Тайна нефритовой жемчужины.

Лиз. Или Бедная Лиза

"Орлов — человек с кристально чистой совестью."

Лиз нервно постукивала ногтями по бокалу с вином, пока в полумраке уютного бара напротив неё устраивался детектив по прозвищу Румын. Мужчина выглядел так, будто его вытащили из нуара пятидесятых: тёмный плащ, шрам на скуле и привычка пить дешёвый виски.

— Ну, что у вас для меня? — Лиз сделала глоток и прищурилась.

Румын вздохнул, покрутил в руках стакан и открыл папку с отчётами и фотографиями.

— Чист, как младенец.

— Что?!

— Ну вот, реакция стандартная, да. Два года слежки, лучших людей подключил: камеры, дроны, анализ контактов — ни-че-го. Ваш Орлов живёт как скучный профессор. Учит молодежь, мотается по конференциям, не тусуется, не шикует. Отпуск проводит в лесах Латвии. Там, в глубинке, реликтовая деревенька ведьм отмечена. Семейный. Дом — крепость, без шанса заглянуть внутрь. Поставщики? Ноль. Продажи? Минимум. Скорее бартер. Кто так делает?

Лиз стиснула зубы.

— Он меня обманул. Он меня бросил без ресурса! А ведь он где-то добывает их, чёрт его дери!

Румын хмыкнул:

— Может, ваш Орлов потратил всё, что было, на ваши прожекты, мэм?

— Чушь! Он мне эти кристаллы давал, как ненужные пуговицы. А теперь — ничего!

— Ну, мог бы и продать. Деньги-то ему не помешали бы.

— Вот именно! Почему он этого не делает?!

Румын задумчиво провёл пальцем по краю стакана:

— Есть теория. Вам не понравится.

— Говори.

— Он их не покупает, потому что у него их слишком много. Или потому что больше негде их брать. Хотя он фигура достаточно публичная. И на одних своих книгах, конференциях и лекциях зарабатывает отлично. Даже без продаж артефактов, за которыми, к слову, стоит очередь. Профессор не гонится за длинным рублём.

Лиз нахмурилась.

— И какая у вас рабочая версия?

— Понимаете, есть два варианта. Люди копят что-то, когда это ограниченный ресурс. И тратят на хорошенькую женщину всё подчистую. А потом тихо возвращаются в семью, где их любят и просто за то, что они есть.

— Или?

— Или, если у вас сундук золота — вы будете его приумножать. Но если у вас гора золота размером с Альпы — вам не нужно считать.

— Ты хочешь сказать, что у него бесконечный источник?!

Румын лениво пожал плечами:

— Я говорю, что он не ведёт себя как человек, у которого заканчивается товар или возможность его приобрести. Это не жадность. Не скрытность. Это равнодушие. Он вообще не парится. А это уже пугает.

Лиз замерла.

— Если у него есть источник, он мне нужен.

Румын усмехнулся:

— Может, и нужен. Но я его не нашёл. А значит, либо он вне досягаемости, либо вы копаете не там.

Лиз стиснула бокал так, что тот едва не треснул.

— Орлов, ты не уйдёшь от меня.

Румын откинулся на спинку кресла, наблюдая за ней с ленивым интересом.

— Женская обида — страшная сила.

— Ты даже не представляешь, насколько.