Тайны Леонвильского замка

Глава 23

Вокруг заброшенной мельницы царили покой и безмятежность. Ничто не напоминало о тех драматических событиях, свидетелями которых стали странствующий дворянин и священник. Утро стояло солнечное и безветренное, но зеркальную гладь запруды то и дело тревожили желтые листья, опадающие с ветвей, склоненных над водой. Правда, сейчас Грэма меньше всего интересовал пламенеющий осенний пейзаж, открывшийся перед его взором. Затаившись в зарослях, он долго наблюдал за каменными развалинами бывшей мельницы, но никто не появлялся. 

Грэм изрядно озяб. Ночь он провёл в лесу, укрывшись от дождя в корнях упавшего старого дерева. Покинув подземный ход, он какое-то время следовал в ту сторону, куда в самом начале своего путешествия держал путь, то есть по направлению к столице. И постарался сделать все возможное, чтобы преследователи поверили, что беглец будет передвигаться именно туда. Внезапно начавшийся дождь отчасти помог ему, затруднив задачу гончим псам, которых могли пустить по следу. И все же Грэм решил еще больше запутать погоню и, найдя лесной ручей, долго брел по его руслу по колено в студеной воде. Окончетльно закоченев, он выбрался на берег и решил, что стоит поискать укрытие от все усиливающегося ливня. Растирая заледеневшие ноги он пожалел, что отдал огниво человеку, назвавшему себя Эндиго эль Лантана. Но тут же почувствовал укол совести. Его собственное положение в эту ночь было несравнимо лучше, чем участь обречённого узника. Грэм радовался снова обретённой свободе, а единственной радостью Эндиго в последние дни, а возможно, и часы станет лишь пламя свечи, разгоняющее мрак отчаяния  своим живым светом.  

Грэму же порядком надоело сидеть в кустах, разглядывая живописные, но, судя по всему, совершенно безжизненные развалины. У него затекла нога, да и отчаянно хотелось выбраться из переплетения мокрых веток и листьев под ласковые солнечные лучи. Начало осени выдалось совсем теплым, и если бы не стремительно меняющие на желтый свой наряд деревья, можно было бы решить, что продолжается лето. 

Наконец, Грэм решился выйти из укрытия и осмотреть полуразрушенное здание, где по словам отца Мартина произошла встреча незнакомца и колдуна. К большому разочарованию он быстро понял, что чернокнижник покинул своё убежище несколько дней назад. Сборы явно проходили в спешке. На полу валялись осколки какой-то склянки, обрывки бумаги, какие-то тряпки, огарки свечей, но ничего, что могло бы дать подсказку, где вести поиски. Ночной ливень помог скрыться от преследования Грэму, но смыл последние следы того, ради которого он проделал такой путь. 

Грэм снова принялся осматривать хлам, оставшийся после колдуна, но тут услышал женские голоса. Осторожно выглянув из дверного проёма, он увидел старуху Магду и её дочку, столь успешно изображавшую речную ведьму в ту злополучную ночь. Юную ундину нельзя было назвать красавицей. Излишняя худоба делала её похожей на дерзкую, но всегда настороженную лесную птицу. И глаза у нее были такие же птичьи: темные, словно созревшие ягоды бузины, с искрой в глубине. Темно-русые волосы собраные в тяжёлый узел на затылке, были прикрытый косынкой. Шею в несколько рядов обвивало ожерелье из красных ягод рябины, собранных на нитку. Тонкие запястья украшли браслеты, сделанные из всякого хлама, который мог предложить лес: желудей, орешков, раковин улиток.

В руках обе женщины несли охапки каких-то растений. Дотащив свою ношу до хижины, оставшейся на месте какой-то хозяйственной постройки и теперь служившей лесным ведьмам временным пристанищем, старуха велела девушке разобрать травы, как положено, а сама отправилась отдыхать, и вскоре изнутри донёсся громкий старушечий храп. 

Грэм некоторое время наблюдал, как ведьмина дочка ловко раскладывает листья и коренья на куске холстины около хижины, а затем выбрался из развалин и бесшумно подкрался к ней сзади. Девушка и охнуть не успела, как сильные руки зажали ей рот и потащили в кусты. Она даже не пыталась вырваться и, лёжа на земле, лишь испуганно смотрела на своего похитителя.

- Я не причиню тебе вреда, - зашептал Грэм. – Я хочу задать тебе несколько вопросов. Поняла?

Девушка закивала.

- Если начнёшь орать или попытаешься сбежать, я придушу тебя. Ясно?

Снова кивок.

Грэм ослабил хватку. Девушка приподнялась с земли и поправила задравшийся подол.

- Ты знаешь колдуна, который жил здесь?

Кивок.

- И где он? 

Ундина пожала плечами.

- Не ври мне! – Грэм стиснул её худое запястье. 

- Я всё скажу, только не калечь меня! – быстро произнесла девушка.

- Рассказывай всё, что знаешь, - Грэм ослабил хватку.

- Сначала он прятался здесь. Потом к нему пришёл слуга от его нового хозяина,передал ему деньги и велел уходить. Кристоф собрал свои вещи и ушёл.

- Кто его новый хозяин?

- Я не знаю.

- Ты видела его хоть раз?

- Нет. 

- Чёрт! А куда отправился Кристоф?

- К своему новому хозяину. Он теперь будет колдовать для него. 

- А где живёт этот хозяин?

- Я не знаю.

- Неужели Кристоф не сказал тебе, куда уходит?

 - Сказал...

- Ну?!

-  А что мне будет, если скажу? – ундина уже оправилась от испуга и хитро прищурила глаза.

- Ничего. Просто жива останешься, - отрезал Грэм.

- А если убьёшь, кто тогда скажет? – уже явно кокетничая продолжала ломаться девушка. 

- Не заставляй меня делать тебе больно, - разозлился Грэм с схватил её за плечи.

- Не сделаешь, - нагло улыбнулась юная ведьма. – У тебя глаза добрые.

Грэм замахнулся, чтобы дать нахалке пощёчину. Та даже не стала отворачиваться или прятать лицо, просто зажмурилась и ждала. Ей было не привыкать к дурному обращению. Молодой человек выругался, опустил руку и отодвинулся от девушки подальше. Недомогание, которое он почувствовал ещё ночью, стало сильнее.  Голова раскалывалась и горела огнём. Пробежка по ледяному ручью не прошла даром. Он сжал пульсирующие виски руками и прикрыл глаза. Вдруг на его лоб легла прохладная ладонь.