Тайны Зоны

Глава-5 Контролёр

Яркое солнце поднялось над Зоной, завораживающей, но смертельно опасной. Тёмные облака, как они не старались закрыть солнце, не могли помешать ему освещать Зону, освобождать это царство беззаконья и хаоса от ночной мглы. От болот выступил густой туман, в низинах он стал застилать землю своей белой пеленой. На душе стало легко, вспомнилось беззаботное детство: как мы бродили по развалинам старого стальзавода, как напоролись на стаю бродячих собак и как вплавь пришлось переправляться через озеро. Как потом сердито кричала мать и отец, как нас наказывали, и мы, отречённые от мира чувствовали себя первооткрывателями, наказанными просто-так, за правое дело... Тем временем мы подходили к замшелым, поросшим густой травой бетонным плитам, ко входу в подземелья, эти смертельные катакомбы напичканные мутантами, аномалиями и всякой нечистью, одно только упоминание о том, что нам придётся туда входить, вселяло ужас и отвращение. Мы подошли к самой двери, оттуда тянуло удушающей сыростью. Я крикнул: "стоп, привал". Мой спутник понимал, что нам предстоит тяжёлое путешествие в обитель ужаса и страха, поэтому не стал возражать. Яже в свою очередь осознавал, что это возможно последнее свидание с чистым небом, с родной природой, хот и попорченной Зоной, но всё же близкой моему сердцу...

Я сходил в небольшой лесочек неподалёку, наломал сухих ветвей и отыскав у себя спички разжёг костёр. Береста стала медленно разгораться, за ней кроваво красным пламенем залился мох, а от него и хворост, сложенный "колодцем", для лучшего притока кислорода. У Эскимоса нашлась колбаса и тушёнка, я же поделился заспиртованным хлебом в банке, который получил ещё вне Зоны, на пункте снаабжения нашей части, а ренегаты похоже его незаметили. И вот мы сидим у потрескивающего костра, на огне греется тушёнка и сушится хлеб. В ином случае я бы вылил содержимое банки (ибо я не пью), но понимая что спирт может пригодиться для перевязки ран, оставил при себе. Мой товарищ, оказавшийся заядлым курильщиком отойдя в сторону принялся нюхать какой то заокеанский табак, но мне было не до курева. Нужно было думать, какие действия предпринемать, после выхода на складах. Там сейчас у долга и свободы идёт война, поэтому проскользнут незамеченным до радара невозможно. Барьер контролирует долг, а путь через плато слишком опасен. От размышлений меня отвлекли слова Эскимоса, что тушёнка мол нагрелась до красна и пора есть уже. Поглотив банку тужёнки и съев полбуханки хлеба мы спешно затушили костёр и, в последний раз поглядев на солнце и небо, подошли ко входу в подземелья.

Оттуда тянуло смрадом, сыростью и каким-то душераздирающим холодом, от которого по коже бежали мурашки. Мы переглянулись. Я молча сделал шаг внутрь этого ужасного царства смерти. Зайдя внутрь небольшого помещения, ведущего к лестничной клети мы включили яркие неоновые фонари. Я осмотрел помещение: стены были двуцветные, как судя по всему было модно у всех маляров ссср, нижняя полоса, от пола вверх около полуметра-зелёный, дальше-светло синяя облупившаяся маслянная краска. С потолка время от времени сыпалась небольшими хлопьями побелка, если её ещё можно так назвать: потолок был выкрашен в тёмно-серый цвет. Небольшая кирпичная конструкция, ввиде прилавка служили некогда пропускным пунктом. На ней ещё лежал потрёпанный журнал учёта входящих и пара заржавевших патронов от ПМ. Сам же пистолет, точнее то что осталось от пистолета лежало чуть поодаль, в углу. Там же была большая куча тряпья. Пол был усеян гильзами зарубежного оружия калабра 5,56. В стороне стоял облупившийся шифанер из ДСП. Углы его были потёрты, точно напильником, а стенки усеяны дырами от пуль. Вдруг мой взгляд упал на левый дальний угол; там лежела тазобедренная кость человека.

-Что это?-спросил я

-Похоже останки предыдущих "диггеров".

-То есть?

-Ну, кто-то славно пообедал.

-И ктоооже это по твоему мог быть?

-Ну, в этих подземельях полно тушканов, это раз. Могут быть кабаны-два, дворняги-три. Крупных мутантов я нигде не видел...

-Стоп.

Я медленно подошёл к шифанеру, посмотрел на отверстия. Всунул в них шомпол, валявшийся под ногами.

-Что за чертовщина? Траектория влёта такая, какая может быть только при стрельбе... -моё дыхание прервалось ...-с верху, причём из того же угла, где валялась кость! Тоесть люди этого сделать немогли, сдесь потолок четыре метра.

-Тогда кто это был?

-В Зоне немного мутантов, способных на такое: бюреры, но они слишком примитивны чтобы совершить такое...

Тут сердце ёкнуло - контролёр. Только он способен совершить это. Только у него для этого достаточно разума!

Я объявил совоему другу, который уже успел всё понять:

-Раз сдесь контролёры, а другого пути нет, будем прорываться. Я надеюсь ты знаешь как это делается.

-Простите профессор, я виноват, ни разу с живым контролёром, к счастью не встречался...

-Ладно, слушай меня: контролёр способен взять тебя под контроль только тогда, когда ты не видишь его. Поэтому мы идём спина к спине, привязавшись друг к другу. Так у нас больше шансов. Второе: завидев контролёра не спеши стрелять, все пули удетят обратно, поэтому пали только когда уверен что тебя не видят, а раз это произойдёт, не разменивайся на пустяки, выпускай десятков шесть патронов. Ну, краткий инструктаж пройден, милости прошу вперёд.

-Ну пошли, ботаник.

-Поосторожней с выражениями, солдат.

-Всё заткнулись...

Мы медленно вошли в следующую комнату, точнее сказать в пролёт лестницы идущей кудать вниз. Окрашена она была схожим образом, что и первая, с потолка вниз тянулись вереницы мха бородача, на которые осел жгучий пух. Я предостерёг своего друга словами: "осторожно, сдесь жгучий пух, не обожгись"., но, как всегда это бывает, он ничего не услышал, и в итоге получил ожог, хотя и небольшой, но чертовски зудящий. Теперь поподробнее про пух. Эта аномалия давно была замечена в Зоне. Она представляет собой пух, вроде тополиного, который переносится ветрами Зоны по воздуху, но что удивительно, никогда не попадает за её периметр. При соприкосновении с кожей пух вызывает сильный ожог, но очень редко выводящий сталкера из строя. Хотя, как рассказывал как то давно мне Фельдшер, был один случай, когда сталкер незаметив дыру в земле заваленную жгучим пухом погиб от многочисленных ожогов.