Тайна Соснового холма

Глава 5

Глава 5

Через несколько дней Инвальдр хёвдинг с охраной и с Асольвом уехали на осенний тинг. Там собирались почти все свободные жители побережья, либо их представители; должны были разбираться судебные дела, обсуждались некоторые цены, планы на весну, иногда даже заключались помолвки между молодыми людьми.

Хоган ехать не захотел, решил остаться дома, присмотреть за усадьбой, походить на охоту, благо, позволяла погода.

Не поехала и Ингигерда, ещё слабая после болезни. Она выходила погреться на осеннее солнце и следила за работой служанок и рабынь на дворе.

Висмунд всё время торчал то в конюшне, то в кузнице, то смотрел, как прячут на зиму в корабельные сараи потемневшие от морской воды корабли. Им зимовать здесь до весны, пока не пригреет тёплое солнце, пока не станет старший брат Хоган собирать дружину для нового похода в чужие края. Тогда мастера выкатят корабли на свет и займутся тщательным осмотром, и, если надо будет, проконопатят и просмолят крутые бока.

Ингигерда, ничем особо не занимаясь, прохаживалась по двору, плотнее запахнув на себе плащ, поднимала голову, подставляя лицо осеннему солнцу. В груди ещё жил кашель, который не могли пока победить все средства хозяйки Гейрид.

Возле конюшни сидел на чурке Арн, и Ингигерда молча подошла, погладила овчарку и тоже присела на соседнюю чурку. Долго всматривалась в неподвижный профиль молодого человека, а пальцы правой руки сами собой теребили серебряный амулет на груди. Наконец, она позвала:

– Арн?

И он обернулся к ней, посмотрел прямо открытым взглядом, как на равную, и даже казалось, что сейчас он заговорит, как нормальный человек, или уж точно что-то ответит, но он промолчал, а Ингигерда от нетерпения аж подалась вперёд.

– Ты слышишь меня? Арн? Я же знаю, что слышишь! Скажи мне... Умоляю... Или я сама себя буду считать безумной...

– Да...

Плечи её поникли, она сцепила пальцы в замок, глаза её загорелись от облегчения, от веры в себя.

– У тебя ещё что-нибудь болит?

От этого вопроса он удивлённо дрогнул бровями, конечно, она спросила его совсем не о том, о чём спросил бы любой другой при случае.

– Нет... голова иногда... по утрам...

– Ты не мёрзнешь по ночам? Тебе хватает еды? И... – Он, отворачиваясь,  согласно кивнул головой, и Ингигерда заторопилась: – Арн, Арн, о, боги... – Быстро потерла лоб пальцами. – Пообещай мне, скажи мне честно, ты не тронешь больше моего отца? – Арн быстро повернул к ней голову, смотрел прямо в глаза, и Ингигерда, заметив тёмный синяк на его скуле, растерялась вдруг почему-то. – О, Тор, о чём я говорю? О, отец... – Смутилась и отвернулась, качая растерянного головой. – Ты же пришёл убить его, а я спрашиваю...

– Ингигерда? – Она вздрогнула и вскинулась на зов старшего брата. Он стоял у входа в дом и выглядел хмурым до предела. – Иди сюда!

Ингигерда поспешно вскочила и быстро пошла к дому, овчарка несколько шагов провожала её лёгкой трусцой, но потом вернулась к хозяину.

– Да, Хоган? – Ингигерда глянула в его лицо снизу, боясь расспросов.

– Ты разговариваешь с ним, да? Он говорит с тобой? – Она отрицательно замотала головой. – Я же видел!

– Я... Я спросила его, а он... Он ничего толком не может ответить... Он...

– Но ты же знаешь его имя! – Хоган перебил её решительно и поверх плеча глянул в сторону конюшни.

– Я?! – Ингигерда опешила. С чего это он взял?

– Ты сама говорила.

– Когда? – Вспоминала усиленно, когда же это она проболталась о его имени, о том, что он хоть что-то ей говорит. Иногда, конечно, но она в тайне надеялась, что когда-нибудь сможет разговорить его, думала, что он, может быть, доверяет ей больше, чем кому бы то ни было на этом дворе.

А теперь? Что же теперь? Несдобровать ему, если Хоган узнает, а он, как видно, уже всё знает.

– Я не помню, Хоган. – Ингигерда улыбнулась растерянно.

– Ты болела тогда и сказала... Арн, ты назвала его Арном. Это его имя? Он сам тебе сказал? Ты разговаривала с ним?

Отпираться было бесполезно, он, в самом деле, знал его имя, выходит, она сама проговорилась. О, Фрейя! Что же ей делать теперь?

– Он сказал мне только имя, он вообще ничего больше не говорит...

Но глаза Хогана уже опасно сузились, всё также глядя в сторону конюшни, и Ингигерда прекрасно знала, что это означает. Заговорила быстро срывающимся голосом:

– Хоган, пожалуйста...

– Значит, безумный? – Согласно чуть-чуть кивал головой Хоган, и Ингигерда уже боялась его взгляда. – Прикидывается больным? Все головы ломают, а он... – говорил чуть слышно, но не высота его голоса пугала сейчас Ингигерду. А Хоган усмехнулся и повторил: – Безумный... – Перевёл глаза на сестру. – Я ещё узнаю, что у тебя с ним за отношения...

Обошёл её стороной, решительно направляясь как раз туда, куда Ингигерда больше всего боялась, туда, куда он всё время смотрел поверх её плеча.