Тайны Кастоль

Глава 14. Особенности даров

– До праздника в честь начала зимнего цикла три дня! – лорд уже больше двух часов гонял Вилерию от одного тренажера к другому. – Дышите, не забывайте дышать!

– Я дышу, мастер, дышу, – пыхтела девушка.

– Поглощение! – лорд выложился на максимум.

Вилерия собрала всю свою волю в кулак и сосредоточила магию вокруг себя так, чтобы ни единой частички не просочилось из ее воображаемого кокона. Ей было проще, когда она начинала визуализировать вокруг себя непроницаемый купол, который не позволял бы никому уловить эманации ее магического присутствия.

– Неплохо, – заключил лорд и девушка проявила себя.

– Наставник, разрешите вопрос? – обратилась к нему Вилерия.

– Задавайте, – присел на скамейку наставник.

– Разве будет советник верховного через каждые пять минут кричать на каждом углу про поглощение? Может он и вовсе не станет этого делать?

– Вы не знаете привычки профессионалов, леди. Ни один облеченный властью маг, тем более тот, кто из тени верховного управляет континентом не станет начинать приватный разговор до тех пор, пока не убедится, что находится там, где не будет лишних глаз и ушей. Поверьте мне, кричать по углам на балу он не будет, но и вы не останетесь там, где советник возжелает с кем-либо говорить приватно. Даже если вам удастся неотступно следовать за ним во время праздника, то поверьте, он вдоль и поперек просканирует то место, где пожелает переговорить наедине с кем-то, причем не один раз, поэтому тренируйтесь усерднее. У нас осталось всего три дня.

– Мне нельзя попадаться, – вздыхала Вилерия, – понимаю.

– Не просто нельзя! Вы очень рискуете, так как если вас поймают за шпионажем и начнут доставать из вашей головы информацию, то представьте себе на секундочку, какая реакция последует на то, что вы и про эмитов знаете, и про Источники, и что вместе с нашим отделом копаете под советника и, откровенно говоря, пытаетесь нарыть компромат на тех, кто непосредственно участвует в управлении континентом. Но вы можете отказаться, Вилерия: вас никто не заставляет это делать.

Лорд участливо посмотрел на девушку, но знал, что она не отступит. Варх говорил ему о том, что они делают это ради своего отца и Рэй сам видел, как усердно трудятся обе сестры. Это вызывало в нем чувство глубокого уважения и восхищения их преданностью главе семьи.

– Никто не заставляет, – тихо сказала Вилерия, – я сама хочу, мастер Рэй.

– Если вы сможете раздобыть какую-либо ценную информацию, – лорд сделал паузу, – то думаю мы точно продвинемся в расследовании. Сейчас у нас мало зацепок. Данные с почты настолько разрозненны, что связать перемещения с кем-то одним просто нереально. Даже учитывая то, что имя советника во всех журналах упоминается часто, привязать его перемещения ко всем преступлениям не выходит никак. Ваша сестра была права: вариант с почтовыми журналами не сработал. Кстати, где ваша сестра?

– Если честно не знаю, наставник. После того, как приехал Лерас, она редко появляется дома.

– Понятно, – протянул маг, поглаживая свой подбородок. – А вы разве не интересовались у нее, что случилось?

– Эээ, нет,… я… нет, я просто знаю, что Ири всегда все делает правильно. Я стараюсь доверять ей.

– Но сейчас вы не имеете понятия, где она и что делает, – лорд прищурился, разглядывая собеседницу. – Разве это правильно – заставлять вас тревожиться?

– Не знаю, что ответить, – пожала плечами Вилерия.

– Что ж, в любом случае, не забудьте, что в час мы собираемся для того, чтобы еще раз обговорить ваши действия во дворце.

Вилерия встала и ушла приводить себя в порядок после тренировки, поймав себя на мысли, что не знает, где сейчас сестра и почему они никак не могут в последнее время поговорить. С момента приезда Лераса Иринея совершенно отделилась от группы и перестала приходить в отдел. Если она и приходила, то очень поздно и сразу же шла или в библиотеку, или до бессознательного состояния нагружала себя в тренировочной.

Рэйнольд шел по коридору в поисках менталиста и понимал, что дело стопорилось. По факту он не мог требовать от девушки сидеть весь день в здании: магический договор он лично составлял, поэтому обязанности двух сторон знал прекрасно. Рэй почему-то просто сам хотел, чтобы девушка все равно была рядом и проявляла участие, даже если команда столкнулась с трудностями.

Визит в дальние претории ничего им не дал, там никто ничего не видел, изменения памяти Варх не обнаружил ни у кого из опрошенных, хотя опросили они многих. Если вылазка во дворец не принесет ничего, то дело могло зайти в тупик. Тупики в делах лорд не любил, а неизвестность его порядком раздражала. Напрягало его и то, что они несколько раз вынужденно собирались в служебном доме для неофициальных совещаний. Пропуск Лерасу Наолли он не мог просить у верховного, это привлекло бы нежелательное внимание. Фамилия Наолли была рувиму хорошо известна, а во всем, что касалось эмитов и их семей, владыка проявлял безукоризненное покровительство и фанатичную дотошность; всю информацию он и его группа хранили в секрете даже от отдела.

Ликая, будучи единственной свидетельницей того, как зовут рыжего парня, что поселился с сёстрами в служебном доме, с радостью хранила для Рэйнольда тайну фамилии друга младшей сестры. Сам же Лерас посвятил команду в тайны семьи и рассказал им об обязанностях эмитов и Источниках. Когда Олег связал дважды два, то открылась удивительная картина и на данный момент все дороги на этой картине вели во дворец.