Тайна замка Семи Ветров

Глава 1. Цена серебряной монеты

Задолго до описываемых в прологе событий.

Столица Сумеречной Империи – город Эльвейс. Окраина.

В этот год царила ужаснейшая жара. За последние несколько месяцев небо так и не подарило земле ни единой капли столь желанной влаги. Палящее солнце, словно насмехалось над людьми, превращая их умеренную жизнь в обыкновенное выживание.

Посевы на полях были обречены. Более шестидесяти процентов посевов либо не взошли, либо погибли от жары. Как бы люди не пытались их спасти, им ничего не удавалось: реки пересыхали, а магия была бессильна против природы, которая сама же её и породила.

Замкнутый круг бессилия человека перед высшими силами.

Повсюду, указом действующего императора, была объявлена засуха…По правде говоря, этот указ вызвал неслабую волну возмущения по всей империи – ведь лишь в силах императора, человека, наделённого немыслимой силой, было пойти против природы и подчинить её своей воле. Однако император был стар и, к несчастью, слаб – с возрастом магия ослабевает, даже у сильных мира сего.

А ещё поговаривали, что со дня на день произойдёт государственный переворот. Слухи слухами, а люди к ним прислушивались и ждали дальнейших событий с большим нетерпением.

Казалось бы, необходимость смены власти понимали и молча ждали этого фактически все, начиная от приближённой к Его Императорскому Величеству верхушки и заканчивая обычной прислугой. Старый император – Спараксис уже давненько изжил своё. Да, за время его правления государство фактически стало с колен и вновь превратилось в былую могучую державу, и пусть такой дорогой ценой – продав одну треть своей территории с богатыми месторождениями соседней империи за большую цену, но всё же.

Именно этого поступка многие так и не смогли ему простить. Продать такой лакомый кусок земли государству, с которым столько лет они были враждующими – это никак не вязалось в голове. Их деды и отцы, отвоёвывали право на ту территорию – ради чего? Чтобы впоследствии император сам, собственноручно, продал чужакам эти земли, насквозь пропитанные человеческой кровью?

Доводы, которые приводились по поводу этой продажи на публичных выступлениям императора, монотонно зачитываемые им же самим с пергамента, казались настолько малозначимыми и абсурдными, что поражали даже далёких от военных баталий людей.

Ведь в затяжной войне за эту же землю, и Его Императорское Величество принимало участие. В войне, где он был не раз ранен, где погибла значительная часть мужского населения империи, оставив семьи без отцов, а матерей без любимых сыновей. Войне, ставшей чёрной страницей в истории их государства. В войне, в которой они одержали горькую победу – и, казалось бы, всё должно было наладится – ведь их, относительно небольшая империя, по сравнению с былым противником, дала такой мощный отпор!

Однако последующая поспешная продажа никак не вязалась с доводами разума. И сама собой напрашивалась мысль – а действительно ли победили именно они? Быть может Спараксис пошел на тайное соглашение с другим императором, лишь бы избежать позорного поражения?

Кто знает, кто знает… Достоверный ответ на этот вопрос мы вряд ли когда-нибудь узнаем…

Но, на местном рынке кипела своя собственная жизнь. Жизнь, в которой было мало места для политики…

Солнце уже встало, освещая своими лучами каждый уголок торговой площади. Продавцы то и дело морщились, прикрывали свои сальные лица ладонями и при этом пытались выглядеть так, чтобы своим видом никоим образом не отпугивать потенциальных клиентов.

Некоторые из них были в силах ещё и выкрикивать завлекательные лозунги, наподобие этих:

– Рыба! Свежая рыба! Подходите! – голосил на всю округу визгливый женский голосок.

– Мясо! Нежнейшее мясо молодого шукра! – перекрикивал её мужской бас.

И пусть температура воздуха была в разы выше нормы, это людей не распугало и между рядами, от навеса к навесу то и дело медленно передвигая ногами, сновали местные жители. Словно жара была им ни по чём.

Откуда, спрашивается, у людей были деньги во времена кризиса, когда некоторые семьи уже сейчас жили впроголодь? Кризис заставлял людей стоять на паперти и просить милостыню у прохожих с такими же пустыми карманами, как и у них.

В городе уже было зафиксировано несколько смертей от истощения и голода. Подобная смерть считалась самой мучительной, поэтому в военное время обезумевшие от голода люди, прибегали к убийствам и каннибализму – стараясь хоть так облегчить муки уходящего и проблему голода.

– Скорее бы эта жара спала, – устало говорил прохожий тучный мужчина с раскрасневшимся лицом покрытым капельками пота. – Это уже ни в какие ворота!

– Привыкай, – дружески хлопнул его по плечу спутник – моложавый мужчина, улыбаясь лишь уголками губ, – говорят, это пекло ещё надолго.

После этого заявления лицо толстяка приняло мученическое выражение, что вызвало очередную усмешку на лице его друга.