Тайна закрытого города

Часть 1. Глава 2 (2-1)

-2-

День проходил для Малют привычно, она наблюдала за жизнью поселения. Женщины мыли посуду, готовили обед, стирали, детям внимание уделяли. А вот мужчины почти не попадались на глаза: одни после завтрака ушли на охоту, другие собрались в дальнем конце деревушки в сарайчиках. Стучали, пилили, не сдерживались в крепких словечках. Но гостью к себе не пускали. Хоть и в портках она, но всё же девица… Дух разгневается – отвлечётся мужик и травму получит.

Скучно было Малют, ничего необычного не происходило, только смущало, что старики не встречались. Кроме Ульянии. Дома сидят? Не показываются чужакам? Нет их совсем?

– А где знахарь ваш? – спросила Малют, помогая Бабуле, растянуть на верёвке огромный платок.

– А на кой он нам?

– Ну как же, хвори снимать, особенности детей замечать.

– Ага, был у нас один. Вот такой же, видать, как тебя в странники записал.

Малют задержала дыхание.

– Чего замолкла? – Бабуля уставилась блёклыми глазами на гостью. – Будоражишь ты нити, даже я чувствую, дух реки, вон, пробудила. Манит он тебя. Тайны раскрыть обещает, но ты не верь. Утопнешь только!

Между старушкой и странницей пробежали мальчишки лет пяти, с улюлюканьем, визгами.

– Вон, малышня, вишь, сами ведают, кем им статься. А знахари ваши. Нет им у нас места. Изжили мы их.

– Вместе со старостью? – не удержалась Малют.

Бабуля усмехнулась.

– Догадливая, смышлёная. Не странницей тебе надо стать было. Ох, не странницей. Не свое занимаешь ты место, вон и мучаешься видениями во снах, да вопросами без ответов.

Малют насупилась. Никогда она не прерывала беседу сама, всегда слушала. Но сейчас. Речь о ней. И ей решать, продолжать ли разговор. Она развернулась и пошла к реке, услышав, как громко вздохнула старушка.

«Ну и пусть. Это мне решать, быть странницей или нет. Мне нравится. Это моё место! Я хочу и буду странствовать».

Воды реки охладили ступни, Малют вгляделась в сухое дерево – не появится ли девушка в сером платке, не расскажет ли, то что обещала утром. Но голоса жителей, наверное, мешали, не хотела она появляться, пока кто-то сможет заметить её даже издалека.

– А если я приду завтра одна, на рассвете? – прошептала Малют.

– Не испугаешься? – пришёл тихий шелест в ответ.

– Смотря что ты обещаешь раскрыть?

Девичий хохот разнёсся по водам реки, а сквозь него пробились два голоса: матери и дочери.

«Ты у меня такая любопытная.»

«Я стану странницей – вот увидишь!»

«Ну что ты! Нельзя! Забудь это! Выкинь из головы!»

Волнение матушки градом стучало, стучало, стучало, а по воде растекались круги.

– Ох и клёв сегодня к вечеру будет, наваристой ухи к ужину жди.

В высоких сапогах к реке подошёл мужчина. Тот самый, что утром спас Малют. Закинул удочку и спустя пару вздохов уже вытянул первый улов. Значит, круги на воде не от голоса были, а от рыбёшек...

Малют не стала мешать, направилась к домам, мысленно обещая себе: если проснётся раньше других завтра – придёт к реке. Выспросит у девушки – чьи голоса звучали. Малышки Малют и её матушки? Нет. Ведь и другие дети мечтают стать странниками. Хотя... Ни разу не слышала Малют в детских беседах такого. Интересно, а о чём мечтают дети рода Пахор?

Почувствовав, как зашевелилось в нетерпении любопытство, Малют пошла к ребятне и они её вовлекли в свои игры. Как девчонка она прыгала, бегала, смеялась, забыв обо всём.

Не видела Малют, что за ней наблюдали: Ульяния и девушка у реки.