Тайна старой кофейни

Глава 2.

Как только Лиза закрыла за собой дверь в квартиру, она почувствовала невероятное волнение. Пуанты, казалось, пульсировали собственной магической энергией. Она не дала себе ни секунды на раздумья, чувствуя желание примерить их немедленно.

Лиза достала пуанты из бумажного свёртка и положила их на журнальный столик. Она протянув руку, снова провела пальцами по атласу, и тут же почувствовала, как от прикосновения по коже пробежал почти электрический заряд. Ей казалась абсурдной сама мысль, что эти пуанты вообще способны что-то изменить. Её руки дрожали, когда она завязывала пуанты, она была в предвкушении. Мягкая прохладная ткань атласа облегала её ноги, словно была создана специально для неё. Это ощущение заставило её почувствовать, что пуанты всегда принадлежали только ей.

Она медленно встала. Сначала почувствовала некоторое изменение равновесия, а потом невероятную лёгкость. А затем и вовсе просто невероятный прилив и даже всплеск энергии пронизывающий её, словно невидимая сила толкала, поднимала, побуждала двигаться. Лиза закрыла глаза. В тот момент она ни о чём не думала, не анализировала — просто позволила себе двигаться. Она плавно двигалась и кружилась, а ноги заскользили по воздуху. Она не прикладывала никаких усилий. Всё было без особого напряжения. Изнеможение, которое так долго мучило её исчезло, сменившись силой, которой она не испытывала уже много лет. Боль исчезла как утренний туман.

Лиза продолжала танцевать, её движения били грациозными. Она подпрыгивала, крутилась в воздухе, словно совсем не было гравитации. Кружилась снова и снова, её пируэты были быстрее, резче, контролируемее, чем когда-либо. Каждый поворот давался ей без усилий, словно она больше не была скована никакими ограничениями. Лиза чувствовала, как ритм танца становится естественным. В этот момент были только она и музыка, только она и пуанты, которые открыли для нёё новые возможности.

Когда она наконец-то остановилась, то сразу плюхнулась на диван и улыбнувшись произнесла:.

— Это именно то, чего мне так не хватало! Это то, что мне было нужно!

Она сидела на диване, ощущая одновременно лёгкость и силу. А потом закрыла глаза, всё ещё чувствуя, как в ней продолжает бурлить энергия танца. Но даже в эйфории, она думала о том, что же будет завтра.

На следующее утро Лиза вошла в балетную студию. На смену привычному трепету, чувству усталости от бесконечных репетиций пришло что-то новое. Уверенность. Сила. Завязывая пуанты, она пыталась подавить бурлящее внутри неё волнение. Сегодня всё будет по-другому! Она чувствовала это!

И когда вновь начала танцевать, то словно преобразилась. Движения давались без особых усилий, каждый шаг был более точным, чем предыдущий. Её техника была легко контролируемой, безупречной. Прыжки были выше, чем когда-либо, повороты — быстрее. Коллеги-танцоры, восхищались её мастерством, наблюдали за ней. Теперь её движения превосходили всё, что они когда-либо видели. Лиза не просто танцевала — она творила, создавала танец! Словно магия пуант открыла в ней скрытый потенциал, о существовании которого та даже не подозревала. Она двигалась с такой плавностью, с такой легкостью, что словно стала единым целым с музыкой. Ей больше не нужно было обдумывать каждое движение — она точно знала, что и когда делать. Сила, направлявшая её на каждом шагу, была невероятной!

— Посмотрите на неё, — произнесла одна из балерин. — Она великолепна!

Лиза почти ничего не замечала. Мысли были поглощены танцем. Её коллеги казалось, расплывались по краям её сознания, как далекие фигуры во сне.

Когда она закончила танцевать, в зале сначала была тишина, а потом раздались аплодисменты. Лиза совсем не чувствовала усталости.

Но когда аплодисменты стихли, она продолжала стоять на месте. Репетиции, мир, который она когда-то знала, — всё это казалось теперь таким далёким… Она была настолько поглощена новыми возможностями, что не видела тонкой грани между реальностью и притягательностью того, что было недоступно другим.

В тот вечер, уже после того, как все разошлись, Лиза продолжала танцевать. Она снова почувствовала боль, но теперь боль была от чрезмерного увлечения, от погони за волшебством, которое она ощутила. И от этого волшебства, она не была готова отказаться. Ей нужно было продолжать двигаться, оттачивать каждый шаг, каждую линию, пока она не почувствует удовлетворение от совершенства. И когда она продолжала танцевать, пуанты становились всё тяжелее, а границы между реальным и нереальным начали стираться. Прилив энергии, эйфорическое ощущение бесконечных возможностей — всё это невероятно её опьяняло. И все же что-то внутри Лизы шептало, что за это волшебство однажды, придётся заплатить. Тогда она ещё не знала, какой будет эта цена, но танцуя в пустой студии точно знала одно: её мир одноначно начал меняться.

Дни слились в вихре репетиций, выступлений и пьянящей энергии, которая, казалось, бесконечно струилась из пуант, которые, как когда-то думала Лиза, станут ключом к раскрытию её истинного потенциала. Каждое движение, каждый прыжок словно приводились в движение чем-то неизведанным, одновременно возбуждающим и пугающим. Лиза привыкла к отточенной технике, лёгкости, но это не прошло бесследно. Волнение от каждого выступления только усиливало её зависимость от возможности пуант, их магия заставляла чувствовать себя лучше, чем когда-либо. Но вместе с этой легкостью росло и чувство тревоги. Но она отгоняла его, ведь в конце концов, она наконец-то танцевала так, как всегда мечтала. Кому нужны лишние вопросы, когда свет прожекторов светит настолько ярко?

Вскоре вновь обретённая сила Лизы стала привлекать внимание. Каждое её выступление среди других танцоров, оставляло за собой шлейф изумленных поклонников. Она больше не была просто балериной, которой была когда-то. Теперь она была непревзойденным воплощением грации и силы! И она повелевала сценой! Вскоре о ней узнал Эдуард — хореограф, которого знали в танцевальном сообществе благодаря передовому, авангардному стилю. Его постановки всегда были смелыми, экспериментальными. Абсолютно любыми, но только не традиционными. Его репутация была построена на его способности доводить танцоров до абсолютных пределов их возможностей, заставляя выступать так, что у зрителей захватывало дух. Но также было известно, что Эдуард имел загадочное прошлое. Одни шептались о его одержимости совершенством, другие — о том, что однажды он разрушил карьеру тех, кто не оправдал его высоких ожиданий. Лиза тоже слышала об этом, но, как и все остальные, она не могла отрицать, что его стиль невероятно притягивает.