Тайная любовь моего мужа

11

- Вот это я понимаю - отдых! Каааайф, - протянула Ксюша, вальяжно разваливаясь в уютном плетеном кресле с бокалом в руках.
Мы сидели на застекленной веранде ресторана, располагавшегося на территории базы отдыха, где я, прихватив с собой охотно подписавшуюся на все подругу, решила провести ближайшие три дня.
- Я только одного не пойму, - добавила Ксю, не дожидаясь от меня ответа. - Как тебя твои-то отпустили погулять? Ведь никто из них, включая Леху, кажется, без тебя даже голову на собственных плечах не отыщет.
Я усмехнулась: в чем-то она была права. Именно так дела и обстояли, но только потому, что я позволяла это. Как показывала, однако, практика, человек, попав в ситуацию, где не имел особого выбора, способен был просто на чудеса выживания. И уж найти свои трусы-носки и не пропасть от голода моему семейству явно было по силам.
Впрочем, это вовсе не говорило о том, что я поступила с ними подобным образом легко и просто. Нет, конечно. Мне тоже было неспокойно, тоже было не по себе, но я понимала: если не стоять на своем твердо и не рубить сразу, больно и наотмашь, ничего и никогда не изменится.
Конечно, я не была уверена в том, что Леша поведет себя, как ответственный отец. Но меня успокаивали две мысли: первое - что он, в крайнем случае, догадается позвать на помощь свою мать. Ну а второе - это то, что Кирилл, несмотря на всю свою вечно протестующую натуру, сумеет приглядеть за двумя младшими самостоятельно, как уже это делал вот только накануне.
Зафиксировавшись на этой мысли, я заставила себя усилием воли отогнать беспокойные мысли и сосредочиться на реальности.
- А меня и не отпускали, - ответила подруге после паузы.
Та присвистнула - весьма изящно при всей непривлекательности этого жеста.
- Так у нас это акция протеста? За это надо выпить!
Она протянула ко мне свой бокал, и я на автомате чокнулась с ней, с невеселой улыбкой заметив:
- Скорее пир во время чумы.
Все мои сегодняшние похождения именно это и напоминали - смертельную агонию. Начав день с салонов и позже в компании подруги пройдясь по довольно недешевым магазинам, я не столько хотела порадовать обновками себя, сколько дать понять мужу - мне тоже есть, куда потратить его деньги. И сливать их налево я больше не позволю. По крайней мере до тех пор, пока мы женаты.
Впрочем, кое-что я сделала и чисто для себя, а именно - эти самые три дня отдыха на базе. Впервые за последние пятнадцать лет, я могла побыть отдельно от вечно что-то требующих от меня детей, мужа и прочих родственников…
В приятной, выбранной именно мной компании.
- Тааак, понятно, - протянула, тем временем, Ксю. - Выкладывай.
Я рассказала о случившемся коротко - без прикрас и лишних эмоций, почти что безразлично, будто все это случилось и не со мной вовсе…
Подруга смотрела с восхищением, даже восторгом. Но постепенно эти эмоции сменились на искреннюю обеспокоенность…
- Кирюш, ты - огонь! Просто пожар! - заявила она, подняв вверх большой палец руки. - Но… ты ведь понимаешь, да, что долго так не протянешь?
Я только плечами пожала.
- Понимаю, конечно. Но… как тебе объяснить? У меня внутри словно какая-то блокировка стоит против всех этих чудовищных эмоций, которые я должна была бы испытывать… но их нет. Конечно, рано или поздно меня, наверно, прорвет. Все взорвется, выплеснется… А может, и нет. Знаешь, Ксюш, что я думаю? Возможно, я все это пережила уже заранее. Еще тогда, после примерочной, когда мучилась сомнениями и страхами, а на самом деле… вероятно, уже сознавала правду. И училась с ней жить.
Подруга протянула руку и сжала своими пальцами мои.
- Ты только себя не сожгли дотла. Тебе ведь эту рожу каждый день теперь наблюдать и терпеть, зная, что изменял, что обделял…
Я посмотрела куда-то сквозь подругу, ощущая, как буквально физически леденеет мой взгляд.
