Таинственный мир Эрлика

Глава одинадцатая

Встреча

Эва, ощутив прикосновение к себе, открыла глаза и чуть не вскрикнула от неожиданности. Какие-то неясные темные существа тащили ее куда-то по земле. Холодом и страхом веяло от них, и Эва, сразу сообразив, что это – аруаки, закричала громко и прерывисто, давая понять, что она не спит. Ибо все жители этого мира знали, если ты уснешь в Долине Теней, ты больше никогда не проснешься. Это сработало, ее отпустили, но выход в долину, увы, уже закрылся. Существа в темноте стали совсем невидимыми, и Эва явствено услышала удаляющийся топот двух аруаков. Девушка осталась одна в полной тишине и темноте. Она, как и все жители этого таинственного мира, никогда не видела живых аруаков. Теней видели многие, знали, что это – аруаки. Но на этом познания их кончались. Эва поняла, что чудом осталась жива, и, немного успокоившись, посмотрела в ту сторону, куда удалились аруаки.

– Ничего не понимаю, они что, стали осязаемыми? Это ведь тени!?

Понемногу освоившись, ощупав себя и убедившись, что с ней все в порядке, Эва привстала и ощупала пространство. Там, откуда ее затащили, а она точно это видела целое мгновение, перед тем, как вход закрылся, была стена. И как не старалась и не упиралась Эва, выхода не было. Она поднялась на ноги, вытащила большой нож, который был у каждого человека из ее племени, и, протянув руку, махнула им, убедившись, что рядом никого нет. Эва действительно была храброй девушкой, и это помогало ей в тех условиях, где она жила. И надо помнить, что она была ведьмой. А значит, она всегда надеялась на помощь своих демонов.

Вытянув вперед руку с ножом, ведьма медленно продвигалась в полной темноте. Шаги ее были совсем не слышны, и казалось, что она будто бы парит над землей. Губы ее шептали заклинания, и она очень надеялась на помощь тех, к кому обращалась.

***

Илис, проснувшись от чувства голода, открыл глаза и молча стал смотреть в темноту. Сколько же всего необычного произошло с ним за последнее время? Где же его друг, быстрый помощник Самал? Время – вот чего ему здесь не хватало. Странно, а как они здесь живут, без закатов и рассветов, без вчера и завтра

– Через несколько снов...

– Интересно, а что будет со мной, через несколько снов.

Сон! Вот чем отмеряли все жители этого подземного мира время. Но ведь Желтоглазый сказал, что меня встретят и примут как равного. Неужели это и есть те, кто должен меня встретить, размышлял юноша, копошась в груде одежды, на которой только что спал.

Под рукой что-то звякнуло. Пошарив в темноте, он нащупал необычный продолговатый предмет. Поискав глазами место, где свечение было ярче, он подошел и рассмотрел предмет. Им оказался нож, вдобавок он был вложен в кожаный чехол, украшенный драгоценными камнями. Илис вытащил нож и был приятно удивлен его остротой.

– Они даже не знают ножей? – сказал он вслух. – А ну-ка поищу еще чего.

Илис стал проворнее рыться в одежде и с облегчением вздохнул, лишь когда оказался полностью одетым и обутым, с луком и ножом. Осмотрел лук, это был тюркский лук с короткой средней частью, круто выгнутыми плечами и прямыми концами, расположенными к плечам под углом. Лук – это прекрасно. Но без стрел, это пустая игрушка. Вновь порывшись в вещах, для чего ему пришлось почти все перенести в другой угол, все-таки нашел то, чего так недоставало - целых семь стрел. И все семь с трехлопастными наконечниками. Именно такими пользовались охотники племени Илиса. Он задумался, вновь нахлынули воспоминания. Но уже через мгновение, нащупав на древке стрелы позади наконечников костяные свистунки, которые пронзительно свистели в полете, он повеселел и даже засмеялся.

– Как у нас, как у нас, – громко закричал он и даже притопнул от радости ногой.

Теперь Илис был готов дать отпор тем, кто мог бы посягнуть на него. Но никого не было. Лишь темнота и тишина. Он стал ощупывать стену в правом направлении, чтобы не потеряться в темноте, и, пройдя некоторое расстояние наступил на что-то. Нагнувшись, он убедился, что это та самая одежда, где он лежал, и понял, что выхода нет, и он вернулся туда, где был вначале. Тогда он стал тихонько простукивать стены ручкой ножа, надеясь обнаружить пустоту. Обойдя еще один круг и не найдя ничего, он прилег на кучу одежды и закрыл глаза.

– Если я в плену, почему меня не кормят? И вообще, с какой целью они меня здесь держат?

И вдруг ужасная мысль обожгла его. Вождь этих ублюдков сказал, что никто не уходил от аруаков, и ты не уйдешь. Каждые три сна у них знаменуются пиршеством, где они пожирают мертвецов. Значит и меня готовят к этому пиршеству?

У Илиса учащенно забилось сердце. Один сон прошел. Осталось два. Надо искать выход, пока не поздно. Зачем им меня кормить, если они все равно хотят меня сожрать? Если, как сказал их вождь, они сами едят раз в три сна? Он с удвоенным рвением вновь стал остукивать стены и...

Ему повезло. А может это было так задумано Желтоглазым? Илис никак не мог принять то, что сам Великий Эрлик и был Желтоглазым? Сомнения мучили его, но не теряя времени, он начал ковырять стену ножом и, надавливая на него, выскребал то, что из нее выпадало. Пустота, которую он обнаружил, могла остаться пустотой, а за ней мог быть и монолит. Но с упорством и с нежеланием быть съеденным, он долбил и ковырял, пока наконец нож чуть не провалился в пустоту. Илис лишь в последний момент успел ухватить его двумя пальцами. Слабая полумгла словно светящийся глаз какого-то неведомого существа отразилась на стене. Дав пыли немного осесть, юноша заглянул в отверстие. Узкий коридор, насколько мог видеть глаз, уходил немного в гору и исчезал за поворотом. Он был освещен теми же россыпями аметистов, что и коридор, по которому его сюда привели. Илис решил немного понаблюдать в щель за проходом. Ведь его не было видно из коридора, зато он полностью видел все.

***

Эва была немного напугана тем, что так неосторожно попалась аруакам.