Тайна серой зоны

Глава 4

Пока мы с Эктоном шествовали через всю главную палубу, воцарилось тотальное молчание. Мои глаза при этом изучали металлический пол, но даже так я ощущал на себе глаза своих сокурсников.

Как выбрались, стало чуть легче.

— Почему мы? — шепнул Эктон. Голос друга заметно дрожал.

Я ничего не ответил. По мне, так отправить двух первокурсников навстречу вооруженному до зубов врагу — натуральная низость. По-хорошему, ректору следовало лично принять этот самый сложный пункт предстоящей капитуляции.

Мы добрались до шлюза, выполнили привычные действия, и створки его разъехались. Затем повторили то же самое со вторыми дверями. Подняв руки, мы двинули на выход.

На планете вечерело, хотя пока не темнело. Под ногами поблескивал песок. Вдали виднелся хребет скалистых гор. Я не был уверен, но показалось, что пики его образовывали целый лабиринт — в таком немудрено заблудиться.

Я вдохнул в легкие воздух, опасаясь, что задохнусь или помру от ядовитого состава. Но, кажется, всё было в порядке. Бургер, ощутив мои опасения, выпрыгнул и подтвердил, что дышать здесь можно.

Площадка, где мы стояли, походила на взлетно-посадочную. По крайней мере, вокруг нашего корвета и цефейского катера вырисовывались круги, которые, очевидно, светятся в темное время. Тут же виднелся массивный агрегат с длинным широким стволом. Сначала я решил, что это оружие, но потом сообразил — это то самое гравитационное оборудование, о котором упоминал Лорикс. Именно эта штука помогла нам безаварийно приземлиться.

Возле входа в «Пламя Ширы» поджидали трое цефеев. А чуть поодаль еще с пару десятков. Каждый направлял на нас ствол короткого лазергана. Тот, что стоял посередине троицы, сощурился и оглядел нас с ног до головы. Затем кивнул.

— Первые двое. Ложитесь лицом к земле. — Говор его был басистым, но довольно мягким. Я прекрасно понял его без помощи Бургера, ведь говорил он на галаспиче.

Пока мы выполняли приказ, посыпались вопросы:

— Сколько человек на борту, включая вас? — пробасил цефей, одновременно прощупывая меня и мой комбез.

— Восемнадцать, — ответил я.

— Кто старшие чины?

— Ректор и два профессора.

— Имена! — потребовал цефей.

Пока я отвечал на эти стандартные вопросы, со стороны корвета послышались шаги. Я не мог видеть, что происходит, но понял: ещё двое курсантов выбрались наружу и получили в точности такие же указания.

После курсантов вышли Лорикс и Критч. Их также уложили на землю. Наконец, самым последним выбрался Корг-Магир.

И что тут началось…

— Отвернуться! — заорал басистый цефей, что командовал нами.

— Глаза закрыть! Паразит вселенский! — вторил другой. У этого тон оказался гораздо выше.

— Не смей открывать их! И пасть захлопни! — послышался третий, теперь уж и вовсе женский, довольно приятный.

Я не выдержал и чуть приподнял голову. Цефеи оказались столь сосредоточены на ректоре, что не обратили на меня ни малейшего внимания.

— Быстро упал мордой вниз, чума космическая! — потребовала женщина-цефей.

Корг-Магир поспешил припасть к земле.

— И ни звука! — пригрозил басистый. — Сразу прикончим, попробуй хоть пикнуть!

Корг-Магир лишь кряхтел слабо. Не смел даже «угукнуть» в знак подчинения. Несколько длинношеих человек подбежало к нему, повозилось над распластавшимся беднягой, затем подняли его.

Я не испытывал к ректору теплых чувств, но увиденное заставило мое сердце кипеть от гнева. Слова Эктона о предстоящих допросах и пытках уже вовсе не казались бредом параноика.

На ногах и руках цимберланина блестел металл, плотно сковывающий его движения. Во рту чернел пластиковый кляп. Но самое поразительное — глаза скрывались за черной тканью.

— Вы с ума сошли! — возмутился я. — Мы же сдались!

— Молчать! И прижаться к земле! — скомандовал басовитый и ткнул меня коленом в спину. Пришлось снова уткнуться в песчаную почву.

Я ожидал, что нам уготовано такое же унижение, но единственное, что сделали цефеи, — сцепили запястья наручниками позади спин. После этого нас подняли и повели. Я тут же заметил, что некоторые наши пленители направляли на нас оружие, чтобы не сбежали. А другие тащили громоздкие ящики, вероятно, с грузом их катера.

— Блестящая операция, милый, — послышался позади голос той самой цефейки, которая пуще других кричала на Корг-Магира. — Уверена, полковник будет очень рад.

— Явно пахнет повышением по службе, моя обожаемая Талана, — самодовольно пробасил Цефей, который первым заговорил с нами.

— Канатис! Не зря я влюблена в тебя, — сладко пропела названная Таланой.

— И я люблю тебя, любимая любимица! — промурлыкал Канатис.

От этого приторного диалога хотелось блевать. Я понимал, что эти двое беззаветно влюблены друг в друга, но мы, на минуточку, их пленники, топаем связанные, нам плохо, и слышать подобное не очень-то приятно.

— Я сильнее тебя люблю, — возразила Талана.