Тайная магия: Империя за завесой

Глава 9: Любовь в тени магии

Снег шел три дня и три ночи без перерыва, не стихая ни на час. Он завалил все дороги, запорошил крыши до самых труб, укутал ели в тяжелые, белые одеяния и превратил Каменку в стерильно-белое, абсолютно безмолвное королевство, отрезанное от всего мира. Казалось, сама природа затаила дыхание, замирая в ожидании чего-то важного. Но внутри строящейся виллы и, особенно, в подземной лаборатории под старой избой, кипела работа, жаркая, напряженная и титаническая, словно здесь, в самом сердце русской зимы, нашли свое пристанище само лето и неукротимая ярость созидания.

Лиза стояла перед голографическим манифестатором — сложным устройством, очередным «подарком-заданием» от Александра — и с помощью плавных, почти танцующих движений рук собирала невероятно сложную энергетическую матрицу. В воздухе, озаренном синеватым светом прибора, парили и переплетались светящиеся линии силовых потоков, и она с ювелирной, хирургической точностью вплетала в них рунические последовательности, которые Олег вывел для усиления групповой телепатической связи.

Активна способность: «Трехмерное проектирование» (Ур. 2).
Идет процесс: «Создание узла связи «Сердце Рощи»». Сложность: Высокая (87%).
Расход маны: 3.5 ед/сек.
Стабильность конструкции: 92%. Требуется максимальная концентрация. Помехи недопустимы.

Ее брови были сурово сведены, губы плотно сжаты, на лбу и висках выступила мелкими каплями испарина, которую она не решалась смахнуть. Каждый неверный жест, малейшая ошибка в последовательности, крошечное колебание воли — и хрупкая, невероятно дорогая энергетическая конструкция могла взорваться, рассыпавшись каскадом ослепительных искр, обратив в пыль недели кропотливого труда и уникальные материалы, добытые с огромным риском.

Вдруг дверь в подвал, старая, скрипучая, с неплотно пригнанными досками, с тихим стоном отворилась. Послышались чьи-то осторожные, но уверенные шаги по скрипучим ступеням. Лиза вздрогнула от неожиданности, и один из ключевых энергетических потоков — тот, что отвечал за синхронизацию частот, — дрогнул, завибрировал, угрожая развалить всю хрупкую структуру.

Предупреждение! Потеря контроля над потоком №4 (Синхронизация)!
Стабильность конструкции: 78%... 75%... 72%...
Риск каскадного коллапса: 45%!

— Не подходи! — резко, почти криком, вырвалось у нее, не оборачиваясь, вкладывая всю свою волю, всю свою натренированную концентрацию в то, чтобы вернуть дрожащую, ускользающую линию под контроль.

Шаги замерли на полпути. В душном, наполненном озоном и запахом раскаленного металла воздухе подвала повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь навязчивым гудением манифестатора и ее собственным учащенным, сдавленным дыханием. Медленно, миллиметр за миллиметром, вкладывая в процесс последние остатки маны, она вернула непокорный поток в нужное русло, заставила его снова слиться с общим гармоничным рисунком.

Стабильность восстановлена: 80%... 85%... 90%... 95%. Угроза миновала.
Навык «Концентрация» повышен до уровня 4!
Навык «Руническое письмо» повышен до уровня 5!
Получено: 75 XP.

Только тогда она позволила себе выдохнуть, глубоко и с облегчением, и обернулась, чтобы посмотреть, кто чуть не разрушил ее работу. В проеме двери, освещенный неровным светом софитов, стоял Александр. Он был без своего привычного длинного пальто, в простом темном джемпере, на котором выделялись бледные, засохшие полосы — следы растаявшего снега. В его руках был алюминиевый термос и небольшой бумажный сверток, от которого исходил сладкий, манящий аромат.

— Прости, — тихо сказал он, и в его голосе прозвучала неподдельная искренность. — Я постучал, но ты, видимо, не услышала. Не хотел отвлекать.

Он выглядел... иным. Не тем холодным, отстраненным оперативником «Сектора А», каким она его знала. Он выглядел усталым, почти что изможденным, но в то же время — более человечным, более реальным. И в его глазах, этих обычно абсолютно непроницаемых, скрывавших все мысли и чувства омутах, теперь читалось нескрываемое, жгучее любопытство и то самое глубинное восхищение, что она уловила в нем в заброшенной церкви.

Сканирование...
Александр Волков. Уровень: ?? Класс: Оперативник/Стратег (вероятно).
Состояние: Усталость (умеренная, накопленная), легкое обморожение открытых участков кожи (кисти рук, щеки), недосып. Настроение: Заинтересованное, спокойное, с элементами тревоги.
Отношение к вам: Уважение (85%), растущий личный интерес (65%), доверие (70%).

— Ничего, — смахнула она со лба прядь волос влажной от напряжения рукой. — Просто работа на самой грани. Один неверный вздох — и все могло бы полететь к чертям. Что привело в такую метель? Проверить прогресс? — в ее голосе невольно прозвучала легкая оборонительная нотка, привычная защитная реакция.

— Привез кое-что, — он поднял термос и сверток, сделав небольшой шаг вперед, но не приближаясь к ее рабочему столу, уважая ее пространство. — Настоящий кофе, с корицей и кардамоном, как ты как-то упомянула, что любишь. И свежие круассаны с миндальным кремом из той самой булочной в райцентре. Подумал... тебе может быть нужно подкрепление. И, возможно, короткий перерыв.

Он говорил немного смущенно, чуть запинаясь, как мальчишка, принесший первой любви неловкий, но сделанный от всего сердца подарок. Эта неуверенность, эта простота были так непохожи на его обычное холодное, отточенное поведение, что Лиза невольно расслабилась и улыбнулась, чувствуя, как ненужное напряжение уходит из плеч.

— Спасибо, — искренне сказала она, принимая из его рук теплый термос. Горячий пластик приятно обжег ее озябшие, уставшие от тонкой работы ладони. — Это действительно как раз кстати. Мана на исходе, концентрация на нуле, да и замерзла я здесь порядочно. Галя говорит, что утеплять подвал — кощунство, что здесь должен быть особый «творческий холод».

Она отложила работу, аккуратно переведя манифестатор в спящий режим, и они поднялись наверх, в основную, жилую часть избы, где уже по-настоящему пахло жизнью — хвоей от новогодней елки, принесенной Виктором, свежей краской с только что покрашенных рам и чем-то вкусным, что томилось в печи — Галина вовсю хозяйничала, обустраивая быт на военный лад, но с неожиданным комфортом. Уселись за грубый, сбитый из неструганых досок стол, заваленный чертежами, картами и чашками с остатками чая.