Тайна, скрытая за даром

Глава 12

Вот уже больше получаса мы с Роксаной ждали Романа и Флора в библиотеке. Тишина давила на уши, а время тянулось мучительно медленно. Я начала переживать, что Роман не сможет найти Флора.

Вдруг дверь распахнулась с силой, и в нашем поле зрения появился Флор. Сказать, что он зол, значит не сказать ничего – он был в ярости. Его глаза, налитые оранжевым, метали молнии, а из горла вырывалось рычание, больше напоминающее звериное, чем человеческое. Роксана прижалась ко мне, инстинктивно ища защиту.

– Ты! – прорычал Флор, направив на Роксану дрожащую от ярости руку. – Это все ты! Ты сделала это со мной!

– Флор, успокойся! – попыталась я вразумить его, но он проигнорировал меня, как будто я была невидимкой.

– Думаешь, я не чувствовал? Сначала это было как наваждение. Непонятная тяга, как у щенка к матери. А потом... словно псы на цепи меня держали! Я не мог думать ни о чем, кроме тебя! – прорычал Флор, подходя к нам. Каждый его шаг отдавался гулким эхом в тишине библиотеки. – Я не мог понять, почему меня так скручивало, стоило лишь отдалиться от тебя на шаг! Будто часть меня оторвали!

В голове у меня было больше вопросов, чем звезд на ночном небе. Я, конечно, догадывалась, что привязка, которую мы сотворили, сильна, но не до такой же степени! Неужели мы случайно создали некое подобие магической пуповины, которая связала Флора с Роксаной на каком-то глубинном, почти мистическом уровне?

С другой стороны, если это действительно так, то это многое объясняло. Объясняло его резкие смены настроения рядом с Роксаной, его необъяснимую тягу к девушке, даже его беспричинную ярость, когда особь мужского пола появлялась рядом с Роксаной, его необъяснимую тягу к девушке, даже его беспричинную ярость, когда рядом появлялся другой мужчина. Ревность, помноженная на оборотническую сущность, превращалась в гремучую смесь, готовую взорваться в любой момент.

Но оставался главный вопрос: что теперь делать? Как разорвать эту связь, не причинив вреда им обоим? Ведь Роксана по своей неопытности и спешке даже не удосужилась прочитать заклинание снятия привязки! Эта вопиющая небрежность сейчас казалась непростительной. Нужно было сначала изучить все возможные последствия, противопоказания и, конечно же, способы отмены сотворенного. А она бросилась в омут с головой, движимая лишь юношеским максимализмом и жаждой мести. Теперь Роксане придется расплачиваться за свою безответственность весьма щекотливым способом.

– Брат, остынь! – вошел Роман в библиотеку. Он понимал чувства Флора, но даже ему не позволит обидеть сестру. – Мы можем это исправить! Мы найдем способ разорвать эту связь.

В этот момент Роксана, собравшись с духом, решила выйти из-за моей спины, намереваясь ответить за свои действия. Но это словно щелчок выключателя сорвало Флора с цепи. Его звериная сущность взяла верх. С рыком он резко рванул к Роксане, выбив её у меня из-за спины, как пушинку. В мгновение ока он прижал её спиной к стене, сжимая нежную шею грубыми пальцами. Страх в глазах Роксаны выдавал её беспомощность, а её тонкие пальцы, вцепившиеся в его руку, тщетно пытались разжать хватку.

– Флор! – взревел Роман.

Роман рванулся на помощь к сестре, его кулак уже был поднят для удара, но он неожиданно остановился. Я не сразу поняла причину его реакции. Однако, приглядевшись к этой странной парочке, осознала, что Флор, несмотря на всю свою ярость и звериную натуру, держал Роксану с какой-то особой... нежностью. Это была не агрессивная хватка, а скорее собственническая забота мужчины, который хотел навсегда заключить свою возлюбленную в объятия. Его пальцы, обвившие её шею, не сжимали, а словно ласкали её, скользя по нежной коже. В глазах, которые до этого пылали яростью, теперь читалось открытое признание.

Роксана, в свою очередь, перестала отчаянно сопротивляться. В ее глазах, полных ужаса мгновение назад, промелькнула искра удивления. Она почувствовала эту странную нежность, уловила колебания в настроении Флора. В ее взгляде читалось смятение, смешанное с недоверием.

– Флор... – прошептала она, ее голос едва слышно в тишине библиотеки.

– Знала ли ты, что я, как преданный пес, каждую ночь сторожил твой сон? – тихо, почти неслышно прошептал Флор, не отрывая взгляда от ее лица. В его голосе звенела боль, обида, но и какая-то обреченная нежность, с которой говорят о чем-то очень дорогом. Он словно выкладывал перед ней душу, обнажая самые сокровенные уголки своего сердца.

– Мое животное нутро, обычно жаждущее лишь охоты и доминирования, затихло, уступив место нежности и... благоговению. Я воспринимал тебя не просто как привлекательную девушку. Нет, ты была чем-то большим. Ты... завершение меня. Понимаешь? Как будто часть моей души, долго блуждавшая в поисках дома, наконец, его обрела.

Каждая твоя улыбка заставляла мое сердце биться чаще, каждый твой взгляд обжигал меня изнутри теплом. Я готов был на всё, чтобы защитить тебя, чтобы сделать тебя счастливой. Я хотел быть рядом, слышать твой голос, касаться твоей руки... Мне было достаточно просто находиться в твоем присутствии, чтобы чувствовать себя самым счастливым существом на земле.

И это не просто влечение или похоть, – продолжал Флор, проведя рукой по лицу. – Это было... нечто гораздо более глубокое. Это было чувство родства душ, чувство неразрывной связи, которое невозможно объяснить словами. Как будто мы были созданы друг для друга, чтобы пройти вместе через все испытания, чтобы разделить радости и горести.