Тайна особняка фон Штайнберг

Глава 14: "Эпилог"

Две недели спустя после ареста фрау Анны Вебер Питер Морган сидел в своём кабинете, просматривая утренние газеты. Дело о убийстве барона фон Штайнберг получило широкую огласку в прессе — история о мести, растянувшейся на пятнадцать лет, потрясла всё берлинское общество.

"Берлинер Тагеблатт" посвятила целую полосу "Делу особняка фон Штайнберг", как окрестили его журналисты. Репортёр подробно описывал, как "хладнокровная убийца пятнадцать лет готовила изощрённую месть, завоевав доверие семьи своей жертвы".

За окном ноябрьский Берлин утопал в жёлтых листьях. Зима не спешила вступать в свои права, но воздух уже пах снегом и приближающимися праздниками. Питер допивал утренний кофе и размышлял о сложности человеческой природы.

В дверь раздался осторожный стук. Горничная доложила, что его просит принять молодой господин — Максимилиан фон Штайнберг.

Сын покойного барона выглядел заметно лучше, чем во время расследования. Исчезли тёмные круги под глазами, вернулся здоровый цвет лица, а во взгляде появилась уверенность.

— Герр Морган, — сказал он, снимая цилиндр, — я пришёл поблагодарить вас за то, что раскрыли эту ужасную тайну. Без вас наша семья могла бы развалиться под грузом взаимных подозрений.

— Благодарить не за что, — ответил Питер, предлагая гостю кресло. — Я просто выполнял свою работу.

— Нет, это больше чем работа. Вы вернули нам возможность жить, не подозревая друг друга в страшном преступлении.

Максимилиан устроился в кресле и принял предложенную чашку чая.

— Как дела в семье? — поинтересовался детектив.

— Мать постепенно приходит в себя. Она винит себя в том, что не распознала истинной натуры фрау Вебер. Но доктор Фишер говорит, что это естественная реакция на стресс.

— А фрейлейн Гретель?

— Кузина восстанавливается от пережитого шока. Представьте себе — она думала, что её считают убийцей собственного дяди! Но теперь она планирует свадьбу с графом Генрихом фон Мекленбургом.

— Прекрасные новости. А что с заводами?

— Я взял управление в свои руки и уже внедряю некоторые из тех идей, которые отец считал слишком радикальными. Построим больницу для рабочих, улучшим условия труда, введём пенсионные выплаты. Думаю, отец бы одобрил эти перемены, узнай он всю правду о своём управляющем.

Питер кивнул одобрительно.

— А что насчёт суда над фрау Вебер?

— Процесс начнётся в следующем месяце. Её адвокат пытается добиться смягчения приговора, ссылаясь на душевное расстройство, но доказательства её вины неопровержимы. Скорее всего, её приговорят к пожизненному заключению.

— Справедливый приговор за такое преступление.

— Знаете, герр Морган, — задумчиво сказал Максимилиан, — я иногда думаю о том, что произошло пятнадцать лет назад. Отец действительно был жёсток в делах. Возможно, он мог бы проявить больше милосердия к семье этой женщины.

— Ваш отец действовал согласно законам бизнеса той эпохи, — ответил Питер. — Но урок из этой истории в том, что наши поступки всегда имеют последствия, иногда самые неожиданные.

После ухода Максимилиана Питер отправился на прогулку по центру Берлина. Город готовился к зиме — торговцы развешивали гирлянды в витринах, на площадях устанавливали первые рождественские ёлки, а воздух наполнялся ароматом жареных каштанов и глинтвейна.

Он зашёл в кафе "Цур гольденен Глокке", где когда-то обдумывал детали дела фон Штайнберг. Заказал чашку кофе и кусок яблочного пирога, наслаждаясь покоем после напряжённых дней расследования.

За соседним столиком сидел пожилой журналист, которого Питер узнал как корреспондента "Фоссише цайтунг". Мужчина читал газету и тихо комментировал новости.

— Удивительная история с этой управляющей домом, — говорил он своему спутнику. — Пятнадцать лет планировать убийство! Какая выдержка, какое терпение!

— А что вы думаете о детективе, который раскрыл дело? — спросил собеседник.

— Питер Морган? Блестящий ум! Говорят, он раскрывает самые сложные преступления. Жаль, что такие таланты тратятся на частную практику, а не служат государству.

Питер улыбнулся, слушая эти слова. Ему нравилась независимость частного детектива — возможность выбирать дела, работать в собственном темпе, не подчиняться бюрократическим правилам.

Возвращаясь домой, он размышлял о человеческой природе. Фрау Анна Вебер не была прирождённой убийцей. Горе и желание справедливости превратили обычную женщину в хладнокровного мстителя. Это напоминало о том, как тонка грань между добром и злом в человеческой душе.

Дома его ждала корреспонденция. Среди писем было несколько предложений о новых делах — пропавшее наследство в Мюнхене, загадочное исчезновение банкира в Гамбурге, серия краж в аристократических домах Дрездена.

Одно письмо особенно привлекло его внимание. Оно пришло из Кёльна от графини Элеоноры фон Раштат, которая просила помочь в расследовании странных событий в её замке. "В нашем древнем роду происходят необъяснимые вещи, — писала графиня. — Члены семьи один за другим умирают при загадочных обстоятельствах. Местная полиция бессильна. Умоляю, приезжайте как можно скорее."

Питер отложил письмо и подошёл к окну. Приближалась зима, но впереди ждали новые тайны, новые загадки, новые поиски истины. Дело фон Штайнберг научило его многому о сложности человеческих мотивов и опасности недооценивать силу мести.

На следующий день он планировал навестить баронессу Элизабет, чтобы узнать, как она справляется с последствиями трагедии. Женщина пережила не только потерю мужа, но и шок от осознания того, что человек, которому она доверяла пятнадцать лет, был убийцей.

Вечером того же дня Питер отправился в театр на премьеру новой пьесы. В антракте он встретил Гретту Миллер, которая посещала спектакль в компании художников и писателей.

— Герр Морган! — обрадовалась она. — Как хорошо вас видеть! Я хотела поблагодарить вас за то, что очистили имя Фридриха. Теперь я могу хранить о нём светлую память.