Тайная наследница. Операция "Украсть невесту"

глава 3

Эйлин снился бал. Вернее, не совсем так.

Она ужасно волновалась, потому что никогда не была на балу. И о тех танцах, которые танцуют в королевском дворце, имела весьма смутное представление. У них при монастыре был учитель танцев, все-таки тут воспитывались аристократки, а им выходить в свет. Но он был такой старый, что передвигался с трудом и засыпал в кресле прямо во время занятия.

А сами занятия обычно проходили таким образом: он объяснял теорию, а потом вызывал двух послушниц и велел им показывать. Получалось с трудом, потому что из его объяснений невозможно было что-то понять. К тому же Эйлин всерьез подозревала, что танцы эти слишком старые и их уже лет триста как не танцуют при дворе.

Заканчивались занятия неизменно тем, что девушки, дождавшись, когда учитель танцев захрапит, вытянув ноги, в своем кресле, начинали весело скакать и импровизировать. Пока не приходила сестра-наставница и не наводила строгий уставной порядок.

Ну так вот, сейчас эти мысли летели у нее в голове.

А во сне она сидела в какой-то небольшой гостиной перед зеркалом. За странной, какой-то туманной стеной звучали голоса, гремела музыка. Она томилась ожиданием, когда откроется дверь, а платье у нее было такое непривычное, декольтированное. Лавандовый шелк с выбитыми на нем цветами. Красивое, но чересчур открытое! Она разглядывала себя в зеркало и не могла поверить - у нее, оказывается, имелся бюст.

Но вот дверь открылась. В этот миг волнение достигло пика, она должна была выйти на широкую галерею с аркадой, чтобы идти в бальный зал...

И вдруг проснулась.

Она еще некоторое время лежала, хлопая глазами. Эйлин помнила, что на этой галерее ее кто-то ждал. Но она не успела его разглядеть. Ужасно обидно.

В конце концов пришлось вставать и идти на молитву.

***

Настроение потом у Эйлин было неважное, и к завтраку она шла насупленная.

И вот за завтраком опять был интересный разговор.

Все потому, что сестру - смотрительницу трапезной зачем-то вызвали к настоятельнице. На целых пятнадцать минут послушницы были предоставлены сами себе. Разумеется, разговор снова пошел о том, что Селину на днях забирают родители. Девушки наперебой просили ее писать обо всем и ужасно завидовали, что та скоро начнет выезжать в свет и носить красивые туалеты и бальные платья, принятые при дворе.

Эйлин как раз подумала, что наверняка бальные платья похожи на то лавандовое, что ей приснилось. И вздохнула, возя ложкой по тарелке. Ей даже во сне попасть на бал не удалось.

Но тут ее шепотом окликнула Селина.

- Послушай, Эйлин, у меня есть одна идея. За мной должны приехать на повозке! Я попрошу сестру, и тогда ты...

Договорить она не успела. В трапезную стремительно вошла сестра Анхелина. А за ней буквально вкатилась раскрасневшаяся сестра-смотрительница. Сестра Анхелина замерла, пристально оглядывая девиц. Эйлин опять показалось, что их пересчитывают по головам, и на всякий случай пригнулась. Потому что на нее смотрели особенно пристально, как будто у нее все крамольные мысли были на лице написаны.

Наконец сестра Анхелина сказала:

- Будьте внимательнее. На сегодня прогулки запрещены.

И вышла.

Когда наставница удалилась, сестра - смотрительница трапезной выдохнула, хватаясь за грудь и закатывая глаза, и тут же напустилась на них:

- Юные леди! Быстро заканчивайте завтрак и все по кельям. У нас такое творится!

- А что творится-то? - зашумели девушки.

- Чшшш! - вытаращила глаза добрая смотрительница трапезной. - Сейчас же замолчите!

Но потом, оглянувшись в сторону двери, все-таки сказала едва слышно:

- Неизвестный нарушитель был замечен у стен монастыря.

- А... - восторженно ахнули девушки, всем хотелось хоть одним глазком взглянуть на таинственного нарушителя.

Эйлин молчала и загадочно улыбалась, она его уже видела.

После завтрака снова явилась сестра Анхелина и строго велела:

- Никаких разговоров. Никаких прогулок. Все отправляются в кельи. Возможен визит инспектирующих попечителей.

***

В кельи так в кельи. Но Эйлин не собиралась сидеть там целый день безвылазно.

Дождавшись, когда снаружи все утихнет, она вылезла в окно и незаметно выбралась в сад.


***

Однако мало было выбраться, надо было еще не попасться никому на глаза.

Сад, примыкавший к крылу, где находились кельи послушниц, был невелик. А чтобы добраться до стены, нужно было пересечь двор, который сейчас как раз огромной метлой мел конюх.

Вшуххх. Вшуххх.

Короткими перебежками от дерева к дереву. И каждый раз застывать, вытягиваясь в струнку, когда он останавливался. Главное, чтобы не вздумал повернуться к ней лицом или, того хуже, идти сейчас сгребать в саду прошлогоднюю листву. Потому что у стены Эйлин заметила еще грабли, большой совок и тачку.

А мерный шум метлы, между прочим, приближался. Сидеть здесь и ждать, когда ее обнаружат, точно не имело смысла. Эйлин вовсе не хотела, чтобы ее потом оставили без обеда и ужина. Но тут конюха окликнул келарь, которому срочно нужно было убрать какие-то тюки. Они долго препирались, но потом конюх взял тачку и все же пошел вслед за келарем.

Настала благословенная тишина.

Эйлин осторожно выглянула из-за старого дерева, за которым пряталась, быстро подобрала юбки и побежала в сторону обширного монастырского огорода. Только успела спрятаться за плетень - голоса. Она тут же присела, прислушиваясь.

- ...посещение... и раньше срока! - голос сестры Анхелины звучал нервно.

Хммм? Любое посещение в их монотонной жизни было событием, а уж внезапная проверка - тем более. Но больше Эйлин ничего не успела разобрать. Голоса удалились, а она, пригибаясь, побежала между грядок к росшим у стены кустам жасмина и сирени. Все, дальше можно было не спешить. Кусты росли так густо, что за ними ее со двора не увидят.

Эйлин спокойно вскарабкалась на стену и выглянула наружу. Отсюда было видно все. Лесок, петлявшую среди полей подъездную дорогу и вдалеке замок в туманной дымке. А вот на подъездной дороге было пусто. Тогда с чего бы вдруг такой переполох? Ну, в самом деле, не прилетит же по воздуху эта комиссия попечителей? Ей стало смешно.