Тайны Чернолесья. Прозрение.

Август 316 г. от разделения Лиории. Вейст. Иллария.

– Марк, ну хотя бы ты воздействуй на эту несносную леди, – Нэлла влетела в кабинет брата и без приглашения плюхнулась в кресло, откинув в сторону ридикюль.

– Что произошло? – мужчина задал вопрос, невозмутимо продолжая изучать какую-то толстую книгу.

– Нет, я совсем не против выхода в свет, и как раз даже одобряю. Это лучше, чем сидеть в деревне. Но выходить в свет с целью получения слухов, знакомств, полезных связей, быть на виду у вейстского двора.

– Ну и разве не этим вы с Илларией занимались на приёме? – все также, не отрываясь от книги, спросил Марк.

– Конечно же нет! – всплеснула руками Нэлла. – Как выяснилось, мы находились на приёме с одной единственной целью – шпионить за дражайшим Виллемом, который кстати говоря, и так никуда от нас уже не денется. А потом по пути домой устроить истерику.

– Марк, не слушай ее, – Рия с поплывшим макияжем и встрепанной прической, хлюпая носом, процокала в кабинет и заняла второе кресло рядом со столом. – Твоя сестра любит превращать мух в драконов. Ничего особенного не произошло. И да, мне нужно было понять, кем так увлечён мой будущий супруг.

– Ну и как? Поняла? – ехидно спросила Нэлла.

– Ты же знаешь, – опустила голову баронесса, – все запутано и непонятно.

– А вот с этого места поподробней, – мужчина наконец-то оторвался от работы и внимательно посмотрел на Рию. – Твое желание выяснить причину внезапной холодности Виллема мне понятно, такие как мы, не приемлют отказов. Но результаты твоих поисков – это полный абсурд. Ты умудрилась заподозрить даже свою подругу-чародейку, на которую ни один мужчина в здравом уме и не посмотрит. Сегодня опять являешься в слезах и рассказываешь о том, что тебе все непонятно, все слишком сложно. Может быть, стоит разобраться?

– А я о чем говорю, – обиженно надула губы баронесса и победно посмотрела в сторону компаньонки.

– Хорошо, давай тогда с самого начала. Ты пытаешься найти ту, что украла сердце твоего жениха.

Рия кивнула. Нэлла усмехнулась:

– Сомневаюсь, что оно у него есть.

– И все же, – продолжил Марк, – моя сестра верно подсказала тебе когда-то – причина холодности мужчины кроется в другой женщине. И эта другая вероятнее всего кто-то из высшего общества. Насколько я наслышан о Виллеме, он ценитель изысканности.

– Конечно, и я тому прямое доказательство, – гордо задрала хорошенький носик Иллария.

– Допустим... – задумался мужчина, – так что ты видела на балу? Он танцевал с кем-то, был подолгу с какой-то из дам?

– В том то и дело что нет. Он танцевал лишь со мной и открыл бал в паре с принцессой Юлией.

– И? Что же такого произошло? В чем запутанность твоей ситуации? В чем причина твоих слез?

– В том, что он не желает меня, – вновь всхлипнула баронесса. – И желает ее – коэнрийскую принцессу! Я видела, как он смотрел на неё, как обращался к ней, я знаю этот взгляд.

– Ты хочешь сказать, что коварная искусительница найдена? – усмехнулся Марк, переглянувшись с сестрой.

– Нет, – помотала головой Иллария. – Я думала, что сердце Виллема украли, что его коварно одурманили, отвели от меня. Это придавало мне сил для поиска, для борьбы за наше общее будущее. Но...

– И что же? Разве чародей не смотрел на другую женщину с вожделением?

– Он смотрел. Но она была равнодушна к нему, сосредоточена на танце и абсолютно серьёзна. Я наблюдала за принцессой, она неохотно общалась с Виллемом в течение всей официальной части, неохотно пошла с ним в паре, а после и вообще покинула бал.

Нэлла неожиданно рассмеялась:

– Тебе ли не знать, дорогая, что женщины куда более талантливые актрисы? Мы с малых лет умеем притворяться так, что мальчишкам и не снилось.

Иллария вопросительно посмотрела на Марка.

– А сестра в чем-то права. Принцессе Юлии есть что терять, на кону корона Эдельвии, долг перед своей страной, она не может мило кокетничать с любовником на глазах всего двора. И возможно даже злится на него за несдержанность из страха быть уличёнными.

– То есть, возможно, я нашла ее? – захлопала ресницами Рия. – Коэнрийская принцесса не только украла у меня моего мужчину, но и мастерски притворяется, что он ей не нужен.

– Ну, мы этого не говорили, – вновь переглянувшись с сестрой, добавил Марк.

– Зато я почти уверена в этом. Вот потаскуха, – изящный веер в руке баронессы жалобно затрещал. – А как притворяется мастерски, я и не заподозрила. Спасибо, друзья, что открыли глаза. Теперь уж я выведу их на чистую воду.

– Ну-ну, опять горячишься как человек, вспомни, что ты темная и сохраняй разум холодным, – остудил готовую рвануть в бой баронессу расчётливый Марк.