Тайна острова Нованго

Глава 19. Ещё одна тайна раскрыта

Лея сидела на скамейке на кухне, сжимая в руках краешек скатерти. Каждая минута ожидания команды растягивалась в вечность. Наконец, из-за деревьев послышались голоса — группа вернулась из пещеры, перебивая друг друга восторженными возгласами.

— Лея! Как самочувствие? — Джулия подошла, смахивая пыль с рукавов.

— Всё в порядке, — девушка натянуто улыбнулась, взгляд скользнул к Винсенту. Он стоял в стороне, жестикулируя профессору что-то объясняя. Его смех заставил её сердце ёкнуть.

Мари, помешивая похлёбку, прищурилась:

— Ты уверена, что всё в порядке? Ты выглядишь немного потерянной.

Лея промолчала. Винсент уже направлялся к палатке. Через мгновение появился с полотенцем через плечо:

— Освежусь у водопада, — бросил он на ходу, даже не взглянув в их сторону.

Лея почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Это был её шанс. Она дождалась, пока он скрылся за деревьями, и, не раздумывая, направилась следом.

Он сидел спиной, задумчивый и швырял плоские камушки в пляшущие струи. На её шаг обернулся резко — глаза расширились.

— Привет, — голос дрогнул, выдав волнение.

— Напугала. — Винсент усмехнулся. — Вчера глазки строила, сегодня решила перейти к действиям?

Шутка прозвучала колко. Он подмигнул ей и засмеялся.

Лея осторожно подошла к нему и села рядом. Сердце стучало как паровоз и хотело выпрыгнул из груди. В горле пересохло, и она с трудом, но уверенно выдавила из себя:

— Мне нужна правда, Адам.

Он замер, будто превратился в изваяние:

— Откуда ты…

Лея взяла себя в руки, сейчас она должна разгадать загадку, которая не давала ей покоя всю жизнь. Она не должна показаться слабой. Он не должен узнать, как она страдала.

— Помнишь девочку из приюта? Это я. Ты обещал вернуться за мной. Но не пришёл.

Он смотрел на неё несколько секунд, а потом рванулся вперёд, и обнял:

— Лея… Боже, Лея Мэйс!

Запах его кожи — дым костра и сосновая смола — смешался с воспоминаниями. Слёзы текли сами собой, а он целовал её мокрые щёки, бормоча:

— Прости…

Они сидели так, обнявшись, молча. Лея чувствовала тепло Винсента, его руку, крепко обвившую её плечи. И в этот момент в её сердце что-то щёлкнуло — чёткое, ясное осознание. Ребята из приюта были правы… Она действительно его любит. Не как брата, не как друга — а как мужчину, который навсегда остался в её памяти. Всё, что было между ними раньше, не исчезло, а просто ждало своего часа. И сейчас, когда они снова вместе, спустя столько лет. Она ощутила, как чувства вспыхнули вновь — сильнее, глубже.

Но один вопрос не давал ей покоя.

— Винсент… почему ты меня оставил? Почему ты забыл обо мне? — тихо, почти шёпотом, спросила она.

Он медленно выдохнул, и в его глазах промелькнула тень. Лицо стало серьёзным, даже немного печальным.

— Лея… Это долгая, запутанная история. Но я готов рассказать её тебе. Ты имеешь право всё знать.

Он отстранился чуть-чуть, чтобы видеть её лицо, и начал говорить.

— Когда я ушёл из приюта, то вернулся в наш старый дом… тот, что оставили мои родители. Он был пуст, пыльный, но в нём всё ещё витал их дух. Я начал искать хоть какие-то зацепки, следы, которые могли бы привести меня к ним. И вскоре нашёл. Письма, фотографии, записки… Всё указывало на одного человека — профессора Адамса. Он был другом моих родителей. Они вместе учились, вместе ездили в экспедиции.

Он замолчал на секунду, словно переживая то время заново.

— Я связался с профессором. Он принял меня, рассказал многое. Оказалось, мои родители нашли упоминание об артефакте, связанном с древней магией и тайнами предков. Легенды гласили, что тот, кто его найдёт, познает недоступные обычным людям знания. Они посвятили поискам много лет, исследовали все упоминания о Нованго. И вот однажды им улыбнулась удача. В последнем письме, адресованном профессору, сообщили, что они обнаружили остров и отправляются туда. После этого — тишина. Больше вестей не было. Они просто исчезли.

Лея видела эти письма, ещё тогда и заинтересовала её их дата. И она начала сомневаться, что это просто совпадения.

— Это был… какой год? — прошептала Лея, сжимая его руку.

— 1977-й. Мне тогда было восемь…

— Я родилась в тот год, — сказала Лея, поражённая совпадением.

Винсент кивнул, словно это имело значение, которое он не мог пока объяснить.

— Когда родители исчезли, гувернантка, что присматривала за мной, ждала несколько месяцев. Но когда стало ясно, что они не вернутся… никто из родственников не захотел взять меня к себе. И вот так… я оказался в приюте. Без семьи. Без ответов.

Он умолк, и повисла тишина. Только шум водопада и далёкое пение птиц напоминало, что вокруг по-прежнему жизнь.

Лея не знала, что сказать. В груди жгло сочувствие, обида и вдруг пронзившее понимание — теперь всё встало на свои места. Его исчезновение, его молчание… и то, почему он так упрямо держался за мечту об этом острове.