Тайна закрытого города

Часть 1. Глава 4 (2-1)

-2-

То останавливаясь, то оглядываясь, то прижимаясь к стене и успокаивая сердце, Малют продвигалась по городу. Она поняла, что зашла туда, где ещё не бывала и отметила, что люди не встречались. Может, она уже в другом районе? Нежилом? Но перехода-то не почувствовала. Странно…

Вопросов слишком много роилось и ни на один ответа не находилось. Это вызывало не самые приятные чувства. Даже зубы скрипели, и ногти впивались в ладони, помогая сдержать крик негодования.

Обогнув один из домов, Малют вышла на пространство, где не было зданий. Только забор. Не такой, как стена города, в сетку – за ним видно поле. Поле! Трава! Как же захотелось пробежаться по ней босиком, вдохнуть аромат, а потом лечь на спину и долго-долго смотреть на облака.

Вот только как попасть туда?

Малют подошла ближе, прикоснулась рукой к сетке. Боль обожгла.

– Ай! – она встряхнула пальцы, подула на них и чуть не пропустила пояснение: «Ток. Опасно!»

Любопытство и желание попасть к траве, заставили осмотреться. На земле под забором валялись веточки. Малют отмахнулась от сомнений: деревьев нет, а ветки есть? Взяла находку, удивилась, что она не шершавая, неживая, как и всё тут и осторожно ткнула в сетку.

– Ай! – ток молнией вспыхнул и перебежал по палочке к Малют. – Да что ж вы…

– А неча ходить тут без спросу, – буркнул худенький старичок в сером длинном халате да черенком метлы взмахнул, словно воздух ударил.

Откуда появился? Но хоть разговаривает.

– Я случайно забрела сюда. Не подскажете, что это? – Малют ткнула пальцем в сторону забора, не касаясь его. Хватит.

– Почём я знаю, видишь, убираюсь я. А там народу иногда, что груздей после дождя. Шумять, кричать, но эт ладно. Мусору от нех, океан-море, – ворчал старичок, а сам разглядывал девицу и на девицу-то непохожую.

Малют и без слов поняла, о чём тот подумал: волосы короткие, как у мальчишки, фигурка складная, но… не девичья, округлостей не хватает. Сколько раз она это слышала в поселениях от мужчин. Нет, не в глаза. И первое время оправдывалась – что так ей удобнее. С косами разве управишься в странствиях? Платья за коряги цепляются, а округлости… привлекают ненужное внимание тех, кто бродит с недобрыми мыслями по лесам. Это же одна из причин, почему однажды знахари перестали девиц в странники посвящать. Малют первая за десятки лет преодолела этот запрет. Может, поэтому и считают её особенной.

Осознание вспыхнуло: «Вот оно, наконец-то я начинаю узнавать что-то о себе. Спасибо, дедуль!»

– Я ещё ого-го и не такое могу, – бормотал старик и, размахивая метлой, продвигался вдоль забора да поглядывал на Малют, словно проверял, следует ли она за ним.

И она пошла, а старик ускорился. Откуда такая прыткость? Он спешил, так же как собеседницы Малют в городе, только не словами, а движениями метлы и ногами. Потом резко остановился, ткнул пальцем в забор:

– Тут! – и уже медленнее пошаркал дальше.

Малют подошла ближе и заметила – в сетке зияла прореха.

– Спа-сии-бо, – поблагодарила Малют, но неожиданный помощник уже скрылся из виду. Как всегда.

Любопытство толкало вперёд, трава манила своей зеленостью, пушистостью, ароматом, но страх, что снова ударит током, останавливал. Малют нашла и здесь странные веточки, поворошила их носком ботинка и подкинула вместе с землёй – сквозь прореху. Ничего не произошло. Ни грома, ни молнии. Малют сжалась и медленно протянула руку. Снова ничего. Чуть осмелев она сделала шаг по ту сторону забора. Замерла. Перенесла вес на правую ногу и резко подтянула туда же левую. Ток, как цепной пёс зарычал, клацнул, но до Малют не дотянулся.

– И-ху! – Малют подпрыгнула, как ребёнок, но тут же зажала рот и осмотрелась.

Что если здесь находиться нельзя? Лучше не стоит привлекать внимание. Пригнувшись, она пошла подальше от забора, и краем глаза заметила, что за ней следовала тень. Чужой силуэт пытался слиться с её силуэтом на земле, но иногда выбивался, выдавал себя. Кто же это? Друг? Или…

«Видениями запугать решили? Нет, уж. Я так соскучилась по зелени, что ни за что не уйду. Вот что меня заряжает! А не комната с оковами да запретами.»

Малют сняла ботинки и с наслаждением погрузила ступни в траву, прохладную, влажную, живую.

– Пш-ш-ш, пш-ш-ш.

Звук вернулся. Только звучал не в голове, а в воздухе. Громче. Но снова пропал. Словно привёл куда хотел и как все помощники, испарился.

Малют поклонилась ему. Пробежалась по траве, раскинув руки, и легла на спину, чтобы понаблюдать за облаками. Они танцевали, сталкивались, растягивались – радовались встрече со странницей.

Постепенно сморил сон. Без видений. А разбудило дуновение ветерка. Малют села, протёрла глаза и по теням поняла, что близился полдень.

– Привет! – прозвучало в воздухе.

От голоса по коже побежали мурашки. Мужской, мягкий, такой далёкий и одновременно близкий.

– Привет, – прошептала Малют и улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается по телу, будто она встретила кого-то родного, того, по которому так скучала…