Тайна закрытого города

Часть 1. Глава 4 (3-1)

-3-

На следующий день, наскоро позавтракав, Малют сразу побежала на стадион. Поле встретило тишиной – до встречи ещё пара часов. Малют легла на спину и рассматривала облака, представляя, как выглядит её друг.

– Привет, – очень тихо произнёс он в полдень.

– Привет, – зажмурилась Малют, вслушиваясь в голос.

Как же это приятно. Спрашивать, слушать, общаться – чувствовать себя живой, а не одинокой мухой, которую поймали любопытные дети. Что они сделают, не угадать – молчат же заразы. Крылья вырвут или лапки, скормят птице или раздавят палкой.

От образов Малют передёрнулась. Наверное, кошмар ночью снился, вот и лезут неприятные мысли.

– Ты знаешь, что ты особенная? – бархатный голос обвивал теплотой.

– Почему? Почему мне часто так говорят? Что не так со мной?

– Глупенькая. Почему ты считаешь, что быть особенной это плохо? Наоборот – это же дар духов.

Малют помотала головой, вспоминая рыжую девочку, её улыбку и косички буквой О. Она тоже особенная и что это принесло ей, матери, семье?

– Я не хочу так, я хочу быть обычной, найти родных, жить с ними рядом. Всегда в одном месте, зная, что тебя любят и ждут.

– Ой ли, – хмыкнул собеседник.

– Ульяния вот сказала, что я не на своём месте, – не унималась Малют.

Слышно было, как Тень глубоко выдохнул – словно ветер пронёсся по полю.

– Ты – странница, это в крови, знахарь не мог ошибиться. Духи не позволят провести посвящение, если у подростка нет особого любопытства.

Малют вздохнула, она это знала. При рождении, по первому взгляду ребёнка, знахари сразу определяли будущих странников.

– Погоди, но ведь был запрет, девушкам не разрешали выбирать этот путь – опасно же бродить одной, поэтому странники только мужчины. – Малют провела по бриджам, свободной рубахе – тому, что скрывало пол.

– Ой ли. Что если ты ошибаешься? Ведь нить не позволяет странникам встречаться, как думаешь почему?

Малют казалось, что мир рассыпался: всё, во что она верила, могло быть неправдой.

– Откуда ты обо мне столько знаешь?

Тень промолчал и больше не вернулся в тот день. Сам так захотел или помехи вернулись? Малют ещё некоторое время посидела в тишине и отправилась в комнату, ждать нового дня и новой встречи. Следующий разговор она начала с того же вопроса.

– Откуда ты обо мне столько знаешь? – сглотнула и добавила: – Обо мне, о стадионе.

Может, так Тень ответит? Вроде как Малют не только о себе спрашивает.

– Я историк.

– Кто?

– Ну смотри – ты странница. Ты собираешь легенды, знакомишься с жителями маленьких поселений. Я делаю то же самое, но заглядывая далеко в прошлое, ищу, как когда-то жили люди, не только у нас. И в городе это видно намного лучше.

– Так ты тоже в городе?

Малют вскочила с травы, где она привычно устроилась, скрестив ноги.

Но по стадиону разнеслось шипение. Тень ушёл. На следующей встрече Малют проговорила вместо приветствия:

– Пожалуйста, не уходи, не попрощавшись. Я не знаю, о чём могу тебя спрашивать, о чём нет.

– Прости, – выдохнул он. – Меня выбивает волной и никак не получается восстановить связь.

Голос дрожал или его искажали динамики, через которые звук передавался – как пояснил Тень.

– О чём сегодня поговорим? – спросил наконец он.

Малют до боли сцепила пальцы.

– Я давно хочу спросить тебя, но боюсь, что ты снова зашипишь.

– Ш-ш-ш, – в шутку подул он и рассмеялся.

– Как зовут тебя? – прошептала Малют и зажмурилась.

Тишина стала ответом. Но в этот раз друг не ушёл, наверное, подбирал слова и заговорил на манер старицы, сплетающей сказание:

– Имя данное при рождении многое для родных значит, но всё меняется, когда ты уже вырос и живёшь своей жизнью. Ты волен представляться как угодно тебе, а не семье. Наверное, ты замечала, что люди, переходя из одного возраста в другой, выбирают новое звучание имени. Так что значит оно? Помнишь ли ты, как звала тебя мать?

– Нет, – тихо ответила Малют. – Я пыталась. Много раз. Я чувствую, что имя ускользает от меня, как маленький шарик. Он крутится иногда возле уха, но чуть я дёрну рукой, чтобы поймать его и прочитать, а он уже отскочил на затылок. Однажды я поранилась. Ловила этот невидимый шарик и не заметила ветку. Ох и больно же было. Расцарапала пол лица. Разреветься, как маленькой девочке, захотелось. Но. Ты только представь. Я услышала смех. Ладно бы человеческий. Нет. Мелкая пичужка уселась на ветку, что меня поранила и давай хихикать. Голова маленькая трясётся, тело пружинит.

– И ты после этого ещё сомневаешься, что особенная? – с улыбкой в голосе спросил друг. – К кому вот так близко подлетают пичужки? Спорим, она ещё долго летела с тобой рядом?

Всегда. Всегда он переводил разговор на Малют. И она смирилась. Ведь Тень здесь единственный собеседник и помогал заглянуть внутрь себя. Возможно, так они подберутся и к спрятанным воспоминаниям, вернут то, что забрали у странницы при посвящении.