Тайна закрытого города

Часть 2. Глава 2 (2-1)

-2-

Почему воздух вдруг закончился? Почему в глазах потемнело? Кто грудь сдавил? А деревья почему кружатся? Нет, дома… нет, земля…

Брызги холодной воды заставили фыркать, отмахиваться то ли от влаги, то ли от жужжания голосов.

– Что с ней?

– Она в порядке?

– Солнце утром уж очень яркое, может, ослепило?

– А ела она вчера чего?

Кто все эти люди? Что им нужно? И почему свет такой яркий? Глаза невозможно открыть.

Пощёчина. Вторая. Взгляд немного сфокусировался.

– Странница, что с тобой?

Мужчины, женщины смотрят озабоченно. Из-за их спин выглядывает малышня, а дети постарше в сторонке, но тоже наблюдают.

– Я?

– А ну, отойдите, – растолкала всех бойкая бабушка, в руках у неё огромная кружка. – Вчерась ещё заметила взгляд этот. А ну. Ну, глотай быстро!

Жгучая жидкость попала в рот и заставила закашляться, зато сознание высвободилось из лап тумана.

– Ну? Как? Вот! Гляньте на неё, – бабулька кивнула подросткам. – Я ж говорю вам, забудьте мечтать о городе-то. Вон чего он делает. Девка-то ещё молодая, а уже вон падает среди дня.

– Может, к знахарю её?

– Да-да, мне нужно к знахарю, – уцепилась странница за пульсирующее в голове слово.

– Ой, сиди уж, встать не можешь-то, вон как повело.

Старушка усадила обратно на скамью и дала ещё отвару.

– Зовут-то хоть как тебя, помнишь?

– Малют, – она улыбнулась, произнеся своё имя, и почесала затылок, словно хотела погладить себя или так поблагодарить гудящую голову, но волосы почему-то оказались влажными, нет липкими.

Малют посмотрела на бурые потёки на пальцах.

– Ой, это как же, это ты о скамью-то, что ль приложилась так? – заохала старушка. – А ну, несите быстро тряпицы да воды чистой.

– Нет, – оттолкнула её Малют и снова попыталась встать. – Где хозяин дома? Где он?

Малют вспоминала, как на рассвете они сидели на этой же лавочке, а потом… потом мужчина что-то про подругу, сына говорил и когда Малют хотела побежать, искать Крози, то он… Он не пустил её, сказал, что нельзя, что сына так спасти можно. Толкнул и… темнота накрыла, а потом эти люди…

Жители смотрели на Малют и молчали.

– Где хозяин? Почему вы мне ничего не говорите? Он… он знает, где моя подруга. Девушка, такая пугливая.

– Замарашка что ль? – хмыкнул один из парнишек.

– А ну, цыц. Разбежались все! – пришыкнула старушка. – А ты милая сядь. Погутарить нам нужно.

Народ нехотя расходился, а Малют заглянула в дом, но поняла, что там никого, и села обратно рядом со старушкой. Та отхлебнула своего же отвара и тихо, как песнь завела:

– Семья тут жила. Ох, счастливые, дружные, но знахарь весть принёс – увидел в глазах новорождённого мальчонки отблеск нитей путеводных. Всё бы ничего, рос-то малыш любопытным, никто не сумлевался – быть ему странником. Но вот время пришло, в лес бы мальчонке пойти, да посвящение пройти, а он заартачился, ну хлеще ветра упрямого. Не пойду, говорит, на кого матушку с батей оставлю, за домом присмотреть-то надо, да и поселение наше любит, как же уйти из него. Не могёт.

Малют слушала, не перебивая, и вспомнила парнишку, которого видела здесь – худенький, кудри светлые. И правда, сложно было бы ему в странствиях.

– Вот и я говорю, – старушка будто прочитала мысли Малют. – Знахарь-то пришёл, а мальчонки и нет. Куда подевался-то никто и не ведал. Развёл руками знахарь, ушёл ни с чем, но предупредил, что нити-то, если уж кого выбрали, то не отпустят, а если мешать кто будет, то они больно ужалят.

Ещё один образ выплыл из памяти, зелёные змеи выползли из ниоткуда, обвили ступни Крози и потянули.

– Да-да, не отпустят. – Потрясла указательным пальцем старая и вздохнула. – Матушка мальчонки захворала сначала, да ушла.

– Куда? – моргала Малют.

Старушка взгляд подняла к небу и Малют почувствовала, как горло сжалось и воздух вдруг кончился.

– Мальчонка-то как рыдал, как ругал себя. Знахаря искать пошёл, а тот сказал – поздно, нити-то злятся и как их остановить он не знает.

– А отец-то что?

– А что-что. Горевал, в город собрался.

– Зачем?

– Да кто ж его знает, наверно за сына просить. Все ж думают, что город-то мечты исполняет. А он вон, глянь на себя, плату берёт какую.

– Какую?

– Милая, я сама в очереди у костра знаешь, сколько времени-то провела, но не у входа, а с другой стороны. Видела, какие потерянные люди покидают чудище это каменное. Вот такие же, как и ты.

– Вы ждали кого-то? – догадалась Малют.

– Да что уж теперь вспоминать-то.

– Постойте, а хозяин дома-то где? – мысленно Малют усмехнулась, что переняла манеру собеседницы токать. – Был же он вчера здесь? А сегодня?

– Да кто ж его знает, – вздохнула старушка, встала со скамьи и пошаркала прочь.

– А сын-то их? Он здесь?

– Кто ж ведает, – пожала плечами старушка, не оборачиваясь.

Малют подбежала к ней.

– А знахарь? Где его искать?

– Милая, так там, – махнула она за дома. – В лесу где-то хижина его, но не найти его, он же сам приходит-то, когда духи его посылают к нам. А так живут ведь знахари-то в уединении – плата такая у них. Всегда плата есть. Понимаешь?

Старушка сжала локоть Малют, словно так попрощалась и пошаркала дальше.

– Спа-сиии-бо, – прошептала Малют и побежала к лесу. – Крози, я найду тебя, ты же обещала, что не бросишь меня. Девочка моя, почему же ты обманула меня?

Малют вспомнила ночной разговор и всё поняла – Крози попрощаться хотела.