Тайна закрытого города

Часть 1. Глава 5 (5)

-5-

У окна в залитой солнечным светом комнаты стоял седой мужчина. Плечи расправлены, ноги расставлены, руки приподняты в приветственном жесте. Он смотрел на людские потоки и видел каждую улицу города. Он был счастлив.

– Как же я люблю этот праздник, люблю свой народ. Они мне как дети. – Он провёл сгибом ладони по щеке, словно вытер слезу. – Это так… завораживает.

Дверь за спиной впустила гостя, но седой не обернулся.

– Здравия вам, жители города Пла́нета! – прокричал он.

И по толпе прокатилось:

– Спасибо!

– Вы готовы отдать дар духу города?

– Да! – эхом пронеслось по людскому потоку и в воздух взметнулись приготовленные предметы, а следом и брызги крови.

– Вам действительно всё это нравится? – спросил посетитель.

Седой отмахнулся плечом.

– Да, что ты понимаешь. Были времена, когда кровь пускали по любому поводу, от хвори, от злобы – всё дурное с нею уходит. А мы вот праздником это сделали – посмотри, как народ радуется.

Посетитель вздохнул, седой тоже и протянул руку назад, не отрывая взгляда от улицы.

– Ну, давай, что там у тебя. – Взял у гостя планшет, полистал и кивнул. – Хорошо, она тоже там. Это очень хорошо. – Седой потёр руки, отдав гостю планшет, всё так же не оборачиваясь. – Скоро ты станешь окончательно нашей. Тогда мы наконец встретимся. Ох, сколько же у меня к тебе вопросов и предложений. Вот увидишь, мы изменим с тобой город. Вот увидишь.

Говорил ли седой себе, посетителю или обращался к Малют?

Постояв ещё немного, он попрощался жестом с народом и ушёл в каморку, бормоча:

– Подготовиться, найти нужные файлы. Ночью активируем. Паутинку мою только проверю, крепка ли.

Посетитель дождался, когда седой закроет за собой дверь, подошёл к окну, покачал головой и зашагал прочь.

***

Малют пришлось влиться в общий поток. Но ей было неуютно, и она стала искать переулок, куда можно было бы свернуть. Получилось с трудом.

Прижавшись к стене здания, Малют выдохнула и посмотрела ещё раз на людской поток.

– Что с ними происходит?

И тут вспомнился голос из динамиков: «Не завтракай!»

– Так нам всё-таки что-то подмешивают! Они под дурманом. Вот же духи…

Толпа кричала, отвечая на чьи-то вопросы: «Да!» Горожане подкидывали предметы, а когда воздух окропился брызгами крови, Малют вжала плечи и прикрылась ладонями, словно от дождя. Браслет завибрировал и, кажется, подталкивал обратно в толпу. Но Малют его спрятала под мышкой и услышала щелчок. Сердце замерло. Такой же щелчок был вчера? Куратор… расстегнул его? Точно…

Сняв браслет, Малют положила его на землю и попятилась. Подальше. Подальше отсюда. Как можно скорее. Она бежала, прижималась к стенам, уворачивалась от потока людей на других улицах – сколько же их? Сколько тех, кто живёт внутри города и подкармливает его своей кровью во время праздника? Или каждый день...

Всё кружилось перед глазами, заволакивало туманом. Люди шумели, гудели, а в голове прорывался еле различимый голос: правее, замри, левее, беги. Малют уже не понимала, где она, и только увидев забор, поняла – она у стадиона.

Малют подошла близко-близко к сетке, ток заискрился, потянул свои лапы к ней, а Малют набрала в лёгкие воздух и прокричала:

– Грехуц! Это я! Я пришла!

Сердце тарабанило, но ответа не было. Значит, всё же Тень – выдумка. Не было здесь никого, да и на поле Малют ни разу не попадала. Обман. Сплошной обман. Что-то подмешано было в еду, и она видела то, что хотела видеть.

Малют села на землю, нашла палочки и касалась ими забора, ток кусал её, она вздрагивала и повторяла действие вновь и вновь. Боль притупилась, как и сознание. Она кукла, безвольная кукла, её пичкали знаниями чужими, окутывали паутиной. Она точно мертва, давно в мире духов. А город – это кошмар. Наказание за что-то. Но за что?

– Прекрати! – бархатом окутал голос. – У тебя ещё есть шанс. Беги!

Малют зажмурилась и слушала. Это её Тень. Как же она могла забыть о нём? Почему не нашла повод навестить?

– Встань! Ну же! Беги!

– Зачем?

Он прорычал.

– Прости, у меня не получилось защитить тебя, – выдохнул он.

– От чего?

Что-то громыхнуло, динамик зашипел, на фоне раздались голоса. Малют пыталась разобрать их, но ничего не получалось. Зато это заставило её встать и оглядеться. Что-то снова громыхнуло, словно с силой захлопнули дверь.

– Малют, воспользуйся праздником, беги. Ты увидишь тех, кто направляется к воротам, они не поймут кто ты. Ты же избавилась от браслета?

Она потёрла запястье и кивнула. Сердце заколотилось. Голос казался таким настоящим.

– А ты?

– Я не могу, прости…

– Мы встретимся с тобой когда-нибудь?

Он промолчал, а потом прокричал:

– Нет!

Только не ей, а, видимо, тому, кто пришёл за ним?

Малют заметалась.

– Где ты? Что с тобой? Как мне помочь тебе?

Она схватилась за сетку забора, а ток словно ждал этого, озлобился и цапнул больно.

Шорк. Шорк. Шорк.

Донёсся звук метлы. Малют оглянулась, увидела старичка и по губам его прочитала: «Беги!»

И она побежала: по улицам, переулкам, не оборачиваясь. Спотыкалась, опиралась на стены, ловила глоток воздуха и снова бежала. Пока не увидела реку людей. Тихую. Мужчины, женщины, дети, старики – они шли молча, на расстоянии друг от друга, словно между ними воздух уплотнился и не давал приблизиться или соприкоснуться даже одеждой.

Никто не обратил внимание, когда к ним присоединилась Малют, они просто раздвинулись, впуская в свои ряды ещё одного человека. Как в очереди у ворот.

А вот и они. Клацнули зубами, выпуская безликих стражей. Те в отличие от собратьев с той стороны, не спрашивали ничего, молча касались штрих-кода бывших жителей, что-то отмечали в планшетах, и позади них открывалась дверь. Она с хлюпаньем втягивала того, кто покидал город. Сам ли? Да какая разница, главное, чтобы так же без вопросов выпустили и Малют.