Тайны наших душ

6 глава

Я прихожу в себя в медицинском кабинете школы. Запах стерильности смешивается с запахом того, чем покрыта я.

Вся.

Я осматриваю свою одежду и, наверное, ее уже не спасти.

Как и меня.

За все годы в школе надо мной не один раз подшучивали, но это были безобидные приколы, на которые я почти не обращала внимания. Было неприятно, но не настолько, чтобы упасть духом.

Сегодня все по-другому. Люк растоптал всю мою уверенность в людях. Если его вообще можно назвать человеком. Он – дьявол. Его выходка определенно сойдет ему с рук, как только его папаша выпишет чек со множеством нулей.

Я поднимаюсь с кушетки и из груди вырывается стон отчаяния.

На ватных ногах выхожу из мед комнаты в кабинет медсестры.

Она видит меня и пытается улыбнуться, но какая тут может быть улыбка, когда я стою перед ней в таком виде? Она вымученно улыбается, встает, берет полотенце и жестом предлагает идти за ней. Хорошо, что она ничего не говорит. Я и так хочу сгореть от стыда, смущения и бессилия.

Медсестра провожает меня в санитарную комнату, вешает полотенце на крючок и машет в сторону душевой.

- Пока приведи себя в порядок, а я найду тебе что-нибудь из одежды.

Я киваю, потому что ни на что больше не способна. Дрожащими руками снимаю с себя грязную одежду, и она грязной кучей падает вниз, похожее на кучу дерьма, которым, собственно, и является.

Встаю по душ и включаю настолько горячую воду, насколько могу вытерпеть. Кажется, проходят часы, прежде чем я смываю всю эту дрянь с себя. Скребу пальцами по коже, несколько раз мою голову, выливаю на себя огромное количество геля для душа, но запах и грязь никак не смывается, витая в воздухе рядом со мной.

Я тру и тру, и, наверное, никогда бы не остановилась, если бы не услышала, что кто-то меня зовет.

- У тебя там все хорошо? – кричит медсестра обеспокоенным голосом. О чем тут переживать? Она боится, что я утопилась лейкой?

- Д..да, - заикаюсь я, понимая, что вода из горячей стала ледяной, а я покрылась мурашками, пальцы ног онемели, зубы стучат.

- Я принесла тебе вещи.

- С..спасибо, - отвечаю и выключаю воду.

Выхожу из кабинки, обтираюсь полотенцем, надеваю чистую майку, спортивные штаны, и толстовку с логотипом школы. Не знаю, где она их нашла, но мне и неважно. Важно, что они чистые, теплые и пахнут порошком. Последний раз бросаю взгляд на кучу моих вещей на полу и выхожу из душевой.

Медсестра проводит осмотр, задает какие-то вопросы, я кое-как отвечаю, и она меня отпускает.

Я выхожу из мед кабинета и в коридоре меня ждет Сара с моим рюкзаком. Я даже ни разу не вспомнила про свой рюкзак. Впрочем, мне и наплевать на него. Сейчас мне на все наплевать.

Конечно, меня отпускают домой. Ни за что я не вернулась бы на уроки, делая вид, что ничего не произошло. От всего случившегося мне невыносимо больно, так, что хочется разрыдаться посреди коридора и выплакать всю эту боль, но я отказываюсь от этого. Я никому не покажу, что меня сломали. Я уйду отсюда, не проронив и слезинки.

Сара провожает меня домой. Я говорила ей не делать этого, что я сама могу добраться, но она заткнула мне рот взмахом руки и взглядом убийцы.

- Я тебя не брошу, - сказала она и смелым шагом пошла по дороге.

До дома мы идем в молчании. Я не хочу говорить, и Сара меня не заставляет.

Возле дверей мы молча прощаемся, и она уходит обратно в направлении школы.

Я захожу домой, и, если бы Бог и Дьявол существовали, кто-нибудь из них уберег бы меня от этого, но, видимо, я недостаточно молилась ни раю, ни аду, мама уже дома и в курсе того, что случилось.

- Доченька, - начинает она, но я роняю рюкзак на пол и падаю на колени со рвущемся из груди рыданием, которое слишком долго держала в себе.

Мама подбегает ко мне, обнимает меня, приговаривая, что все хорошо, что все обязательно будет в порядке, но я не верю ей и просто рыдаю у нее на руках, словно мне снова десять лет и я упала с велосипеда, разбив коленку.

Не помню, как я успокоилась, но, наверное, я уснула, потому что проснулась я в своей комнате, укрытая одеялом и в полумраке.

Неужели мама принесла меня на руках в мою комнату? В моей маме само много шестьдесят килограмм веса, и она никак не могла поднять меня во сне, притом, что я вешу немного меньше пятидесяти килограмм.

Откидываю одеяло и собираюсь встать, но тут мой взгляд падает на кресло, и я замираю в неверии. Он здесь. Спит в моем кресле в метре от меня.

- Алекс? – пытаюсь я позвать его, но в горле пересохло, и его имя произносится шепотом.

Он просыпается и поворачивается ко мне лицом. Сначала он будто дезориентирован, но потом, видимо, вспоминает, где находится, и его взгляд фокусируется на мне.

- Нина. Как ты?

Я хмыкаю. Неправильный вопрос.

- А как я могу быть?

Он вздыхает и потирает руку. Его рука в ссадинах, и я смутно припоминаю, как видела летящий кулак прямо перед моим обмороком.