Тайная хозяйка Проклятого Замка

Глава 15. Договорённость...

В комнате Людвига отпустило, хоть и очень быстро. Пришлось снова укладывать его в кровать и протирать лицо настоем трав: у парня снова поднимался жар.

Княжич уже не протестовал: видимо, было ему несладко.

А вот я струхнула. Если об астме я имела хоть какое-то представление, то вот что делать со сверхъестественным недугом, я не знала. А лечить-то нужно именно мне!

Блин, мне нужна Линда, срочно!!!

Когда Людвиг уснул, я подошла к стене, где совсем недавно зиял проход, и… постучала в неё.

- Линда, - позвала приглушенно, - поговорить надо.

- Не могу… - донеслось шепотком потустороннее. – Позже...

Я вздрогнула и покрылась мурашками страха. Что это было? Воображение разыгралось?

Но нет, я точно слышала этот голос – страдающий, болезненный и… нечеловеческий!

Закружилась голова.

Линда – не человек? Кто же она?

Вспомнились сверхъестественно открытые двери в башне-ловушке, своевременное появление девушки в нужный момент, а также отсутствие сведений о ней у жителей замка.

Ладно, хватит дрожать, как осиновый лист! Мир магический, давно уже надо было привыкнуть. Эх, мне бы сейчас в ту библиотеку – поискать что-нибудь о таинственном источнике…

Но любые перемещения пришлось отложить из-за болезного княжича на руках.

Через час жар снова спал, и Людвиг просто уснул. Вот только... кровать теперь была безнадежно занята, а мне что делать? На полу, что ли, укладываться?

Звать слуг не хотелось, по крайней мере, прямо сейчас. Вспомнила, что видела в кладовой несколько тюков с сухой соломой, и поспешила туда.

Кладовщик не понадобился: Дафна накануне выдала мне персональный ключ. Тюки оказались такими объёмными, что я растерялась, однако в тот же миг неподалеку неожиданно материализовался... Лех, и застыл, глядя на меня, как на привидение.

- О, иди сюда! – обрадовалась я. Помощник кстати!

Когда я озвучила парню свою просьбу, он так удивился, что застыл на месте. Я, конечно, не сказала, что на этих тюках собираюсь спать, потому Лех и ломал голову, зачем мне понадобилось сено в спальне.

Но понёс его покорно и довольно бодро.

Кстати, я захватила и несколько больших теплых шкур, предвкушаю, как сделаю себе настоящее ложе.

Я чувствовала взгляд Леха и его волнение. Меня это немного напрягало. Надо как-то поговорить с ним и объяснить, что… я ему не пара. Хотя жутко неловко поднимать эти темы ни с того ни с сего. Так можно и сердце человеку разбить ненароком.

Когда мы добрались к моей коморке, я открыла перед Лехом дверь. Он занес тюки и шкуры вовнутрь, сгрузил в углу, как я попросила, но вдруг замер, побледнел, после чего неверяще уставился на меня.

Ах да, в моей же постели мирно посапывает княжич! Я ему еще и рубашечку на груди расстегнула, чтобы дышать было полегче.

Смутилась.

Народ ведь пока не в курсе, что Людвиг живет у меня. Блин, что же этот Лех подумал!

- Я его просто лечу! – объяснила напряженно и постаралась поскорее выпроводить парня прочь. Поблагодарила за помощь, но в ответ получила такое обиженное выражение лица, что захотелось треснуть влюбленного идиота по голове.

Нет, ну почему в этом мире никто не хочет просто слушать слов? Почему никто мне не верит??? Как горохом об стенку!

Поспешила прикрыть дверь и устало прислонилась к ней спиной. Сколько нервов нужно для того, чтобы переносить тараканы местных в головах!

Чтобы отвлечься, быстро соорудила ложе из тюков и шкур. Какое это было блаженство – упасть на него и широко раскинуть руки. Сено пахло полем и свободой, шкуры давали тепло и уют… Неужели я кои-то веки хорошо посплю?

***

Спать мне не дали. Точнее, не дал.

Людвиг проснулся посреди ночи и громко засопел. От возмущения, полагаю.

Да уж, как только ему становится легче, начинается цирк.

Я зажгла свечу и сонными глазами посмотрела на своего подопечного. Он сверил меня взглядом некоторое время, после чего заявил:

- Требую ответов! Немедленно!!!

- А можно я посплю? – взмолилась устало. – Давайте поговорим утром…

Ага, проще стену попросить, чтобы в сторону отъехала…

Пришлось присесть, кое-как протереть глаза и… уткнуться теперь уже в чужое смущение.

Да, перед сном я заплела косу, которая у меня была шикарной – золотой, длинной, красивой… Наверное, мелкие кудряшки топорщились вокруг лица, но так как Инга была девушкой крайне миловидной, даже это выглядело очень мило. Я была в скромном закрытом платье, но оно подчеркивало тонкую талию и изящность фигуры. Грудь у меня была совсем небольшой, но в том-то и изюминка: ни у кого больше такой нет! Одна я такая уникальная, непохожая на других…

Короче, Людвиг залип на несколько мгновений, разглядывая сонную меня. Потом вздрогнул, зажмурился, а я усмехнулась. Да, я действительно нравлюсь местным мужчинам. Но пользоваться этим не собираюсь. Мне просто незачем…

Набросила плащ, волосы спрятала под капюшоном и произнесла:

- Ладно, спрашивай уже…

- Во-первых, я требую обращаться ко мне по статусу и на «вы» ... - начал Людвиг сурово, решив, наверное, бороться со своей симпатией ко мне при помощи гнева и проявлений дурного характера. - Во-вторых, я вообще не уверен, что ты всё это не подстроила собственными руками!!!

Ну вот, старая песня.

- И зачем мне это надо? – осторожно поинтересовалась я. – Если бы я хотела вас убить, то мне даже изгаляться бы не пришлось: просто оставила бы вас без помощи во время приступа, и дело с концом! Идеальный способ! Но я, как видите, в который раз вас спасаю! Так что... в чём вы ещё можете меня обвинить?

Людвиг нахмурился: похоже, он реально считал, что я добиваюсь его гибели. Слишком глубоким было предубеждение, слишком мучительной рана из-за потери брата…

Мне даже стало жаль его. Можно было бы обвинить княжича в глупости, ослиной упертости, недальновидности, но… ему было десять, когда погиб Маттео. Такие раны не закрываются вообще никогда и гноятся всю жизнь. В десять лет парень решил, что знахарки – это зло, поэтому не задумывается о других вариантах. Иногда то, что мы принимаем в детстве, идет за нами всю жизнь.