевый облака. Только заметив это, Робин остановился. Он всматривался вдаль, где уже виднелась фиолетовая дымка. Можно было сделать привал. Де Нуар исследовал содержимое сумки. Там оказалось немного еды и вода, а также три конверта для Марии, Лукаса и Элизабет.

Робин облокотился о ствол гигантского дуба. Парень был уверен, что это дерево уже много веков охраняло границу дымки. Веки сами собой закрылись, погружая парня в желанный сон.

День четвертый

В замке Де Нуаров творился беспредел. Парочка юных дарований сбежала ночью на территорию Мерривезера, а когда утром вернулась с вестями, то оба выслушивали часовую лекцию родителей. Мария и Кёр должны были присутствовать, чтобы сделать выводы.

— Мамочка, мы всего лишь хотели помочь, — девочка лет десяти опустила глаза в пол и перебирала рукава своего платья.

— Азалия, — начала Мария, опережая очередную гневную тираду матери проказницы, — когда вас не обнаружили в постелях, начался такой переполох. Твоя мама так переживала, что хотела пойти обыскивать лес со всеми. Ты пойми одну вещь, — Лунная Принцесса присела на корточки и убрала выбившуюся прядь тёмных волос девочки за ухо, — ваша помощь — это обучение и тренировки. Сколько разведчиков не вернулось домой, ты знаешь? — после легкого кивка Мария улыбнулась. — А что бы почувствовала твоя мама, если бы не вернулась ты?