Тайна особняка фон Штайнберг

Глава 1: "Вызов в особняк"

Октябрьский туман густыми серыми волнами обволакивал мостовые Берлина, превращая газовые фонари в призрачные светящиеся пятна в утренней мгле. Город просыпался медленно, словно нехотя расставаясь с ночными тайнами. По брусчатке Фридрихштрассе стучали копыта лошадей, везущих первых торговцев на рынок, а из труб домов уже поднимались тонкие струйки дыма, говорящие о том, что хозяйки затапливают печи для приготовления завтрака.

Питер Морган стоял у окна своей небольшой квартиры на третьем этаже дома номер сорок семь по улице Мольтке, держа в руках чашку с дымящимся кофе. Его голубо-серые глаза внимательно изучали пробуждающийся город, а каштановые волосы были безупречно уложены, несмотря на ранний час. В свои двадцать шесть лет он уже успел заработать репутацию одного из наиболее проницательных частных детективов Берлина, хотя многие до сих пор удивлялись его британским манерам и безукоризненному этикету, столь необычному для этой профессии.

Питер был одет в тёмно-серый шерстяной костюм прекрасного кроя, белоснежную рубашку с высоким воротничком и элегантный галстук цвета бордо. Его высокая фигура — около ста восьмидесяти пяти сантиметров ростом — придавала ему внушительный вид, а аристократическая осанка выдавала в нём человека, получившего классическое образование в лучших британских традициях.

Три года назад он переехал в Германию по причинам, о которых предпочитал не распространяться, и с тех пор сделал Берлин своим домом. Он прекрасно владел немецким языком, изучив его ещё в Оксфорде наряду с правом и криминологией, и быстро адаптировался к особенностям местного менталитета. Впрочем, некоторые британские привычки он сохранил неизменными — например, утренний кофе он готовил исключительно по собственному рецепту, а вечером непременно читал английские газеты, которые выписывал из Лондона.

Внезапно в дверь раздался энергичный стук. Питер поставил чашку на письменный стол красного дерева, стоявший у окна, и направился к двери. На пороге стоял молодой полицейский в синей форме, тяжело дышавший после подъёма по лестнице.

— Герр Морган? — спросил он, снимая фуражку. — Меня зовут Фриц Мейер, я из участка на Александерплац. Комиссар Краузе просил немедленно передать вам это письмо.

Питер принял запечатанный конверт с официальной печатью берлинской полиции и вскрыл его элегантным серебряным ножом для бумаги. Почерк комиссара Вильгельма Краузе был ему хорошо знаком — они сотрудничали уже не первый год, и Краузе часто обращался к услугам частного детектива в особо сложных случаях.

«Уважаемый герр Морган! — читал Питер. — Прошу Вас незамедлительно прибыть в особняк барона фон Штайнберг на Унтер-ден-Линден, дом 34. Произошло убийство. Ваши услуги крайне необходимы. С уважением, комиссар В. Краузе».

Питер поднял взгляд на полицейского.

— Когда это произошло? — спросил он, уже направляясь к шкафу за пальто.

— Прошлой ночью, герр Морган. Барон фон Штайнберг скончался во время торжественного ужина в своём доме. Комиссар сказал, что это дело требует особого подхода.

Питер надел тёмно-синее пальто из тонкого сукна, взял цилиндр и трость с серебряным набалдашником. Фридрих фон Штайнберг... Это имя было хорошо известно всему Берлину. Владелец крупнейших сталелитейных заводов, один из столпов немецкой промышленности, человек, чьи предприятия производили металл для строительства новых железных дорог по всей империи.

— Карета ждёт внизу, — добавил полицейский, заметив, что детектив готов к выезду.

Спустившись по узкой лестнице, Питер сел в полицейскую карету. Два серых жеребца энергично тронулись с места, и экипаж покатил по утренним улицам Берлина в сторону центра города. За окном мелькали знакомые виды: небольшие лавочки с ещё закрытыми ставнями, первые прохожие, спешащие по своим делам, редкие автомобили — всё ещё новинка для берлинских улиц — осторожно пробирающиеся между каретами и пешеходами.

Унтер-ден-Линден встретила их во всём своём великолепии. Широкий бульвар, гордость Берлина, был обрамлён величественными липами, от которых и получил своё название. Особняки здесь принадлежали самым влиятельным семьям Пруссии, и дом номер тридцать четыре не был исключением.

Особняк барона фон Штайнберг представлял собой внушительное четырёхэтажное здание в стиле неоклассицизма, построенное из светлого песчаника. Широкие окна первого этажа были украшены изящными балконетами с коваными решётками, а парадный вход венчал портик с четырьмя дорическими колоннами. Перед домом уже стояло несколько полицейских карет, а у ворот дежурили констебли, не допускавшие любопытных.

Питер вышел из кареты и поправил цилиндр. Утренний туман начинал рассеиваться, и октябрьское солнце пробивалось сквозь облака, окрашивая фасад особняка в тёплые золотистые тона. Он поднялся по широким мраморным ступеням к главному входу, где его уже ждал комиссар Краузе.

Вильгельм Краузе был мужчиной лет пятидесяти, среднего роста и плотного телосложения. Его седеющие усы и строгий взгляд карих глаз внушали уважение подчинённым, а многолетний опыт работы в полиции научил его ценить профессионализм выше происхождения или связей.

— Питер! — приветствовал он детектива крепким рукопожатием. — Благодарю, что приехали так быстро. Боюсь, нас ждёт непростое дело.

— Расскажите, что известно на данный момент, — попросил Питер, снимая пальто и передавая его лакею в чёрной ливрее с золотыми галунами.

— Вчера вечером барон фон Штайнберг устраивал торжественный ужин по случаю двадцать пятой годовщины основания своего главного завода. Присутствовало около двадцати гостей — семья, деловые партнёры, друзья. Во время тоста барон выпил бокал шампанского и через несколько минут скончался. Семейный врач определил отравление.

Они прошли через просторный вестибюль, отделанный белым мрамором с золотыми прожилками. Высокие потолки украшали лепные розетки, а стены — портреты предков фон Штайнбергов в золочёных рамах. Массивная хрустальная люстра бросала мягкий свет на полированный паркет из ценных пород дерева.