Тайная магия: Империя за завесой

Глава 6: Строительство мечты

Первые кристально-хрустальные, морозные ночи конца октября, сковавшие лужи ледяным панцирем, сменились сырыми, промозглыми, непроглядными туманами ноября. Каменка медленно, но верно утонула в серой, влажной вате, скрывшей темный силуэт леса, бескрайние поля и даже соседние дома, превратив весь мир в небольшой, замкнутый, изолированный мирок: ее изба, замшелый двор, крышка колодца и бесконечно тянущаяся, звенящая тишиной мгла, из которой доносился лишь заунывный вой ветра в вершинах сосен да редкий, тоскливый лай собак где-то в глубине деревни.

Но внутри избы, вопреки унылому пейзажу за окном, кипела настоящая жизнь. Воздух был густым и насыщенным, пах хвоей от недавно принесенных и развешанных пучков можжевельника (для очистки энергии, как советовала одна из книг), свежей стружкой и озоном — сладковатым, едва уловимым запахом статического электричества и мощью пробуждающихся, укрощаемых сил. Лиза стояла посреди главной комнаты, которая за последние недели преобразилась до неузнаваемости и уже мало напоминала прежнюю убогую, полузаброшенную лачугу. Грубый пол был застелен прочным темным линолеумом, стены обшиты свежей, светлой сосновой вагонкой, а в углу аккуратно сложены ящики с инструментами, катушками проволоки и прочими материалами, купленными на первые гонорары. Но главное было не это.

По всему периметру комнаты, на уровне потолка, тянулся аккуратно смонтированный медный шинопровод, собранный ее руками с ювелирной точностью. К нему были подключены несколько темных, отполированных до зеркального, слепящего блеска камней, похожих на тот самый Образец № 7-Гамма, но меньше размером и чуть темнее, почти черными. Они были расставлены не абы как, а в строгом геометрическом порядке, в узловых точках силового поля, и от них исходило легкое, едва слышное, но ощутимое кожей гудение, словно где-то работал мощный трансформатор.

Лиза с замиранием сердца и сухим горлом смотрела на свое детище. Это был прототип. Сердцевина, матрица той самой экранирующей системы, заказанной Александром. Идея пришла ей после долгих, изматывающих часов изучения потрепанных фолиантов, присланных Аркадием, и бесчисленных экспериментов с метеоритным камнем. Она поняла главное: он не просто пассивно хранил энергию — он умел ее структурировать, упорядочивать, позволяя создавать направленные, устойчивые поля, сложные энергетические контуры, настоящие схемы из чистой силы.

Она сделала глубокий, дрожащий вдох, ощущая, как от предвкушения сводит мышцы спины, и мысленно, через интуитивный, только ей понятный интерфейс, подала команду на активацию.

>> Активация системы «Зеркальная сфера»...
>> Задействовано: 3 x Осколок Гаммы-7 (стабилизированные), Медный проводник (чистота 99.9%), Фокус оператора.
>> Расход маны: 50 ед. (инициализация).

Медные шины вспыхнули изнутри тусклым, ровным синим светом, словно по ним побежал ток невиданного напряжения. Камни ответили им мгновенно — из их глубины рванулись навстречу друг другу мерцающие, извивающиеся разряды, похожие на миниатюрные молнии, сплетаясь в сложную, пульсирующую сеть. Воздух в комнате затрепетал, загудел, слову от сильного нагрева, и на секунду показалось, что стены поплыли, стали прозрачными, ненастоящими. Потом все улеглось так же резко, как и началось. Гудение стало чуть громче, но и чуть ровнее, ниже по тону. Атмосфера в комнате изменилась кардинально. Звуки с улицы — завывание ветра, скрип голых веток — стали приглушенными, далекими, словно доносящимися из-за толстого слоя воды или бронированного стекла. Воздух стал на вкус... чистым. Стерильным. В нем не было привычной пыли, запахов старого дерева, дыма и еды. Была лишь тихая, мощная, безжизненная пустота, словно в сердцевине звезды.

>> Система «Зеркальная сфера» активна.
>> Уровень экранирования: 45%. Подавление магической сигнатуры: 70%. Потребление маны: 5 ед./час.
>> Обнаружена пассивная подпитка от артефактов оператора... Потребление маны компенсировано.
>> Навык «Инженерия» повышен до уровня 2!
>> Навык «Руническое письмо» повышен до уровня 1!
>> Новый навык: «Проектирование магических систем» (Ур. 1).

Успех! Она сделала это! Пусть и неидеально, лишь наполовину, но она создала работающий, стабильный прототип щита! Лиза позволила себе тихий, счастливый, почти истерический смех, граничащий со слезами облегчения и гордости. Это была ее самая сложная, самая масштабная и самая важная работа на сегодняшний день. Не просто безделушка-браслет на продажу, а настоящая, сложная, системная инженерия. Настоящее волшебство, воплощенное в металле и камне.

Она потратила на это почти всю неделю, полученную от Александра. Дни и ночи напролет уходили на сложные расчеты в блокноте, на ювелирную пайку хрупких соединений, на гравировку мельчайших, но невероятно сложных рун усиления и стабилизации на поверхности камней (она узнала из книг, что это многократно усиливает эффект), на бесконечные, порой опасные пробы и ошибки. Ее руки были исцарапаны и покрыты мелкими ожогами, под глазами залегли темные, как синяки, круги, но она почти не чувствовала усталости, питаясь азартом и крепчайшим чаем. Ее гнала вперед ненасытная жажда познания и острое, щемящее желание создать здесь, в этой избе, настоящее, абсолютно безопасное место. Крепость. Лабораторию. Дом.

И вот первый, самый важный шаг был сделан.

Она деактивировала систему, и привычный мир грубо, шумно вернулся на свое место — оглушительное завывание ветра в трубе, скрип половиц, все запахи дома. Контраст был настолько поразительным, что на мгновение ей заложило уши. Теперь она точно знала — это работает. И это работает блестяще.

Ее Триумф был прерван негромким, но настойчивым стуком в дверь. Не в калитку, а прямо в дверь. Лиза вздрогнула, сердце екнуло. В такую погоду? Николай Петрович обычно предупреждал о своих визитах заранее, крича из-за забора.

Она осторожно, краем глаза подошла к заиндевевшему окну, отодвинула край занавески. За калиткой, почти полностью растворенный в мгле, стоял незнакомый силуэт. Невысокий, плотно одетый в темную, непромокаемую куртку, с огромным, походным рюкзаком за плечами, от которого он, казалось, вот-вот согнется. Над головой — тревожный знак вопроса. Система не могла его идентифицировать сразу, что было крайне странно и подозрительно.