Тайна старого пиджака

Глава 20 Я увидел тебя в первый раз под дождем

– Не бойся, это я, – сказал приветливо Глеб.

– Я просто думала, это Марина, – попыталась оправдать свой испуг Патти, – Не знаешь, где она?

– Маринка уже вроде бы ушла, – задумчиво сказал Глеб. Он встал с корточек и оказался прямо напротив Патрисии. Между ними было расстояние в несколько метров, но Патрисии почудился тот самый лимонный аромат, который ей так понравился.

– Жаль, – растерянно сказала Патти, не отрывая взгляда от Глеба. Он тоже не сводил с нее глаз, и их взаимодействие в эту минуту стало похоже на перестрелку глазами. В воздухе разлилось сильное напряжение, которое было ощутимо обоими. Их тянуло друг к другу с огромной силой, это невозможно было скрыть. Они говорили о Марине, о делах, но взгляды шептали совершенно о другом.

«Ты мне нравишься, ты мне очень нравишься, ты мне очень-очень нравишься».

– У тебя что-то срочное? Могу написать Марине, может быть, она еще недалеко ушла. Или спросишь у нее по телефону то, что нужно? – Глеб стоял напротив и словно прожигал ее своим взглядом.

– Да нет. Просто. Это не очень срочно… Ну, вот, – Патти протянула пиджак, – хотела узнать, откуда этот пиджак.

– А, – улыбнулся Глеб и подошел поближе. Он взял пиджак в руки и развернул его. Его рука ненароком коснулась руки Патти, и та внутренне затрепетала. Ее словно ударило током от этого мимолетного прикосновения.

«Только бы не выдать себя, только бы не выдать…» – думала Патти. Мысли стали ускоряться, и Патрисии приходилось всеми силами сдерживать свои реакции. Боже, они вдвоем, он совсем рядом! И они почти одни на этой сцене, разговаривают, касаются друг друга… ну ладно, он коснулся, один раз. Но зато как!

– А это и я тебе могу сказать, – Глеб поднял голову и пристальнопосмотрел в глаза Патти, – Это я нашел пиджак. Он лежал в актовом зале, вон там, на верхней галерке. Я решил, что кто-то из ребят забыл его или принес как реквизит. Отдал Маринке, она поспрашивала, но, не найдя хозяина, мы привесили его на вешалку к общим костюмам. Думали, хозяин найдется или используем пиджак в постановке.

– Так вот… Хозяйка нашлась. Я знаю ее.

– Это ты?

– Нет, – улыбнулась Патти, – Это пиджак Валерии Сергеевны. Ума не приложу, как он оказался в зале. Но хочу выяснить. Ты не видел, кто его принес?

– Нет, – покачал головой Глеб. Он продолжал смотреть на нее так, как будто знает какую-то тайну. Она начиналась в его глазах, бежала по золотистым прожилкам, терялась в подрагивающих губах, раздувающихся ноздрях, пальцах, перебирающих край рубашки и иногда взмывающих вверх, чтобы растрепать волосы, в его груди с утяжелившимся дыханием, в его гулко бьющемся сердце… Он точно что-то чувствовал к ней. Все его тело говорило об этом.

Патрисия молча смотрела на Глеба. Он улыбался и не отводил взгляда. Возникла неловкая пауза. Надо было что-то срочно сказать, но на ум не приходило ничего. В зале в отдалении раздались звуки шагов и звонко хлопнула входная дверь – Оля Машкина ушла. Они остались совсем одни.

Внезапно воздух стал вязким и тяжелым, Патрисия почувствовал, как в который раз сбилось с ритма ее сердце, тяжело ухнув вниз. Она тут же опустила глаза и принялась считать про себя до пяти...

Глеб тоже, вероятно, решил, что нечего им стоять друг напротив друга как два истукана и снова принялся за дело. Он взял длинный черный провод и попытался обернуть его на новую катушку, но это получалось с трудом.

– А хорошо, что ты тут…

У Патти сладко заныло сердце.

– Ты мне как раз и поможешь свернуть вот этого длинного черного змея, – улыбнулся Глеб, с трудом накручивая провод, который длинной змейкой полз по дощатому полу сцены, постоянно за что-то цепляясь, – Поможешь же?

– Конечно, – улыбнулась Патти и бросилась стрелой на помощь. Она подхватила провод с дальнего конца сцены и помогала тянуть, оберегая его от острых углов и расставленных декораций.

– Вооот, так гораздо быстрее, – улыбнулся ей Глеб, ловко накручивая провод на вертушку.

Наконец, они закончили. Все пальцы были в пыли. Глеб потер ладони друг о друга, отряхивая грязь. Патти оглядела себя – да уж, пыльная королева.

Глеб ловко оказался на краю сцены, сел, свесив ноги вниз и приложился к бутылке воды, которая стояла рядом.

– Скоро нас отсюда выгонят, – парень отставил бутылку в сторону и взглянул на Патти, – Но пока есть время. Садись, поболтаем.

Патти осторожно опустилась на пол, стараясь присесть так, чтобы не поднялась короткая юбка. Она тоже свесила ноги со сцены, у которой был значительный подъем. Появившееся ощущение невесомости, когда твои ноги болтаются над пустым пространством, как будто впустило в зал струю воздуха, легкости. Патрисия ощутила себя большим воздушным шариком, готовым унестись вверх под самую крышу от восторга. Она! Вдвоем! С Глебом! Сидит и болтает на сцене. Просто так!

– Знаешь, я иногда люблю вот так посидеть здесь, после репетиции, когда уже никого нет, –задумчиво проговорил Глеб. Между ними было довольно много места, легко бы могло поместиться несколько человек, но это расстояние не помешало ощутить знакомый цитрусовый аромат. А еще она почти физически почувствовала и нечто другое – теплую светящую нить, которая появилась между ней и Глебом. Нет, они не касались друг друга, но какая-то немыслимая теплота разливалась в ее ладонях и словно протянулась к ладоням Глеба. Она даже посмотрела вниз, на свою руку, чтобы понять, что происходит. Чувство, что Глеб безумно близко. Что его ладонь держит ее ладонь. Образовалась какая-то непонятная, но очень приятная связь.

– Когда все уходят и в зале наконец наступает тишина, – продолжал Глеб, – Я ловлю здесь странные моменты. Как будто происходит что-то необычное. Даже если прислушаться – здесь всегда слышны какие-то скрипы и шорохи.

– Скрипы? Может, мыши? – шепотом проговорила Патти.

Глеб засмеялся.

– Нет. Я думаю, это духи театра, – заговорщицким тоном сказал он и подмигнул. Патти испуганно блеснула глазами в ответ.