«тайна серебряного клана»;

Глава 2. Сомнения

Глава 2. Сомнения

Когда я вернулась домой, часы на стене показывали без десяти три. Руки дрожали — то ли от холода, то ли от всего, что произошло. Я закрыла за собой дверь, прижалась к ней спиной и медленно опустилась на пол.

«Это не могло быть правдой», — повторяла я про себя, стягивая промокшие перчатки. — «Просто сон. Или галлюцинация. Может, я простудилась, и всё это — бред на фоне температуры?»

Я подошла к зеркалу в прихожей. Лицо было бледным, глаза — широко раскрытыми, как у человека, который только что увидел призрака. Но никаких признаков болезни — ни жара, ни слабости. Только бешеный пульс и странное тепло в груди, которое никак не хотело утихать.

Я включила чайник, машинально достала чашку. Руки всё ещё подрагивали, когда наливала кипяток. Взгляд упал на куртку, брошенную на стул. Ту самую, которой я накрывала раненого пса…

«Пса, который оказался человеком. Человека, который оказался оборотнем».

Я резко поставила чашку на стол — чай расплескался по блюдцу.

— Лина, ты в порядке? — из своей комнаты выглянула сестра.

— Да‑да, всё нормально, — поспешно ответила я. — Просто… устала.

Она прищурилась, явно не поверив, но тактично промолчала.

Оставшись одна, я подошла к окну. За стеклом кружились снежинки, точно такие же, как там, в парке. Всё выглядело таким обыденным: соседские дома, припаркованные машины, детская площадка под слоем снега. Ни следа чего‑то сверхъестественного.

«Может, он и правда мне показался? — подумала я, прижимая ладони к стеклу. — Может, это был просто бродячий пёс, а мужчина — случайный прохожий? Совпадение. Игра воображения».

Но тогда откуда это тепло внутри? Откуда чёткое воспоминание о янтарных глазах, о его голосе, о том, как он растворился в снежной метели?

Я достала телефон. Никаких сообщений. Никаких следов.

Ночь прошла беспокойно. Я то засыпала, то просыпалась, каждый раз проверяя время. В голове крутились вопросы:

• Стоит ли идти на встречу?

• Что, если это ловушка?

• А что, если… это правда?

Под утро мне приснился сон: я шла по парку, а впереди, у фонтана, стоял Марк. Он не звал меня, не манил — просто ждал. И чем ближе я подходила, тем сильнее разгоралось тепло в груди.

Проснулась я от звонка будильника. Голова была тяжёлой, но мысли — чёткими. Нужно было собираться: сегодня крайний срок сдачи заказа — картины, которую я рисовала на заказ последние две недели.

В мастерской пахло маслом и скипидаром. Я развернула холст — на нём оживал закатный лес, таинственный и немного тревожный. Заказчик хотел «атмосферу сказки, но без явных сказочных элементов» — и, кажется, у меня получилось.

Но сегодня кисть в руках казалась непривычно тяжёлой. Я то и дело отвлекалась, взгляд скользил к окну, к кружащимся снежинкам. Перед глазами вставало лицо Марка: его спокойная уверенность, лёгкая улыбка, янтарные глаза…

— Сосредоточься, — пробормотала я себе под нос, беря другой оттенок зелёного. — Это просто заказ. Просто работа.

Но внутренний голос упрямо возражал: «А если это не просто встреча? Если это действительно начало чего‑то нового?»

Часы показывали полдень. До назначенной встречи оставалось три часа.

К двум часам я закончила последние штрихи. Осмотрела работу: лес на холсте словно дышал, а закатное солнце пробивалось сквозь ветви, окрашивая всё в золотисто‑багровые тона.

— Готово, — тихо сказала я, отходя на шаг.

Написала заказчику короткое сообщение: «Картина готова. Можете приехать посмотреть». Он ответил почти сразу: «Буду через час».

Значит, у меня оставалось время. Время, чтобы решить: идти или нет.

Я посмотрела на часы, затем на своё отражение в оконном стекле. В глазах всё ещё стоял тот самый вопрос: «Что, если это правда?»

И вдруг поняла: даже если Марк не придёт, даже если всё это окажется сном, я должна знать наверняка. Должна увидеть его снова — чтобы либо закрыть эту странную главу, либо… открыть новую.

Ровно в 14:50 я стояла у фонтана в центре парка. Иней на краях чаши переливался в лучах зимнего солнца, а воздух был пронзительно чистым.

Никого.

Часы показывали 14:58.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь. «Может, он не придёт? Может, это и к лучшему?»

В этот момент за моей спиной раздался тихий голос:

— Ты пришла.