Тайная магия: Империя за завесой

Глава 4: Призыв правительства

Автобус, старый и проржавевший, скрипя всеми своими многострадальными пружинами, высадил Лизу на разбитой грунтовой дороге, ведущей в сторону Каменки. Дверь с шипящим вздохом захлопнулась за ее спиной, и рыжая машина, пыхтя черным, едким дымом, медленно поплелась дальше, в глубь области, оставив ее одну наедине с бескрайними, унылыми полями под низким свинцовым небом.

Тишина, наступившая после рева мотора, была оглушительной, почти физически давящей. Ее нарушал лишь порывистый, холодный ветер, гулявший по высохшим стеблям бурьяна да скрип старого, покосившегося дорожного указателя с почти полностью стершейся надписью «Каменка». Воздух был влажным и тяжелым, пах прелой листвой, сладковатым дымом далекого костра и чем-то еще, металлическим, колким — верным предвестником скорого снега.

>> Обнаружена новая локация: «Окраина деревни Каменка». Уровень безопасности: Средний. Аномальный фон: Присутствует, стабильный.
>> Квест «Свой уголок» обновлен: Найдите Николая Петровича, старосту деревни.

Лиза натянула капюшон потуже, засунула руки в карманы и двинулась по ухабистой, размытой осенними дождями дороге, ведущей между двумя рядами покосившихся, грустных изб. Деревня и впрямь казалась вымершей. Заборы давно рухнули и сгнили, окна во многих домах были забиты гнилыми досками, а кое-где зияли черными, пустыми глазницами, заглядывая в которые, видишь лишь мрак и груды мусора. Лишь из одной-двух труб поднимались в небо тонкие, жидкие струйки дыма, словно последние, слабые вздохи угасающего организма.

Но что-то было не так. Вернее, не так, как она ожидала от простой заброшки. Интерфейс показывал «аномальный фон», и она сама чувствовала его кожей — легкое, постоянное покалывание на затылке, едва уловимое напряжение в воздухе, словно перед грозой, которое не проходило, а лишь нарастало по мере углубления в деревню. Это место было не просто заброшенным. Оно было... особенным. Наэлектризованным тихой, старой, глубоко запрятанной силой, спавшей под пластом забытья и разрухи.

Ориентируясь по скудным, изредка всплывающим подсказкам интерфейса, который временами подсвечивал ту или иную тропинку слабым голубоватым свечением, она вышла к дому покрепче других. Он был рубленым, почерневшим от времени и непогод, но фундамент был цел, ставни аккуратно закрыты, а перед крыльцом лежала аккуратно, с любовью сложенная поленница дров. На калитке висел замок, но не ржавый и безнадежный, а новый, маслянисто блестевший на тусклом свете, говорящий о наличии хозяина.

Лиза заколебалась, сжимая ремень рюкзака, но тут тяжелая дубовая дверь скрипнула, и на пороге появился мужчина. Невысокий, коренастый, сбитый, как медведь, с обветренным, как дубовая кора, лицом и пронзительными, светло-серыми, почти бесцветными глазами, которые мгновенно, с одного взгляда, ее оценили, просканировали и вынесли вердикт. Он был одет в поношенную, но добротную телогрейку и ватные штаны, заправленные в грубые кирзовые сапоги, держался мужичок с невозмутимым, спокойным достоинством хозяина этой земли.

Над его головой всплыла надпись:

Контакт: Николай Петрович.

Уровень: 20.

Раса: Человек (Пробудившийся).

Класс: Земледелец/Страж.

Настроение: Настороженное, оценивающее.

Отношение: Нейтральное.

— Вам кого? — голос у него был хриплый, низкий, как скрип снега под валенком, без всяких приветственных любезностей.

— Меня... меня Аркадий Семёнович направил, — выдавила Лиза, внезапно оробев перед этим суровым, основательным человеком, чувствуя себя городским заморышем. — Из города. По поводу... дома. Он говорил, что вы можете помочь.

Глаза Николая Петровича сузились, в их глубине мелькнула искорка понимания. Он молча, без лишних слов, кивнул, откинул тяжелую щеколду калитки и жестом пригласил ее во двор, чистый и подметенный, несмотря на всеобщее запустение.
—Проходи. Слышал я про тебя, городская. Старый Аркадий звонил. Говорит, одна из наших, ищешь пристанища. От «санитаров», что ли, бежишь?

Он повел ее вокруг своего дома, показывая коротким, рубленым жестом на пустующие избы по соседству.
—Каменка помирает. Молодежь — в город, на заработки да за цивилизацией. Старики — кто помер, кто к детям подался, к теплу да к телевизору. Осталось нас, коренных, упрямых, человек пять, не больше. Шестеро, с тобой. Земля не родит, работы нет, жизнь замерла. Но место... место тут сильное. Тихое. Спокойное. Для таких, как мы, для чудиков, — он хрипло усмехнулся, — самое оно. Чувствуешь, как оно тебя держит? Как земля-матушка под ногами гудит?

Лиза кивнула, не в силах вымолвить слово. Она чувствовала. Эта тихая, накопленная веками сила земли, впитанная камнями домов, стволами старых берез и самой почвой. Она была похожа на глухой, ровный гул под ногами, на сдерживаемую мощь, обещающую защиту и покой.

— Мне нужен дом. Небольшой. И чтобы поуединеннее, — попросила она. — Чтобы... чтобы меня не было видно.

Николай Петрович хмыкнул, одобрительно кивнув.
—Уединенных тут — пруд пруди. Выбирай любой, какой по душе. Цены — смешные, почти даром. Вот, к примеру, эта, на самом отшибе, у леса, — он указал на небольшую, покосившуюся набок, но все еще крепкую, сложенную из толстых бревен избушку на краю деревни, у самого темного края хвойного леса. — Печка русская есть, глинобитная, крыша вроде цела, течет только над сенцами немного, колодец с чистой водой в ста метрах, под горкой. И с дороги ее не видно совсем, спрятана она. Десять тысяч, и твоя. Документы оформлю, сам в сельсовете за старшего считаюсь, все бумаги мигом сделаем.

Десять тысяч. Смешные, просто символические деньги даже для ее скромных сбережений. Лиза подошла ближе, заглянула в пыльное оконце. Внутри было пусто, грязно, пахло пылью, мышами и старой древесиной, но... но это было место. Ее место. Ее крепость. Ее убежище.

>> Квест «Свой уголок» обновлен: Осмотрите предложенный дом и примите решение.
>> Обнаружена потенциальная база: «Заброшенная изба».