Тайна старого поместья

Глава 7

Имение Ижулевских – Чистяковка. Князь Евгений Владимирович.

После гибели жены и ещё не родившегося ребенка, князь забросил дела. Поля теперь стояли неухоженными. Обрадовавшись нерадению хозяев, сорняки забили тоненькие ростки посевов, не позволяя несчастным колосками увидеть солнечный свет. Только это мало волновало Ижулевского. Он все дни проводил в комнате супруги. Графин с вином стал единственным свидетелем его горя. Со смертью Оленьки, Евгений томился своим одиноким, жалким существованием. Перебирая платья жены, вдыхая аромат её духов, мужчина пытался вернуться в то время, где нежная ручка гладила его волосы, князю слышался тихий, радостный смех.

Однажды, одурманенный горем и выпитым за вечер спиртным, Ижулевский увидел перед собой чуть размытый силуэт покойного Владимира Петровича. Он с укоризной смотрел на сына, а потом поманил за собой и стал медленно удаляться. Не понимая, что же он делает, Евгений вскочил на ноги, и, не одевшись, помчал за призраком. Куда князя привело видение, догадаться не составит большого труда. Так березовая роща забрала свою очередную жертву.

***

1836 год. Имение Ижулевских – Чистяковка. Князь Петр Кириллович – дед Евгения Владимировича

Петр Кириллович Ижулевский, доблестный дворянин и единственный наследник многомиллионного состояния, был любимчиком Петербургского общества. Родители, у которых подрастала на выданье юная красавица, а возможно и не одна, считали своим долгом непременно заполучить молодого человека к себе на именины или на званый ужин. Они вылавливали Петра Кирилловича где только могли. С самого утра записки с приглашениями сыпались на голову несчастного князя. У ворот его особняка выстраивалась длинная очередь из посетителей. Прогуляться в тишине парка для Ижулевского стало несбыточной мечтой. Быстро утомившись от такого внимания к своей персоне, князь перебрался в самое отдаленное от Петербурга имение – Чистяковку. Там любимец женского пола, не обременяя себя обязательствами, зажил довольствуясь обществом жён старых рогоносцем, да вдов. Больше всего Петру Кирилловичу нравились молоденькие, пылкие цыганочки, которые не раз останавливались табором на его землях.

Красавица Динара сразу же запала в душу Ижулевского. Стройная, с чёрной, как смоль, копной длинных волос, с карими, жгучими глазами, девушка выделялась на фоне своих товарок. Уплатив цыганскому барону за его дочь приличную сумму, князь поселил любовницу у себя в имении. Слухи о неподобающих прихотях Петра Кирилловича нисколько не волновали хозяина Чистяковки.

Неопытная Динара всем сердцем полюбила красивого, зеленоглазого Петю. Она с пылкостью отвечала на страсть Ижулевского, отдавая ему душу и тело. Так прошли знойное лето и осень. С началом холодов, любовь князя стала угасать. Преданный взгляд девушки теперь только раздражал, молодой человек томился в обществе юной цыганки.

***

1870 год. Имение Дубовое, владения князя Огульцова

Всю ночь шёл дождь. Поднявшийся ветер с такой силой раскачивал старые тополя, что Глеб слышал их скрип и жалобные стенания. Наследник князя, не отрываясь ни на минуту, с жадностью читал найденный в Чистяковке дневник. В начале, бесхитростное детское повествование парень посчитал полнейшей чушью, но прочитав с десяток страниц, уже не мог отвести глаз от стертых временем страниц.

«Мисс Анжу твердит, что настоящая леди не должна, увидев страшный сон, с воплями стучаться к отцу в комнату. Такое поведение ужасно неприлично, но мне всё равно. Лишь горячие, шероховатые руки папеньки могут заставить отступить страх. Только его родной голос способен отогнать ночное чудовище…

Брат, со вчерашнего дня, сильно заболел. Он, никого не слушая, плавал в озере, а под вечер у шалопая, как назвал Володю отец, узнав о случившемся, начался сильнейший жар.

Меня к брату теперь не пускают, а бродить одной в огромном, неуютном доме очень скучно…

К Владимиру пригласили доктора в огромных, толстых очках. Он, важно расправив тощие плечи, прошёл мимо меня, даже не повернув голову на приветствие и поклон».

Громкий стук в дверь заставил Глеба подпрыгнуть на месте. Недовольно поджав губы, он сполз с кресла и пошёл открывать.

– Что у тебя приключилось? – на пороге стоял взволнованный Михаил, он внимательно осмотрел друга с ног до головы.

– А должно было что-то произойти? – Глеб с раздражением пожал плечами.

– Служанка принесла тебе завтрак, но не смогла достучаться до молодого господина! – последние слова Миша произнес, передразнив картавившую девчонку. – Князь разволновался и послал меня проверить всё ли хорошо у его отпрыска!

– Странно, но я ничего не слышал! – Глеб отступил, пропуская приятеля в комнату.

– Ты всё же решил прочитать книжку? Не может быть! – Мишка подцепил рукопись двумя пальцами и поднял её над столом.

– Немедленно положи на место, слышишь! – подбежал к нему хозяин найденного опуса. Он выхватил полуистлевший журнал из рук Михаила.

– Да-а, никогда не видел, чтобы на людей так губительно влияло чтение! Глеб, может, не стоит этим увлекаться, у тебя и так характер не мёд, а если начнёшь на всех кидаться из-за книг, то и вовсе страшно будет жить в одном доме!

– Очень остроумно! – пряча под одеяло недочитанные записи, проговорил Глеб. – Передай отцу, что со мной всё в порядке! А теперь проваливай, я хочу спать! – парень бросил подушку прямо в лицо друга.

– Ну что же, валяться в постели до самого вечера, это больше на тебя похоже! – с такими словами Миша направился к двери, метко вернув Глебу его подарок.

Князь открыл дверь и прошёл в кабинет. За хозяином, на почтительном расстоянии, следовал секретарь.

– Что ты скажешь по этому поводу? Только не ври, выгораживая моего сына! – строгие глаза холодно смотрели на Михаила.

Проглотив комок в горле, парень подал князю тонкую папку.

***

Наше время

– Зачем мы снова едим к этим развалинам? И где мой брат? – Алексей хмуро посмотрел на пассажира.