Тайна Мунакра. Легенда Лунного меча

Глава 22 "Я пойду за тобой"

Мария сидела прямо на одном из столов в огромном обеденном зале, задумчиво водя ладонью по грубой поверхности столешницы. Рядом на скамье — Элизабет и Лукас. Блэк понуро опустил голову и старался не смотреть девушкам в глаза. Он только что закончил свой рассказ о встрече с Дарлин, которая была в теле деревенского мужчины, и о том, как погибли Кёр Де Нуар и Бенджамин Мерривезер.

Толпа Де Нуаров напрягала. Глаза Марии бегали от лица к лицу. Кто-то скорбно опустил голову, кто-то порывался отомстить за главу клана деревенским. Женщины и дети плакали. Раненые войны с огромной печалью смотрели в пол. Каждый понимал, что всё можно было изменить. Но одно не давало Принцессе покоя — нигде не было Дэна.

После того, как Лукас принёс известие о гибели главы клана, Робин отправил небольшой отряд доставить тело отца в замок. Остальных парень велел собрать в обеденной зале.

Дверь отворилась. В наступившей тишине был слышен её безутешный скрип. В залу вошли Робин, Ричард, Бред и Эрик. В молчании они подошли к друзьям. Лукас вскочил резче, чем планировал. Из-за своих угрызений совести Блэк уже не контролировал ни физическое тело, ни магическое.

“Соберись!” — прошипела Мария в голове друга.

Красные глаза расширились. Верно. Он дал огромную слабину, раз Лунной Принцессе без проблем удалось проникнуть в его голову. Ричард сдержанно похлопал Лукаса по плечу, забывая, что перед ним не малец, которого стоит обучать, а магическое существо.

— Не стоит, Ричард, недооценивать Лукаса. По его словам, важнее было выведать у Дарлин как можно больше информации, — Робин слабо улыбнулся Марии.

Они только начали налаживать свои отношения, но уже сейчас печально смотрели друг другу в глаза. Элизабет помогла Марии спуститься со стола на пол. Последняя тренировка в магическом искусстве не прошла даром для её физического тела. Мерривезер выпрямилась. Де Нуарам предстало невообразимое зрелище. Девушка подобрала всё своё естество и гордо взглянула в глаза Ричарда.

— Думаю, — со сталью в голосе проговорила Мария, — что Кёр Де Нуар, многоуважаемый и благородный человек, знал на что шёл. Если бы не гордыня, — на этом слове её серые глаза стали холоднее обычного, — которую мы с Робином старались пресечь в вас ещё пять лет назад, то он бы сейчас стоял здесь. Но! — тонкий указательный палец поднялся в воздух. — Гнев и гордыня завладели им. Из-за обиды за свою семью и людей Кёр пошёл на этот бой. По причине своего высокомерия он снял нагрудник.

Холодные серые глаза прошлись по каждому из присутствующих, останавливаясь лишь, чтобы поймать взгляды. Все Де Нуары смотрели на миниатюрную Марию, которую в прошлом называли избалованной городской девчушкой. Пару часов назад они её считали частью их клана. После смерти дяди Марии, последняя должна была вступить в права своего рода. Теперь всё казалось слишком запутанным. Сейчас Мерривезер читала лекцию советнику и ещё не вступившему в свои права главе клана.

— Прошу меня простить, но мне, а также и Элизабет с Лукасом, нужно доставить тело моего дяди в фамильный склеп в поместье. Вы ни на секунду не вспомнили, что он был заколдован всё это время. Так что, как его единственная наследница, я обязана должным образом позаботиться об упокоении его души, а также о деревнях, чьим помещиком он являлся. — Мария посмотрела в упор на Робина: — Нас не будет пару дней. Пожалуйста, не усугубляйте ситуацию с родом Стеллэр за это время. Силы во имя мести не несут блага. Око за око сделает мир слепым.

В наступившей тишине Принцесса повернулась к Лукасу и кивнула на свой меч, что лежал на столе. Как только Элизабет повесила колчан на плечо, а Блэк забрал их вещи, компания двинулась пешком через лес. Два часа пути без остановок на передышку, и поместье Мерривезеров отворит свои двери перед наследницей рода.

Робин смотрел вслед Марии. Она была права. Как бы Де Нуару не хотелось, чтобы девушка осталась в трудную минуту с ним, у Лунной Принцессы есть свои обязанности, ведь на её плечи легла ещё одна ответственность.

Бред в поддержке сжал плечо друга. Они забрались на стол, на котором сидела Мария, повернулись ко всем Де Нуарам. Бред отошёл на два шага и слегка улыбнулся другу.

Робин сжал и разжал кулаки, сделал глубокий вдох и заговорил:

— Сегодня мы проведём прощальный пир в честь моего отца, — голос слегка дрогнул на последнем слове, но Де Нуар продолжил. — С завтрашнего дня я вступаю в наследие Кёра Де Нуара. Никаким Детям Звёзд не дано сокрушить наш славный род. Мы есть друг у друга. Давайте окажем поддержку каждому, кто в ней нуждается. Сейчас не время отдаляться от близких, и не время раскисать. Мой отец не хотел бы, чтобы его оплакивали слишком долго, особенно в тревожные для рода времена.

Зал погрузился в молчание. Как бы клану не хотелось поддержать речь, сейчас было не время. Раненым нужна помощь в постоянной перевязке. Все разговоры о главном будут вечером, после старинной традиции сжигания тела и возложение доспеха на мемориал в подвале замка.

О теле Бенджамина позаботился Робин. Он приказал отнести его к дверям поместья. Мария с печалью рассматривала бледное лицо дяди. Они так и не успели сблизиться. Лёд между ними лишь начинал таять пять лет назад. Девушка поднялась и посмотрела на друзей. За их спинами было какое-то шевеление в кустах. Мерривезер схватилась за рукоять меча, как на землю повалился Дэн. Он, кряхтя, встал и отряхнулся от листьев и песка. Зелёные глаза оглядели компанию и печально блеснули. Парень подошёл к ребятам.

— Что ты тут делаешь? — Элизабет улыбнулась уголком губ и сложила руки на груди.

— Не хотел находиться в замке ближайшие пару дней, поэтому сбежал бродить по лесу, а потом заметил вас. Вы были погружены в свои мысли настолько, что даже самый неопытный следопыт смог бы напасть на вас.

— Шутки сейчас неуместны, Дэн, — хмуро отозвался Лукас подходя ближе к телу Бенджамина, — лучше помоги.

Парни подняли носилки, на которых Де Нуары принесли тело, и отправились за Марией. Девушка обошла поместье со стороны своей башни. Дальше начинался сад. Шагая вдоль почти умерших роз, Мерривезер вспомнила, как укололась о шипы, когда был ужин в честь примирения. За садом, в самом далёком уголке участка находился склеп. Массивные двери помогла открыть Элизабет. Свет поступал лишь от входа.