Тайна Вероники

Глава 14. Ошибочка вышла

— Ника, ты вернешься? — с тревогой спросил Володя. Таксист нетерпеливо постукивал по рулю длинными пальцами.

— А ты этого хочешь?

— Очень на это надеюсь... — мужчина обнял Нику и нежно прижал к своей груди. Она слышала, как гулко стучит его сердце. Поцеловались на прощание, и девушка, устроившись на заднем сиденье, махнула рукой. Выглянув в окно, прошептала:

— Я скоро... Не успеешь соскучиться...

— Увидимся! — крикнула Вера брату. Она подсуетилась, пока влюбленные голубки прощались, и заняла место рядом с водителем.

Через час начало темнеть. Ника с кем-то увлеченно переписывалась в телефоне. Вера следила за мелькающими деревьями. На душе было тревожно.

Эта поездка домой изменила ее жизнь бесповоротно. Было о чем подумать. В ее жизни появилась сестра, абсолютно похожая на нее. Исполнилась ее мечта.

С самого детства Вера представляла, что где-то на свете у нее есть родственная душа, с которой можно поделиться всем. И вот, как по волшебству, она нашлась. Сестра-близнец... Классно! Жаль только, что они встретились так поздно. Столько всего пропущено... Но ничего. У них вся жизнь впереди.

Тревожило одно: она пока не понимала, как относиться к той женщине, которая ее родила. Назвать матерью? Нет. Точно язык не повернется. У нее была мама, которая ее любила. У Веры никогда даже не возникло подозрения, что она ей не родная. "Господи, я даже не поинтересовалась ее именем. А ведь это мать моей сестры... Но не моя..."

Занятая своими мыслями, только сейчас бросила короткий взгляд на водителя. Что-то в его внешнем виде напрягало. Казалось подозрительным. Но она не обратила внимание.

"У меня есть Володька. Брат! И пусть не родной... Зато мы ели из одной тарелки... делили единственную конфетку пополам. Это он дул на мою коленку, когда я свалилась с обрыва. Иногда неродной бывает самым близким. Володя, я тебя так люблю!"

Ника не поднимала головы от телефона. Что за странный вид у этого таксиста? Совершенно не похож на обычного мужчину. Выглядит как плохо загримированный артист. Кепка, как у Папанова из "Бриллиантовой руки". Усы и бородка... Вспомнилась фраза из фильма: "Это вы заказывали такси на Дубровку?"

Словно почувствовав ее мысли, мужчина спросил:

— Водички не желаете. Что-то душно стало... — И Вера с благодарностью взяла из его рук пол-литровую бутылочку с минералкой. Определенно после волнений глоток живительной влаги не помешает.

При въезде в город Ника попросила остановиться. Она должна была встретиться в баре с подругами.

— Пока, Верочка. Завтра позвоню...

Дверца захлопнулась, и она осталась наедине с этим таксистом. Хотелось крикнуть: "Подожди, сестренка! Я с тобой!" Но машина уже поехала. Неожиданно поняла, что больше не в состоянии бороться. Глаза слипались. И Вера моментально провалилась в сон.

Водитель осторожно достал из внутреннего кармана пиджака фотографию и сравнил ее с лицом девушки, которая безмятежно спала рядом. "Она..." — решил он. Нажав на газ, он проехал через весь город. Километров через десять остановился на обочине и стал ждать.

Старый Жигуленок подъехал, когда стемнело. Небритый мужик вышел и посмотрел по сторонам.

— Ну, что, Лапоть, привез?

— Да. Все, Хмурый, мы с тобой в расчете. Больше я тебе ничего не должен. Ко мне не приближайся. Я свой должок отработал.

— Ладно, успокойся. Понял я. Понял, — он обошел вокруг автомобиля, открыл дверцу и взглянул на девушку. — Отлично. Это она, — протянув белый пухлый конверт, Хмурый взял Веру на руки и понес к своей машине. Чтобы не было заметно, уложил на заднее сиденье.

— Бывай... — он медленно ехал по заросшей лесной дороге, пока не уперся в старый обветшалый от дождя и ветра дом.

Мнимый таксист быстро сдернул со своей головы кепку, отодрал усы и бородку. Закинув свой маскарадный костюм в кусты, он отогнал машину в лес подальше от дороги.

Перейдя на другую сторону, он сел в первый остановившийся автомобиль. Больше ему здесь делать было нечего. Да и в этом городе ничто его не держало. "Авось пронесет? Уеду в область, устроюсь где-нибудь ночным сторожем. Пересижу..." — думал Лаптев Юрий Петрович, по кличке Лапоть.

Это была небольшая деревенька с интересным названием Тишкино. Жилых домов здесь было около двадцати. А этот, покосившийся, стоял у самого леса. Пустовал давно. Никто не должен обратить на него внимание, пока он поживет здесь.

***

Вера очнулась ночью. От оглушительной тишины вокруг. И темноты. Тьма была непроглядная. Хоть глаз выколи. Постепенно глаза привыкли, и она разглядела небольшое оконце, сквозь которое пробивался слабый свет. Ни неба, ни звезд на нем — ничего не было видно. Матрас был старый и полосатый. И ужасно пропах сыростью и плесенью. От любого движения старая панцирная кровать поскрипывала.

Ужасно болела голова и пересохло в горле. Руки и ноги оказались связанными бечевкой. Но на столе стояла жестяная кружка. "Может, там есть вода?" — она с трудом встала и попрыгала к рассохшемуся столу. Действительно на самом дне была жидкость. Но выпить ее не удалось, потому что эта кружка вдруг выскользнула у нее из связанных рук и с громким звоном покатилась по голому деревянному полу.

От страха Вера упала на кровать, которая жалобно скрипнула под ее весом.

Дверь открылась, и луч света от фонарика, направленный прямо в глаза, ослепил. Девушка зажмурилась. Тысячи мыслей пронеслись в голове. И от невероятности происходящего совсем не хотелось видеть, кто там стоит и смотрит на нее из темноты.

— Что? Очухалась? Знакомиться не будем. Будешь хорошо себя вести, скоро окажешься дома в объятиях своего любимого папочки, — мужской голос был хриплым и неприятным.

— Какого папочки? — просто поинтересовалась, не понимая что или кого имел в виду мужчина, который ее похитил из такси. Однозначно, это был не таксист, а другой человек.