Тайны души. Прозрение.

Глава 15. Расширяем кругозор. История Миши.

  Я не поверила своим ушам. Вот этот милаха, который гладил меня по голове и утешал, был когда-то диким домовым?! Он делал людям гадости?!

- Ты был диким?! Почему? Почему много лет не мог найти хорошую семью? В доме, где ты жил, что разве никто не селился?

- Ну, так сразу мне и не ответить на все твои вопросы. - пробурчал Миша, почёсывая затылок.

- Хорошо. Давай тогда по порядку. С самого начала. Мне правда интересно. - заверила я домового и уселась поудобнее, приготовившись слушать.

- Ладно расскажу. 

    Я появился, а точнее вылупился сто тридцать шесть лет назад в другом городе. Услышал голос создателя, который сказал - "Пора! Твоё время пришло! Проснись дух и служи людям!". Мы - домовые, появляемся на свет, так сказать, уже взрослыми. Создатель вкладывает в нас изначально некоторые знания и умения. Поэтому можем сразу после того как вылупились осмотреться и приниматься за работу.

  Я удивленно вскинула брови и переспросила:

- Работу? А в чём заключается работа домового?

- Ну, ты странная. Создавать в доме уют конечно. Помогать людям, так сказать, "вить счастливое семейное гнездышко". Присматривать за хозяйством и домочадцами. Работы у домового всегда много. Только успевай. А, я вылупился ещё в огромном доме хозяина фабрики. Тут надо было смотреть и за семьёй самого хозяина дома, и за слугами, и за дворовыми постройками. У фабриканта и две лошадки имелось. Одна гнедая, другая каурая. Красииивые. Гривы длинные. Я им косички ночью заплетал.  Дом хоть и в городе был построен, но имел свой маленький дворик и несколько хозяйственных построек, примыкающих к небольшой ткацкой фабрике. Дом был большим, да и хозяйственных  построек было не мало. Так что работы хватало. Но её было не так много, как за городом. Когда усадьба далеко от города, то там рабооооты..... целые горы. Там же тогда и скотины полно и птицы разной. За всем надо уследить. Везде помочь.

  Я уважительно посмотрела на домового. Такой не большой росточком, а такой трудяга. Уважение смешалось с жалостью ко всему роду домовых.

- Бедные. Как же вы со всем справляетесь?

- Да, нам домовым работа не в тягость если она на пользу семье, да на благо дома. Мы радуемся когда новые дома будто бы расцветают. Обрастают новыми пристройками. Украшаются мебелью и предметами искусства. А, как я радовался, когда в семье новый человек появлялся,..... не сказать словами. Я души не чаял в хозяйских дочках. Играл и с хозяйскими детками, и с теми детишками, которых привозили хозяевам  в гости. Любовался вместе с ними новогодней ёлкой, украшенной конфетами, игрушками, леденцами и  карамельными яблоками, зная, что добрая хозяйка и про меня не забудет, оставит конфетку на шкафу. Я был счастлив в этой семье и в этом доме.  

    Домовой говорил всё это с улыбкой, но вдруг помрачнел и тихо добавил:

- А, потом всё рухнуло.

- Что рухнуло? Дом?  - спросила я, не понимающе уставившись на домового.

- Нет. Не дом. Всё рухнуло! Вся жизнь! Революция семнадцатого года всё сломала, перемолола людей как мясо. Вначале расстреляли хозяина. Хозяйка с уже взрослыми дочерьми пыталась сбежать из России. Она собирала вещи, когда за ними пришли. Мои девочки, которых я вырастил плакали, а я ничем не мог помочь. Метался по дому, хлопая дверьми и завывал. Люди думали, что это ветер, сквозняки, а это я не находил себе покоя.

- А, как же твоя магия? Ты же вон, книгу летать заставил. Вот и устроил бы представление, чтобы чужаки испугались и убежали.

   Миша горько вздохнул и махнул лапкой.

- Да, какая магия?!.... Я же ещё слишком молодой был. Мне было чуть больше тридцати лет. Магия у нас с возрастом растёт как и мы сами. Я тогда чуть больше морской свинки был. И магия у меня ещё только-только проявляться стала. Да и то, бытовая.

- Как это бытовая? - переспросила я не понимая.

- Ну, например цветы, чтобы дольше в вазе стояли,.... или грызуны, чтобы дом обходили,... доски, чтобы в доме не гнили и жучок их не портил,... водичка, чтобы из-под крана чистая бежала, без ржавчины. Ещё, чтобы хлеб сразу не черствел. Так по мелочи. Это сейчас я уже много чего умею, но и то мне ещё учиться и учиться . А, тогда я был очень слабым и не смог защитить свою семью. Их увезли куда-то и я больше не видел ни хозяйку, ни моих девочек.

  Домовой закрыл лапками мордочку и всхлипнул. Я пододвинулась к нему ближе и молча приобняла за плечи. Мы немного посидели так в тишине и Миша продолжил:

- Я очень по ним скучал. Выл не стихая целыми сутками. Когда в дом стали въезжать чужие люди и переделывать его ломая и уродуя, растаскивать вещи старых хозяев или выкидывать, то, что казалось им не нужным... я обозлился. Ломал всё, что только мог. Вредил как только мог. Люди не задерживались в этом доме, стараясь поменять место жительства. Постоянная смена лиц утомляла и злила меня ещё сильнее. Дом стал считаться дурным. И люди стали селиться в нём дурные.  Я почти озверел за эти годы. Ненависть и злоба выела во мне всё хорошее. Даже воспоминания о прошлой счастливой жизни казались лишь сном. Мой разум был словно затуманен злой болью, съедающей меня изнутри. И вдруг, сквозь весь этот туман, я вдруг услышал: "Домовой, домовой, ты будешь дружить со мной? Прими мою семью в дом свой". Слова "семья", "дом", "дружить" стучались в моё сознание. Я осмотрелся и увидел, что в одну из комнатушек въехала молодая семья. Они стояли с чемоданами и нераспакованными вещами посреди комнатки и улыбались. А потом молодая женщина, передала какой-то сверток мужу, достала из кармана конфету и положила её на подоконник. Конфету!!! Понимаешь,... Конфету!... Для меня! Я конфет не ел уже много десятков лет. Да, что там говорить, почти сто лет их не ел. Ведь это были уже восьмидесятые. Затем женщина снова подошла к мужу и развернула свёрток. Там был ребёнок. Маленькая девочка. Совсем кроха, месяцев трёх от роду. Женщина ласково заговорила с малышкой и та раскрыла глаза. Я посмотрел в эти васильковые глаза и понял, что безумно хочу сделать эту малышку счастливой. Хочу сделать счастливой её и всю эту семью. Я захотел отдать им всю свою нерастраченную за долгие годы любовь и заботу. Я понял, что нашёл новую семью. Свою семью.