Тайны Чернолесья. Столкновение.

3.

 - По-моему, неплохо получилось, - симпатичный пожилой цирюльник наконец-то отошел от меня, критически оглядывая свою работу.

  Одобрительный шепоток горничных за спиной был ему ответом.

  Я смогла встать с кресла, на котором провела последние пару часов под неустанными хлопотами служанок леди Ежелии и этого энергичного мастера. Все тело затекло от долгого сидения, а еще я наконец-то смогла беспрепятственно поднять руку к лицу, чтоб потереть давно чесавшуюся бровь, но была остановлена громким шиканьем горничных.

  - Что вы делаете? - панические нотки в голосе милого старичка остановили меня, и я испуганно отдернула руку. - И думать забудьте о том, чтоб трогать лицо или волосы! Вы же не хотите размазать макияж или испортить прическу?

  - Нет, конечно, - я замерла, снова боясь пошевелиться.

  Две молоденьких горничных захлопотали вокруг меня, помогая надеть на чехол платье. А вернее, одевали как куклу, не давая мне самой даже пошевелиться. Когда все застежки были застегнуты, а складочки разглажены, цирюльник поправил мои волосы, и мне разрешили взглянуть на себя.

  Осторожно ступая, я подошла к зеркалу. Оттуда на меня глядела незнакомка. Неверяще, я коснулась ее рукой. Девушка в зазеркалье полностью повторила мой жест - наши руки соприкоснулись, и пальцы ощутили гладкую холодную поверхность стекла. Только тогда я поверила, что это мое отражение.

  - Ну-с, юная леди, вы довольны? - мастер ждал похвал, а у меня не было слов.

  Неужели, это я? Нет, девушка, смотрящая из зеркала моими глазами, не была совершенством, и до той же Илларии мне было далеко, но я и представить себе не могла еще два часа назад, что могу выглядеть так. Мои вечно растрепанные короткие волосы были уложены и убраны так, что создавалось впечатление высокой прически. Мои вечно обветренные искусанные губы теперь покрывал тонкий слой блеска, обычно загорелое лицо, которое я никогда не прятала от солнца, приобрело совершенно другой оттенок кожи, и какие-то неведомые мне ухищрения мастера подчеркнули линию скул так, что почти незаметно подведенные глаза казались большими и выразительными. А ресницы... я никогда и предположить не могла, какими длинными и густыми они могут быть, подкрашенные умелой рукой. Причем при всем этом мой облик не выглядел вульгарным и раскрашенным. Следов косметики вообще не было заметно, вопреки моим представлениям. Синее, мерцающее почти незаметными искорками платье, сшитое в Рижене, довершало картину, придавая фигуре элегантность.

  - Восхитительно! - старшая горничная леди Ежелии - Нания одобрительно улыбалась. - Вы как всегда, лучший, господин Перри, миледи будет довольна.

  - Леся, ты готова? - дверь моей комнаты распахнулась и, благоухая тонким, почти неуловимым ароматом духов, вошла леди Ежелия. - Там господин Гошер и Аркадий уже заждались. Да и выезжать скоро.

  Я совсем забыла, что перед выходом мы хотели повторить с учителем наиболее сложные элементы танцев.

  - Да, миледи, мы как раз закончили, - мастер, взяв меня за руку, развернул к вошедшей. - Как вам? Хороша, не правда ли?

  Леди Ежелия улыбнулась и стала хвалить господина Перри за проделанную работу, а я чувствовала себя куклой, которую вертят и рассматривают, но сама боялась сделать лишнее движение, чтоб не навредить своему новому образу.

  - Отомри, Леся, - рассмеялась леди Лаэзир, взяв меня за руки, - идем же, нас ждут. Ты довольна тем, что получилось?

  Я неуверенно кивнула, и мы спустились вниз к ожидающим нас мужчинам.

  Небольшой повтор танцевальных па перед выходом и разговор с семьей Лаэзир немножко сняли с меня напряжение и неловкость. Я освоилась и, к тому времени, как мы сели в карету, почувствовала себя увереннее.

  Дворец, украшенный огнями и чародейством, блистал и сверкал во тьме ранней декабрьской ночи, подобно драгоценному камню. Начарованный снег лежал, как мягкий пух на голых кустах и деревьях дворцового парка, каменных ступенях и не таял. Аркадий, поддерживая меня под руку, двигался вслед за четой родителей.

  Я радостно улыбалась встреченным знакомым. Кивнула стоящему на страже дядьке Ивию, сменившему ради праздника дальний пост на центральный вход. Несмотря на каменное выражение лица, он все-таки умудрился хитро подмигнуть мне, тут же снова приняв невозмутимый вид. А, стоящий у дверей бальной залы, Ерой выпучил глаза, когда узнал в блестящей даме меня. Не удержавшись, я показала ему украдкой язык, чем рассмешила Аркадия, наблюдавшего за нашей пантомимой. Настроение у меня было приподнятое. Я не могла оторвать восхищенного взгляда от праздничного убранства дворца. Чародеи постарались на славу. Снег, лежавший на ступенях дворца, так поразивший меня, оказался не самым удивительным. Пушистые прохладные снежинки падали с потолка, исчезая в миллиметрах от поверхности пола, мебели, или нарядов гостей, приятно холодя кожу и не оставляя следов на одежде, сверкая в прическах дам и кавалеров и исчезая через несколько мгновений. Живые картины мерцали на стенах, множась в отражениях зеркал и поражая воображение своей красотой.

  Ночь была наполнена волшебством, и я чувствовала себя героиней старой сказки. Сиротка Крисия из меня получилась вполне каноничная, нехватало только Злой Мачехи, ожидающей дома с половой тряпкой. И Прекрасного Принца. Но если без первой я вполне могла обойтись, то второго, хоть он до сих пор не появился, я все-таки надеялась сегодня встретить.