Тайна синей горы

Глава 3.3

За разговорами прошел день. На закате поезд остановился второй раз. По вокзальному перрону туда-сюда сновали люди. Кто с пожитками, кто налегке. В вагон то и дело входили продавцы всякой всячины. Слышались их голоса: «Кофе, чай, кхана (еда), пани (вода). Друзья решили освежиться и вышли из вагона. У киоска с книгами их обогнал худощавый парень в потертых джинсах и футболке с надписью «Крис Кельми». Поравнявшись с молодой женщиной в дорогом сари и золотых украшениях, он выхватил у нее сумочку и бросился бежать. Женщина сразу же закричала: «Помогите, помогите! Он украл мою сумку!» Парень несся сломя голову. Но вдруг около статного черноволосого мужчины в золотистом пенджаби споткнулся и остановился. А через несколько секунд отдал ему сумку. Друзья с интересом наблюдали, как мужчина говорит то с вором, то с подбежавшей женщиной. Взволнованная женщина, успокоенная словами мужчины, с благодарностью взяла сумочку и направилась к вагону первого класса. Воришка же еще минут десять стоял перед мужчиной и внимательно его слушал. Сначала его поза выражала жесткость и непримиримость. Потом раскаяние. Из глаз парня потекли слезы. Он что-то начал говорить мужчине и бить себя кулаком в грудь. Еще минут через пять он поблагодарил того, кто его задержал. Выразил ему почтение, прикоснувшись сначала рукой к его стопам, а потом к своему лбу.

— А что он сделал? И как? — чей-то вопрос повис в воздухе.

— Ты понял, как он это сделал? — Бхима посмотрел на Сергея. — Объясни.

— Он схватил вора, окутав его энергетическое поле своим. Это мастер очень высокого класса.

— Так это можно с кем угодно проделать! Если такие способности использовать в корыстных интересах…

— Нет, — жестко ответил Сергей. — Мастер никогда ничего не делает в корыстных интересах. У него их просто нет. Он — мастер. Высшего в воинском искусстве может достичь только праведный человек.

— Если ты, в отличии от нас, заметил, что сделал этот мастер, значит, ты тоже мастер. Так как только мастер может заметить то, что сделал другой мастер. Так ты Мастер?

— Ну что ты? — Сергей неопределенно махнул рукой. — Просто я занимался когда-то. И все. Какой я Мастер?

* * *

В вагоне заговорили о боевых искусствах.

— Практикующих много, но мастеров — единицы, — начал Бхима. Когда я занимался каратэ, много разного повидал. К сожалению, стоящего не видел.

— Что ты подразумеваешь под словом: «Мастер»? — поинтересовался кто-то.

— Владение телом, чувствами. Безупречная чистота и честность.

— Знаете, я бы хотел посмотреть хотя бы на одного маха-ратху, — воскликнул Акинчана-дхана. — Наверное, это потрясающая личность.

— Кто такой маха-ратха? — спросил Сергей.

— Маха-ратхи — это воины, которые могли сражаться с более чем с десятью тысячами человек. И, естественно, с менее… Они прекрасно владели любым оружием для индивидуального поединка. Метательным оружием вроде копий, оружием для метания стрел. Знали, как управлять крупными метательными сооружениями. Но главным их оружием были «астры», мистическое оружие, действующее на основе мантр.

— Наши предки, славяне, владели этим знанием, — продолжил Акинчана-дхана. — Например, казаки-Характерники, те, кто поклонялся Хара-Радхе. Старейшины Запорожской Сечи знали, что представляет из себя Верховный Господь, поклонялись Ему. Знали законы природы, возможности человека. Умели разгонять облака, вызывать гром, страх у противника. Мантрами заговаривали оружие, ходили по воде. И это еще не все, что они могли! Боевым кличем у них было «Ура!», что в переводе с санскрита значит «на Солнце». «У Ра». В битве на Курукшетре, пять тысяч лет назад, воины тоже шли с этим кличем в атаку. Ибо знали, что если воин погибает с этими словами, то после смерти идет на Солнце, райскую планету. Крича «У Ра» воины давали понять врагу, что не боятся смерти и готовы отправиться на Солнце. О славянских воинах, поклонявшихся Крышеню, то есть Кришне, «Велесова книга» говорит: «И се была подвержена руско-луния от годьев пермена-рекса. И тые хотели женщин от рода нашего. И тут повернулисе Батевы наши и ударили по ним… И возвратили русских жен. Будо се. И се сделал десяток крышеньшей». Крышеньши, слуги Крышеня, Кришны. Они также, как и мы, носили шикху. Не знаю, как у них она называлась.

— Оселедец. Они и сейчас так ходят, — неожиданно для себя произнес Сергей.

— А ты откуда знаешь? Ты их видел? — все повернулись в его сторону.

«Научись контролировать язык. Тебе уже семнадцать лет, а ведешь себя иногда, как болтливая женщина». Слова Ченя словно укорили Сергея, хотя были сказаны двенадцать лет назад. «Мне двадцать девять, и я также не всегда могу контролировать свою речь. До совершенства еще далеко». Сергей вздохнул:

— Да мужики говорили, что видели далеко в тайге таких. Беседовали с ними. Те называли шикху оселедец.

— Значит, не умерло еще боевое искусство славян. Вот бы пообщаться с ними!