Тайна синеглазого короля

Глава 2

Шёлковая тьма окутывает разум, нежно касается лица, будто крыльями бабочек. Прорывается неясным шумом, словно где-то вдали рокочет водопад. Парю над землёй невесомым пёрышком, плыву в парном молоке среди вечной ночи.

Неужели я умерла? Медленно открываю глаза, тяжёлые веки не слушаются. Как только зрение проясняется, сердце камнем падает вниз. Нет, это не похоже на загробный мир.

Сперва я не соображаю, что это такое перед глазами. В голове светлеет, приходит ощущение верха и низа. И они явно перепутаны, голову тянет вниз от прилившей крови. Передо мной чья-то спина, плотная ткань плаща. Я напрягаюсь и поднимаю лицо, щурюсь от яркого света. Ослепительной красоты дворец. Колонны выстроились в ряд, держат стеклянный купол. Сквозь него льётся яркое летнее солнце, отражается в гладком мраморе пола, который уплывает подо мной вперёд.

Десятки драконорожденных рассыпаны в этом холле, провожают меня цепкими взглядами.

— Отличный улов, Рейден, — говорит незнакомая девушка в платье цвета запёкшейся крови. Её золотистые волосы спускаются до пояса ровными волнами, лицо перечёркивает уродливый шрам. — Аппетитно выглядит.

И лишь тогда с запозданием доходит, что дракон несёт меня на плече. Перекинул, словно ковёр. Я бьюсь в его руках, пытаюсь освободиться. Но тщетно.

С громким звуком открываются двери. Меня заносят в спальню. Всюду алый бархат и чёрная кожа, настоящее логово демона, раскрытая пасть.

— Я здесь не останусь, — выдавливаю сквозь зубы. — Ты не сможешь удерживать меня вечно.

— Конечно смогу, — отвечает он.

А потом бросает меня на кровать. Я не теряю времени, сразу вскакиваю и пытаюсь юркнуть в дверь, но дракон цепляет меня за талию и валит обратно. Для него всё так просто, словно я вообще ничего не вешу.

— Успокойся. Сама подумай: ну выйдешь ты из комнаты, а дальше что?

— Решу по обстоятельствам, — пыхчу я, пытаясь высвободиться из его хватки.

— Глупо надеяться на импровизацию в замке дракона, Кера.

Замираю.

Вот оно. Опять.

— Откуда ты знаешь моё имя?

— Мне известно больше, чем одно только имя.

Я отползаю по кровати, но он снова ловит. Пальцы смыкаются на запястье. Когда его успели перебинтовать?.. Чувствую, как под этой повязкой саднят символы — и содрогаюсь от приступа отвращения. Тело кажется осквернённым. Я бы сбросила его, как ящерица отбрасывает хвост.

Прикосновение дракона на удивление нежное. Он снимает повязку, смотрит на чёрные отметины, не давая мне убрать руку.

— Что это за дрянь? — спрашиваю без надежды на ответ.

— Причина, по которой я знаю твоё имя. И причина, по которой не отпущу тебя. — Плоть отзывается на его слова, пульсирует и тянет под чёрными письменами. Рейден подносит моё запястье ближе к лицу. — Слышала когда-нибудь о драконьей метке? След, который альфа-дракон оставляет, когда находит пару на всю жизнь.

От этих жутких слов в ушах шумит кровь. Я дёргаюсь, но как и прежде, дракон удерживает. А после и вовсе притягивает ближе.

— От этого не убежать. Куда бы ты ни пошла, в каких бы глубоких норах ни спряталась. Всё кончено, Кера.

Я пытаюсь распознать ложь, но дракон звучит искренне. И совсем не радостно.

Он сам в это верит.

Но я не обязана. Что мне до их меток, до их уродливых обычаев? Нельзя сдаваться.

Если отступлюсь, буду ничем не лучше овцы, что ведут на бойню.

Здесь нет оружия, но много всякого барахла. Я хватаю вазу с прикроватного столика, швыряю на пол. Фарфор разбивается с громким звоном. В моей руке блестит осколок с длинным острым краем.

— Я тебе никакая не пара.

В пронзительных глазах Рейдена проскальзывает удивление.

— Ты очень необычная, Кера. Для человечишки.

— Зато ты обычный для дракона. Хватаешь то, что тебе не принадлежит и думаешь, что так и надо.

Я замахиваюсь осколком без надежды попасть — просто отвлекаю внимание. Рейден отклоняется в сторону, а я получаю открытый путь к окну. Подбегаю к нему, хватаюсь за подоконник, чтобы вскочить… И бессильно опускаю руки. Замок стоит на головокружительной высоте, вниз сбегает такое глубокое ущелье, что его дна даже не видно в пелене тумана.

Рейден приближается, я чувствую его спиной. Разворачиваюсь. И приставляю осколок к своей шее.

— Я не буду рабыней. Лучше умру.

Давлю, острый край пропарывает кожу, но в ту же секунду осколок вылетает из руки и бьётся о стену. Горячее тело Рейдена прижимается ко мне.

— У меня тоже нет выбора. Думаешь, я этого хочу? — За непроницаемым лицом словно бушует тёмное море. Эти оттенки чувств как вспышка молнии: промелькнула и нет её.

Дракон выглядит потерянным.

Какая чушь.

— Я тебя не выбирал. Метки не спрашивают, хотим мы этого или нет, они появляются сами, — он говорит это и кладёт ладони мне на горло. Я зажмуриваюсь, хотя миг назад готова была сама лишить себя жизни. — Этого не должно было случиться. Но мы справимся.

Тепло рук исчезает. Нечто прохладное и увесистое обвивает мою шею. Звонко щелкает металл. Я распахиваю глаза и хватаюсь за… Ошейник?

— Ошейник раба, — милостиво поясняет дракон.

От лица отливает кровь. Я бесполезно царапаю металлический обод. Ярость выжигает весь страх до пепла, до серой золы.

— Лучше бы убил, — бросаю я в сердцах.

— Без него здесь человеку не выжить, — говорит Рейден. Он берёт меня за подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза. — Только так я могу тебя уберечь.

— Да от чего? Ты — уже худшее, что со мной могло произойти!

— Ещё ни разу не случалось такого, чтобы метка проявилась у человека. Такого не должно быть, это просто невозможно. И терпеть такое никто не станет. Поверь, лёгкой смерти тебе не снискать, если всё вскроется.

Я замираю. Его тихие слова прошивают всё моё существо разрядом.

— А если рискну? — отчего-то я тоже почти шепчу.

Красивые черты дракона на мгновение искажаются.

— Ты и сама знаешь, что драконы делают с людьми. Ты будешь молить о смерти задолго до того, как они сжалятся и подарят её.