Тайна старинного портрета

Глава 13

13.

— Оказывается, вы умеете краснеть.

Женщина не собиралась щадить Кэт. Тон ее был сухим, насмешливым и крайне нелюбезным.

Однако Кэтрин решила, что невесте герцога Кларенса не пристало стыдиться чего бы то ни было. Она сняла шляпу и гордо вскинула голову.

— Я совсем недавно поняла, что зрение вернулось.

— Это замечательно, поздравляю вас. Значит, мы будем иметь удовольствие лицезреть вас вечером за ужином?

— Непременно. — Кэт ответила незнакомке холодной улыбкой. Очень хотелось бы знать, кто она… Но спрашивать не хотелось. Женщина явно не была расположена к ней.

— В таком случае, будем ждать вас. Если вы забыли за эти три дня — ужин ровно в восемь. Кстати, мисс Найтингейл, к этому времени мы ждем и моего отца.

Последние слова были как будто особо подчеркнуты. Кэтрин слегка насторожилась.

— Я очень рада, — осторожно промолвила она.

Женщина усмехнулась:

— Еще бы, дорогая! Наконец-то ваш будущий муж вернется к вам. И вам не придется давать клятв, которых вы никак не сможете выполнить.

— Клятв?.. — растерянно ответила Кэтрин, пытаясь понять, шутит незнакомка или нет насчет своего отца.

— Да. Я же слышала — уж простите — ваши слова: «Клянусь, ты его не получишь. Он мой, только мой!» Мне кажется, мисс Найтингейл, удар по голове лишил вас памяти. Вы перепутали: вы выходите замуж не за Гарольда, о котором говорили так горячо, а за нашего отца — его светлость герцога Оливера Кларенса.

— Что?.. — пробормотала ошеломленная Кэтрин. — Я?.. За… вашего отца?..

— Именно так. — Незнакомка смерила ее презрительным взглядом. — Хэла… то есть, моего брата Гарольда, маркиза Эрмитеджа, — вы потеряли навсегда, отказавшись стать его женой. Нанеся ему страшный удар, опозорив при всех. И вините в этом лишь себя, милочка, — свои корысть, любовь к интригам, мстительность и хитрость. Я уверена, что это именно вы настраиваете отца против Гарольда! Вы жаждали реванша за смерть вашего брата, хоть Хэл и не был виноват в его гибели… Но вам придется расплатиться за всё, и скоро, я обещаю. А теперь позвольте мне покинуть вас.

И она повернулась и удалилась с балкона, оставив Кэт в растерянности и ужасе хлопать глазами. «Я — невеста герцога Оливера Кларенса!.. Отца этой дамы! Боже, как такое могло случиться? Нет, нет, только не это!»

Придя в себя, Кэтрин опрометью бросилась в комнату. Какое-то время она ходила по ней, схватившись за голову и потирая шишку — место удара снова начало сильно болеть. Но еще большим ударом было то, что сказала неизвестная леди. «Я собираюсь замуж за старика! Может быть даже — за того, с портрета… Доброго дядюшку с бородавкой на носу!»

Нет, нет, этому не бывать! Она не станет женой никого, кроме… Гарольда.

«Да, его зовут Гарольд. Или сокращенно — Хэл. Гарольд, маркиз Эрмитедж… Красивое имя, и фамилия — как у заказчика, которому я реставрировала картину… Но, Господи, как же так? Почему я отказалась стать его женой? Это правда? Предпочла ему — его отца? Может, я умалишенная? Может, мне и в самом деле нужно отправиться в Бедлам? Эта женщина… Она злая, злая! И ненавидит меня! Вдруг это она хотела убить меня?»

Она всхлипнула — и, наконец, остановилась. И оказалась перед зеркалом. На Кэт смотрела та самая девушка с портрета — красавица с надменным белоснежным лицом. Темно-каштановые локоны падали в беспорядке на плечи, спину и грудь. Красиво изогнутые, но бледные губы вздрагивали — над верхней губой, в углу рта, была маленькая черная родинка. Ярко-зеленые, обрамленные длинными ресницами, не нуждающимися в подведении туши, глаза сияли от не пролитых слез. На груди ярко сверкали золотой крестик и кулон с изображением маленькой птички — Кэт подумала, что это, скорее всего, соловей* (Найтингейл переводится как соловей).

«И такая красавица выйдет за старого герцога? — Кэт думала о себе настоящей, будто о какой-то другой девушке, не в силах осознать, что это она теперь и есть. — Зачем, зачем ты отвергла красавца Гарольда, зачем согласилась отдать руку старику? Кто заставил тебя? Та женщина сказала, что ты корыстна, хитра, что ты интриганка. Что ты мстила Хэлу за смерть своего брата… Томас, так ведь зовут твоего брата?.. Неужели ты такая и есть, мисс Кэтрин Найтингейл, дочь баронета, моя тезка? Не верю! Не верю!»