Тайна владычицы мечей

45

Глава 45 (сейчас бабку приведу... Страшно стало?...)

Добравшись до деревни, которая оказалась не так близко, как думалось, Пётр и Ханс несли Василия поочерёдно на спинах или руках. Хорошо, что друг оказался не ранен, а просто ослабевший. В деревне же, на улице практически никого не было видно. Догадываясь, что сейчас время ужина, все сидят по домам, друзья притормозили.

Ханс не успел предложить постучаться в первый попавшийся дом, как из одного из них на крыльцо с удивлённым лицом вышел старик:

– Откуда это вы такие?

Он оглянулся и, направившись к ним, позвал к себе в дом:

– Давайте скорее! Сейчас помогу! Раненого несёте, что ли?
– Да нет, нашли на лугу. Ослаб, – кратко ответил Пётр. – Помочь бы.

В доме дед проводил их скорее в спальню и указал положить Василия на постель.

– Лекаря бы, – сказал Ханс.
– Поздно уже, далеко он, – покачал головой старик.
– Выживет ли парень? – удивился не на шутку Пётр.
– Вижу, погодите, сейчас бабку приведу одну, – собрался дед на выход, как Пётр встал перед ним:
– Не надо бабку! Доктора надо!
– Какой доктор здесь? Пока он приедет, парень помрёт. Ещё и у меня в доме. Нет уж, – он крепкой рукой оттолкнул Петра в сторону и покинул дом.
– Пусть будет бабка. Лишь бы помогли. Не убьют же его, в самом деле, – сказал Ханс и подошёл к лежащему на постели Василию, вглядываясь в него. – Дышит... Будто спит. Ран нет.
– Ты прав, – тяжело вздохнул Пётр и встал рядом, искренне переживая за друга. – Просто Василий мне, что брат, понимаешь?
– Понимаю, – улыбнулся Ханс. – Он будет жить.

Пётр лишь кивал. Слишком сильным было беспокойство, и оно усилилось, когда дед вошёл в дом со старухой, на вид которой было лет сто. Настолько дряблая, скорчившаяся, она смотрела туманным взглядом, почти слепая. Дед поддерживал её под руку, помогая идти, иначе бы точно упала и не смогла бы встать или сломала бы себе чего. Глядя на неё, так и казалось, что хрупкая до невозможности.

– Ничего себе, – прошептал Ханс рядом с Петром, и тот так же тихо добавил:
– Древняя, будто два века живёт... Что она может? Врача надо.

Тем временем старуха прошла к постели Василия и хриплым голосом грозно приказала, отдёрнувшись от поддерживающего её деда:

– Занавесь шторы! Всем ждать!

Дед поспешил так и сделать, словно являлся её личным рабом. Друзья застыли на месте, сглотнув переживание за товарища, а дед повернулся к ним и приложил палец ко рту, мол, нельзя произносить ни звука. И страшно было даже попытаться что сказать или шепнуть.

Друзья вздрогнули сразу, как послышался краткий выкрик Василия. Что-то старуха ему делала, от чего он даже сквозь сон почувствовал острую, но краткую боль. Спустя несколько минут Василий принялся стонать. Сначала тихо, потом всё громче и снова тихо. Пётр еле сдерживал себя, но через новый стон друга уже не вытерпел. Ханс не успел его схватить за руку, чтоб остановить, как Пётр прошёл за шторы.

– Спать ложись, – взглянула с ухмылкой старуха и стала обтирать руки об свой и без того грязный подол. – Утром будет здоров...

– Прям и здоров, – выговорил насторожившийся Пётр и стал смотреть на Василия, который снова спокойно спал, и не было ни криков, ни стонов, ни... боли...
– Чаю давай, – прошла старуха в комнату и села к столу, успев ухватиться за край до того, как пошатнулась на слабых ногах.

Ханс стоял на месте, как вкопанный. Дед суетился, приготавливая всё к чаю, доставая спрятанный у печи под покрывалом горшок, в котором явно было какое-то тёплое блюдо, а Пётр вышел из-за штор и недолго посмотрел на старуху, сидевшую и постукивающую пальцами по столу. Он подошёл к деду у печи и прошептал:

– Колдунья какая, что ли? Кто она, дед?
– Страшно стало? – хихикнул тихо он. – Не бойся... Знает она много, вот и всё...

Спасибо, что читаете!!!
Пишите и комментарии, я всегда с нетерпением жду их. И всем "Спасибо" буду рада! Всегда приятно знать, что историю читают, это вдохновляет писать и выкладывать её дальше.