- А что еще делать, Ксюш? Позволить этому Львеночку ускакать беспрепятственно в чужие прерии и счастливо там мурлыкать? Не слишком ли это для него хорошо? А что мне останется, ты понимаешь? Я буду одна воспитывать троих детей. Думаешь, он часто станет о них вспоминать? Алименты раз в месяц и встречи по выходным - максимум, что стоит ждать. Ну уж нет! Пусть на себе прочувствует все радости быть родителем, а не живет припеваючи с новой любовью! А я уж позабочусь о том, чтобы у него на нее ни времени, ни сил, ни денег не осталось. Он мне крупно задолжал, Ксюш. И я этот долг с него взыщу.
Подруга посмотрела на меня с каким-то сочувствующим пониманием.
- Любишь его все-таки… Простишь, значит. Рано или поздно, но простишь.
Я внимательно прислушалась к себе: пустота молчала. Ни надежд, ни сожалений, ни любви. Ничего не осталось в этой черной дыре, поглотившей все чувства и алчущей добавки. Засасывающей меня саму все больше и больше.
По крайней мере, в данный момент.
- Не в этом дело, - тряхнула головой. - А в справедливости.
- Ну так-то верно… - кивнула Ксю. - Да и мужика, конечно, трудновато будет найти с тремя-то детьми на шее…
Я хмыкнула.
- А тебе бы только мужиков и денег.
- Без мужиков тоскливо, как ни крути… Неужели не боишься одиночества, Кир?
Боялась ли я? В глубине души, наверно, да. Потому что понимала: нет такого сумасшедшего, который даже по огромной любви примет женщину с тремя детьми от другого. А даже если такой редкий экземпляр все же найдется, рано или поздно он захочет своего собственного ребенка…
А я к такому была совсем не готова.
- С тремя детьми что-что, а одиночество мне точно не грозит, - отшутилась в ответ.
И в этом была огромная доля правды. Трое детей - непростая ноша, но она - моя. И они же - мое счастье.
Подумав об этом, я впервые за несколько последних часов вытащила из кармана телефон и включила его.
Одно за другим, в первую очередь, на меня посыпались сообщения от мужа.
Он понаписал везде - во все мессенджеры, соцсети, и просто обычные смс…
Оператор уведомлял о десятках пропущенных от него звонков.
Я бегло пробежалась глазами по текстам его сообщений.
«Кира, перезвони, как только будешь в сети!»
«Ты где???»
«Включи этот чертов телефон!»
«Кира, ты смерти моей хочешь?»
«Прости за все, умоляю, только ответь».
«Ну хоть дай знать, что ты в порядке!»
И еще десятки сообщений в таком духе. Конечно, ни отвечать, ни перезванивать ему, я не стала. Вместо этого написала короткое сообщение старшему сыну:
«Ну как вы там?»
Ответ прилетел мгновенно - лаконичный, как и всегда.
«Норм».
Я думала уже, успокоенная, вновь выключить смартфон, но тут пришло еще одно сообщение…
«Папа Ольке костюм на завтрашний утренник шьет».
Я взметнула брови, но следом, не удержавшись, заржала в голос. Не ожидала от мужа подобных подвигов - полагала, что он отделается просто покупкой платья…
Не выдержав, быстро набрала Кириллу:
«Покажи».
Фото прилетело несколько секунд спустя. Леша и впрямь сидел с иголкой в руках и шил… нечто немыслимое из кучи розовой ткани.
- Ты погляди только на эту фею-крестную, - хохотнула, протягивая телефон Ксюше.
Она искренне и откровенно заржала, не сдерживаясь, следом за мной.
- А сосредоточенный-то какой! - заметила сквозь слезы.
- Еще бы! - фыркнула я в ответ. - У Оли не забалуешь - один кривой стежок и будет тебе потом та еще Варфоломеевская ночь…
Отсмеявшись, я вновь выключила телефон и посмотрела на подругу:
- Ну что, идем в термы?
- Идем, - кивнула она. - Спонсор застолья - Леша, верно я понимаю?
- О да, - кивнула я, хмыкнув. - И весьма щедрый спонсор.
Расплатившись, мы пошли на выход и были уже у порога, когда Ксюша аккуратно придержала меня за локоть и шепнула:
- Кир, а там, у окна, за дальним столиком… это случайно не…
Я осторожно обернулась.
- Он, - подтвердила коротко, не дав ей даже договорить.
- Не подойдешь поздороваться?
Я покачала головой - с понятным одной лишь мне сожалением.
- Думаю, не стоит. Пойдем уже.
- Ну пойдем.
Мы вышли из ресторана, но на всем пути к термам я ощущала, будто меня провожал чей-то взгляд…
Будто меня узнали.
Будто помнили.