Тайны Леонвильского замка

Глава 11

Лидия шагала по разноцветным  плиткам мозаичного пола так быстро, что тётушка и её компаньонки едва  поспевали следом. Она думала только об одном: как ей снова вернуть расположение Грэма, который теперь наверняка возненавидит её за своё унижение. Нужно поскорее сменить испачканное и помятое платье, чтобы прийти к отцу в пристойном виде, обнять его седеющую голову, сесть у ног и рассказать всю правду о событиях вчерашнего дня, перевернувших в замке всё с ног на голову, и убедить в невиновности Грэма. 

«Леонид ещё пожалеет о своей невероятной наглости!», - мстительно думала девушка.

У самой двери в свои покои виконтесса остановилась и спросила у тётушки: 

- Почему отец не вышел нас встретить во двор?

- Ваш отец, - сухо ответила вдова, - заболел. Его доброе сердце не выдержало вести о побеге единственной дочери.

- Отец болен? – воскликнула Лидия, разворачиваясь. – Почему вы сразу мне не сказали? Я немедленно пойду к нему.

- Вы останетесь в своей комнате, как велел ваш брат господин виконт, - с прежним бесстрастным выражением ответила тётка.

Она встала, загородив половину коридора. Толстая Габриэлла, одна из тётушкиных компаньонок, решительно расправила юбки, заняв позицию на второй половине. Путь к покоям отца был отрезан. Вторая приспешница, шустрая Лия, отворила дверь в покои виконтессы и замерла в ожидании. Лидия почувствовал себя загнанным в ловушку зверем.

- Почему я не могу пройти к отцу? – всё ещё не сдавалась она.

- Он не желает вас видеть после того, как вы опозорили его род, - отчеканила тётушка и каждое её слово падало каменной глыбой, возводившей непроницаемую стену между двумя родственницами.

 - Вы же ничего не знаете! – вскричала Лидия, теряя самообладание.

- Я знаю достаточно, - отрезала тётка и воспользовавшись замешательством девушки крепко взяла её за руку и почти втолкнула в комнату.

Привыкшая совсем к другому обращению Лидия была ошеломлена такой грубостью. Но едва в замке повернулся ключ, она опомнилась и принялась изо всех сил колотить кулаками в резную дверь. Причудливые завитки растительного орнамента впивались в ладони, оставляя красные следы. Но она не обращала внимания на боль от обиды и злости.

- Откройте, немедленно откройте! – кричала она. – Не смейте запирать меня!

Наконец, за дверью послышались шаги. Повернулся ключ, и на пороге показалась комнатная девушка виконтессы с подносом в руках. Присев в почтительном поклоне, служанка замерла на миг в нерешительности. За её спиной мелькнул белоснежный чепец тётушкиной приживалки. Лидия отступила назад, досадливо сжав губы и жестом велела служанке пройти в комнату. Лишь только та сделала шаг вперёд дверь со стуком захлопнулась за её спиной. Тётушкины приспешницы оказались хорошими тюремщицами.

От подноса, который служанка водрузила на столик у окна,  исходили такие умопомрачительные запахи, что у Лидии свело живот от голода, ведь с утра у неё во рту не было ни крошки. Решив, что сытость куда лучший помощник в свершении её намерений, Лидия, забыв о немытых руках и прочих правилах этикета, жадно набросилась на еду.  «Интересно, покормили ли Грэма? – мелькнуло у неё в голове, пока она уминала жаркое из  кролика. – Надо узнать, куда его заперли». 

Но  тут она снова вспомнила, что теперь у неё свободы ровно столько же, сколько у несчастливого узника. Удовольствие от вкусного завтрака сразу сошло на нет. Лидия отложила в сторону недоеденный кусок сладкого пирога и посмотрела на комнатную девушку, которая скромно потупившись, стояла в уголке. В голове начинали роиться планы побега.  

- Розина, - обратилась она к служанке. – Ты должна помочь мне. Слышишь?

Девушка вздрогнула и нерешительно переступила с ноги на ногу.

- У экономки есть второй ключ от моих покоев, - продолжала Лидия. – Ты должна принести мне его. Поняла? Что ты молчишь?!

- Я…мне..,- замямлила служанка, - мне запретили с вами разговаривать, госпожа.

- Кто? – вставая, спросила Лидия.

- Её милость баронесса Эмилия, - бедная Розина пошла красными пятнами.

- Она не может тебе приказывать. Я твоя госпожа!  Принеси мне ключ, и я награжу тебя.

- Я…я… не могу, - бормотала девушка, сжимаясь в ожидании приступа гнева от хозяйки.

Но тут дверь в покои виконтессы снова отворилась и на пороге появился белоснежный высокий чепец Лии. Уроженка Бриона, повинуясь традициям своей провинции, она упрямо носила «дом на голове», как отозвалась однажды об этом сооружении из накрахмаленного полотна Лидия.

Розина с облегчением выдохнула, подхватила поднос и пошла к выходу. Проходя мимо виконтессы, она на миг подняла глаза, и Лидия поразилась тому злорадству, что в них прочитала.  Прислуга явно была довольна неожиданным заточением своей вспыльчивой госпожи. В следующее мгновение Розина снова приняла смиренный вид и выскользнула из комнаты.  Лидия поняла, что второй ключ она никогда ей не принесёт. Лишь только дверь закрылась, виконтесса схватила серебряный стакан, забытый на столе, и швырнула его в узорчатые створки. Недопитое вино плеснулось на ковёр, а стакан, жалобно звякнув, отлетел в угол.

Лидию осенило. Она подбежала небольшой нише в стене и принялась изо всех сил дёргать за толстый шелковистый шнурок, к которому где-то в глубине комнат прислуги был привязан колокольчик. Она терзала его до тех пор, пока не увидела, как дверь снова распахнулась и в комнату вошла тётушка.

- Прекратите трезвонить на весь замок! – сдерживая раздражение произнесла баронесса. – Вы ведёте себя возмутительно!

-Я буду вести себя возмутительно до тех пор, пока мне не дадут увидеться с отцом! – с вызовом заявила Лидия.

- Неужели вы всё ещё не поняли, что он не желает вас больше видеть? – прошипела тётушка. – После того, что вы сделали, вы должны не вставать с колен, вымаливая у Святой Девы прощение за ваши грехи! Вы перешли границы допустимого, дорогая племянница.