Тайны Чернолесья. Пробуждение.

Эдельвия. Поместье Орта. Осень 298г от разделения Лиории. Виллем.

Прошло несколько месяцев с тех пор, как Агния и Виллем поселились у гостеприимного барона Орта. Жизнь вошла в привычное русло, утром завтракали втроем под веселый щебет Агнии, потом барон отправлялся в оранжерею, возился в саду c любимыми цветами, иногда уезжал до соседнего поместья по делам, Агния и Виллем тем временем уходили дальше по морскому берегу, где чародей мог свободно практиковаться в использовании силы. С каждым разом получалось все лучше и лучше, он научился брать жизненную энергию не только у деревьев и растений, но и у животных, водившихся в округе. Что происходило с бедными зверушками после таких вот занятий, чародей даже не видел, так как расстояние, с которого он мог взять энергию, тоже увеличивалось с каждым разом. Агния сожалела лишь об одном - что для использования существа в таких вот целях, оно обязательно должно было быть ущербным - либо подверженным болезни, либо раненым. Над здоровыми и сильными чародей не имел власти. Но, думалось девушке, когда настанет момент использования жизненной энергии людей, все станет гораздо проще, ведь чистых душой и телом намного меньше, чем людей порочных, а значит и границ у Виллема практически не будет.

  Обедали обычно Агния с Виллемом вдвоем, так как барон уезжал по делам. Иногда у поместья появлялись торговцы с городскими товарами, в основном тканями и милыми женскими безделушками, которые девушка скупала в огромных количествах, пользуясь щедростью Орта, влюбленного в красавицу без памяти. После ужина брюнетка навещала Жельксия в его спальне, а когда барон засыпал с блаженной улыбкой, на цыпочках пробиралась в спальню чародея и погружалась в сладкий сон в его крепких объятиях. И все трое чувствовали себя вполне довольными жизнью, пока в один дождливый вечер в дверь не постучали, и на пороге поместья не появился высокий худой старик с длинными спутавшимися седыми волосами и такой же длинной седой бородой.

  Истрепанный балахон старца был мокрым от дождя, цепкий взгляд черных глаз излучал что-то необъяснимо страшное, от чего у вышедшего навстречу гостю добродушного барона, побежали по коже мурашки.

  - Господин барон, я бы хотел увидеться с леди Агнией, которая, насколько мне стало известно, гостит у Вас в настоящее время. Я ее бывший наставник - приест Еугений из Руазия, - сухо сказал старец и, не дожидаясь приглашения, прошел к большому камину в гостиной, оставляя мокрые следы на роскошном башангском ковре. Барон засуетился, махнул горничной рукой, чтоб та приготовила комнату и одежду для нежданного гостя.

  - Сейчас, господин приест, мои слуги приготовят вам комнату и сухую одежду, и леди Агнию позовут.

  Девушка же уже сбегала по мраморной лестнице, цокая каблучками, на ходу поправляя шнуровку на домашнем платье. Вид у нее был испуганный и удивленный, однако, стараясь не показать своего смятения, она заулыбалась и, поклонившись, поцеловала милостиво протяную худую старческую руку.

  - Приест Еугений, чем обязана я Вашему визиту?

  - Дочь моя, меня привели к тебе серьезные обстоятельства, но о них нам лучше будет поговорить наедине после ужина, любезно предложенного господином бароном.

  - Да, конечно, я понимаю,- Агния кивнула.

  Ужинали молча, девушка была мрачнее тучи, старец прожигал присутствующих недобрым взглядом, и все старались поглощать пищу, не поднимая глаз от тарелок.

  Виллем ощущал нечто похожее на надвигающуюся грозу, когда еще не слышишь грома, и молнии не освещают небо, но сам воздух наполнен предчувствием. Добряк Орт наконец-то, не выдержав тишины, постарался завести разговор:

  - Агния, а ты не рассказывала, что была ученицей приеста.

  - Да, действительно, Агния, и я тоже не знал об этом. Ты же говорила, что не наделена даром силы кажется, - поддержал барона Виллем.

  Брюнетка печально посмотрела на него и снова опустила глаза. За нее ответил старик:

  - Агния и не была моей ученицей, я скорее не наставник ей, а отец, взявший на воспитание осиротевшую девушку. Впрочем, эта долгая история и, быть может, она сама расскажет ее вам, господа, как-нибудь в другой раз. А сейчас, я должен извиниться, но мне нужно подняться в комнату и поговорить с дочерью с глазу на глаз. Так как дело важное и отлагательств не терпит. Пойдем, дитя.

  Приест Еугений поднялся из-за стола и направился к лестнице, ведущей наверх, Агния, опустив голову и потупив взор, проследовала за ним. Виллем и Жельксий, не сговариваясь, переглянулись и также покинули столовую. Выйдя на террасу и опершись на резные перила, закурили длинные сигары. Дождь как раз закончился, воздух был наполнен свежестью, но мужчин это не волновало, как-то тревожно им было обоим за ставшую такой близкой зеленоглазую красавицу.

  - Агния, я не узнаю тебя! Что ты творишь? Живешь тут в свое удовольствие, а как же наш темный Господин и его войско, которые томятся в ожидании и жаждут выйти на эту бренную землю? - приест Еугений быстрыми шагами ходил по комнате от окна к двери и обратно.

  - Не понимаю, к чему эта излишняя театральность, Еугений? Эти пылкие напыщенные речи, этот дурацкий образ старца в балахоне? - Агния сидела на пуфе у туалетного столика и невозмутимо разглядывала себя в круглое зеркало в тяжелой золоченой раме, лишь краем глаза улавливая отражение приеста за своей спиной. - Все мы люди и имеем право иногда расслабляться и получать удовольствие. И кроме того, я здесь не только прохлаждаюсь, как ты успел заметить я обучаю темного чародея, наш козырь в битве, которая предстоит.

  Еугений раздраженно остановился посреди комнаты, поймал взгляд девушки в отражении зеркала:

  - Мы не люди, Агния, пора бы уже уяснить для себя этот факт! И нет у нас никаких прав, лишь долг перед темным Господином за данный шанс изменить то, что нам так хотелось когда-то изменить!