Тайны Кастоль 2

Глава 12. Сын ведьмы и кровь Кастоль

Они шли три ночи и спали три дня. Ели то, что удавалось поймать и ели в основном сырым или подсушенным за жаркий день. На их пути встречались необычные ручейки, Кьёр объяснил это тем, что третья эмита призвала в Пустыню воду и теперь эта вода выходит в разных местах в виде вот таких ручейков. Эмита, по его словам, еще только училась управлять своей необычной силой, поэтому ручейки нестабильны.

– Слушай, Кьёр, а ведь туман – это некое ограничение магии, так мне Варх говорил. Может это из-за тумана маги континента не выходят за пределы десятого уровня? А вдруг магов кто-то специально ограничил в развитии этим туманом? Может те самые святые маги что-то нехорошее сделали?

– Думаю сделали, но кто именно я не знаю, – ответил юноша. – Маги воевали и делили территории. Пользовались своей ужасающей силой, которая переваливала за несколько десятков уровней.

– Десятки уровней? Это как вообще?

– Это так, что ты, обладая мощью огня, можешь превратить цветущую землю в безжизненную Пустыню.

– Так это… это раньше не Пустыня была? – девушка пораженно уставилась на Кьёра.

– Не была. Это была территория девушек-рувим. Они хранили себя от мужчин, собирали травы и лечили больных. Строили себе крошечные дома и занимались саморазвитием. Их призванием была забота о континенте… тогда едином континенте.

– Значит информация о втором континенте – правда? – Вилерия любила узнавать новое, но сейчас не знала, что первее спрашивать.

– Да, вот только могущественный маг земли не захотел делить собственную, как он считал, территорию с другими и непреодолимой силой земли расколол единый континент на две части. Так вот и отделился от остальных.

– А ты откуда знаешь?

– Я вижу через Источники то, что магически случается в мире. Или случалось. Не в смысле, что могу подглядывать за жизнью магов, хотя за эмитами могу, да, но я имею ввиду то, что магия мне сама посылает образы того, от чего она страдает. Но это только, если я прикасаюсь к Источнику руками. Магия страдает в первую очередь от таких, как правящий род Дайлан`Эр. Сила не любит насилия!

– Как странно звучит эта фраза, – Вилерия задумалась, – так значит, мне масте… Рэйнольд и Варх вчера неслучайно намеки делали, что верховный совершенно не тот добрый дядюшка, каким кажется?

– Ни он не такой, ни весь его род, – глаза Кьёра наполнились болью. – Я уж не знаю всей той истории, ты об этом лучше ректора спроси. У него в роду передаются дневники того самого владыки святых, Архана. Я много раз читал в его голове, как он вспоминает истории о Кастоль, его друге Сирине и даже об истории дочери Сорель… Но я все же хочу тебе сказать, что это именно из-за учеников Архана на континенте случился разрыв пространства и туман хлынул в этот мир.

– Сразу весь что ли? – спросила Вилерия.

– Нет, сначала его не было много, но потом, когда алчность и вражда стали усиливаться, стал усиливаться и туман. Он типа питается этим, как я понял про него, когда мы с Иринеей в нем три дня пробыли.

– Ты что??? – сверкнула зеленью Вилерия. – Ты помнишь про туман? А нам ничего не сказал? Как ты мог? Мы тогда чуть ли не всю библиотеку Небесных на уши не подняли, чтобы разгадать это, а ты просто сидел, мило улыбался, тепло смотрел на Ири и все знал??? Кьёр!!! Это нечестно!

– Почему ты обвиняешь меня в нечестности? – возмутился парень. – Да, я помню про туман, но что там помнить? Я не могу даже коснуться его, он уходит от меня. Я и сам не больше твоего знаю о нем. Дар менталиста помогает мне выудить информацию из голов ректора и старых профессоров…

– Выудить? Это как?

– Ну, так, что мой собственный дар… – загадочно улыбнулся Кьёр, – он как бы вызывает нужные мысли и эмоции… это воздействие, но оно буквально длится пару секунд, хотя этого хватает, чтобы профессора начали размышлять про себя о том, о чем бы я хотел, как менталист услышать. Если что, то я не использую эту информацию в корыстных целях или чтобы вредить другим!

– И что у них там в головах? – Вилерия знала, что ее пустынный напарник не лжет.

– Сомнения в основном, – ответил юноша. – Они все сомневаются в том, что касается прошлого континента.

– А что ты знаешь вот прям точно-преточно без сомнений? – подняла брови Вилерия.

– Знаю, что ведьмы – не враги континенту. Кстати, ведьмами их правящий род обозвал. А вообще-то это те самые травницы-рувимы, которые жили на этой земле, пока магиня огня Сорель не выжгла ее и не превратила в Пустыню.

– Что за глупые маги!!! – искренне негодовала зеленоглазка. – Один разрывает континент, другие воюют и делят власть, а третья выжигает землю!!! Зачем такая жестокость?

– Жестокость, Вилерия, это то, что сделал с ее несовершеннолетней дочерью Дайлан со своими подельниками, – в серых глазах стояли горькие слезы. – Дочь Сорель была травницей, она выбрала непорочную жизнь вдали от мужчин. Двуличный Дайлан не мог смириться с тем, что все его друзья пробивались в развитии на новые уровни, а он как был десяткой, так и оставался ей. Он оставил друзей, сколотил себе шайку и начал из-под тишка пакостить тем, кому завидовал. А кого может выбрать кучка здоровых мужчин для самоутверждения? Отыграться за свое… невеличие… можно лишь на тех, кто точно не даст сдачи.

– Кьёр, как это ужасно, – Вилерия и сама чуть не плакала.