Тайны моей возлюбленной

Глава 4. Регина и Анигер

Тристан стремительно вошёл в родительский дом, уточнил у дворецкого, где сейчас находится лэри Тереза, и направился в галерею. Матушка встретила его счастливой улыбкой и приветствием:

— Тристан, как я рада, что ты пришёл! Я как раз хотела встретиться с тобой и обговорить день рожденья Марии. Ты уже думал, что ей подаришь? Только не говори, что очередную куклу! Ты только их ей и даришь!

— Матушка, давайте мы это обсудим позже, — напряженно отрезал лэрн. — У меня к вам есть вопрос: остались ли приглашения на свадьбу, которые заполняла Регина?

— Нет, — с удивлением ответила она. — Да и зачем их нужно было сохранять?

— А кто-нибудь в последнее время пользовался обручем для копирования почерка? — тем же тоном задал другой вопрос лэрн.

— Нет. Тристан, что происходит? — лэри Тереза забеспокоилась, так как не привыкла видеть сына таким.

Куда подевался её озорной и насмешливый мальчик? Сейчас напротив стоял серьёзный, сосредоточенный и напряженный мужчина.

— Извините, матушка, у меня мало времени.

Тристан бросился к одному из сейфов, где лежала часть артефактов семьи Дельт-гор. Забрав коробку с диадемой, мужчина направился в свой кабинет, который использовал, когда оставался ночевать в поместье родителей.

Одной из хитростей артефакта было то, что он мог запоминать «почерк» последнего человека, который их использовал. Тристан достал чистый лист, перо с чернильницей, надел на голову обруч для приёма, закрыл глаза и несколько секунд настраивался на записанные мозговые волны супруги. Открыв глаза, мужчина посмотрел на лист заявки, который и привлек его внимание, и медленно стал переписывать предложение за предложением. Когда лэрн переписал слова Анигера Тремса, то отложил перо и сравнил почерки.

Они были схожи. Отличался только стиль письма: у Регины буквы были более мягкие и плавные, у Анигера — резкие и уверенные. Но если отбросить это единственное различие, то писали они одинаково! Особенно была примечательна заглавная буква «T». Её Регина писала довольно странно: горизонтальную линию опускала слишком низко, отчего буква получалась похожей на крестик. Лэрн обратил на это внимание, ещё когда они заполняли пригласительные письма. И именно эту букву он увидел, когда случайно кинул взгляд на фамилию Анигера.

Как это понимать?!

В голове Тристана носились десятки предположений. В задумчивости он вывел на листе «Анигер Тремс» и «Регина Аско-льд», взглянул на имена и… перо выпало из его руки. Схватив лист, он ошарашено перечитывал два имени:

— Анигер и Регина… Регина и Анигер… А-Н-И-Г-Е-Р… Р-Е-Г-И-Н-А…

"Этого не может быть! Это просто невозможно!" — кричал его разум, но в мыслях всплывали воспоминания.

И кусочки мозаики вставали на места…

— …Я мечтала стать мальчиком.

— Поясни.

— Я думала, что если бы была мальчиком, родители относились бы ко мне так же, как к Артуру. Знаю, это глупо...

— …Откуда вы, Тремс?

— Так заметно, что я не местный?

— Вы явно не из нашего круга, но при этом в вас чувствуется воспитание, есть вкус в одежде и выпивке. Значит, у вас должны иметься деньги для первого и второго…

— …Вы знакомы?

— Познакомились в прошлом месяце. В борделе…

— …Что любишь пить?

— Бренди! Как попробовал впервые в шестнадцать лет, так до сих пор насладиться этим вкусом не могу. А ты?

— Виски.

— Дай угадаю. Тебя лэрн Минос приучил?

— Угадал...

— …Ты знакома с Анигером Тремсом?

— Да. Меня с ним дядя ещё в детстве познакомил.

— …Скажи мне, Тремс, ты давно знаком с Региной?

— С девяти лет.

— Вас Минос Аско-льд познакомил?

— Это Регина нас познакомила…

— …Они однозначно родственники. Но больше ничего сказать не могу. Годы уже не те. Мне и родство-то их с трудом удалось выявить…

— …Я не состою с Тремсом в подобных отношениях.

— В каких же тогда вы состоите отношениях?

— Я не могу дать ответ на этот вопрос.

— Регина, но ведь это очень просто! Вы знакомые, приятели, любовники, родственники, друзья детства? Неужели так трудно ответить?

— Да. Трудно, потому что я не хочу снова лгать тебе…

— …Ты пила?

— Немного выпила для храбрости…

— …Тристан, я тоже должна признаться.

— В чем, Регина?

— В начале осени я собираюсь с тобой развестись…

— …Я не это имел в виду. Почему только на год? Если она с тобой разведётся, то король просто вновь выдаст её замуж. И на этот раз брак будет не договоренный, как у вас.

— Я об этом вовсе не думал…

— …Я помогу тебе, если ты не станешь впутывать её в свои дела.

— Не могу.

— Почему?!

— Потому что именно Регина всё это начала…

— …Ты понимаешь, что этим всё только усложняешь?! Конечно же, ты мужчина, привыкший потакать своим порывам, но именно из-за этого я предложила тебе вступить в брак! Фиктивный брак, Тристан! Но сейчас ты рушишь…

Проклятье! О чём он вообще думал?! Сколько было подсказок, странностей в их поведении и нестыковок! Он ведь не раз замечал, что Анигер и Регина похожи, но потом просто списывал этот факт на их родство. Но теперь всё было так очевидно!

Регина хотела быть мальчиком, потому что думала, что только так родители признают её и разрешат пользоваться магией. Анигер ещё тогда показался Тристану странным и выделяющимся из толпы. Не только своими очками, но и манерой поведения. От него так и веяло наглостью, уверенностью в своих силах и тайнами. Ещё его манера говорить одновременно прямо и двусмысленно. Теперь всё встало на места.

Анигер — это Регина, не обремененная положением из-за своего пола, уверенная в своей силе и вольная в поступках.

Анигер — это человек, которым ей всегда хотелось быть.

Анигер — это её защита от предвзятости, предрассудков и «Ловцов ведьм».