Тайны звёздной академии. Дело Лиры Хэд

Глава 17

Вот дьявол! Желудок сжимается в тугой узел.

“Курсант Хэд. Срочно явиться в ректорат” — стальной голос до сих пор звенит у меня в ушах. На подкашивающихся ногах подхожу к двери ректора, у которой меня встречает секретарь.

Симпатичная брюнетка с каре лет 25 на вид. Волосы цвета воронова крыла. Цепкий взгляд сапфировых глаз. Аурелианка?

— Я Лира. Лира Хэд. Мне сказали прийти сюда, — представляюсь.

— Заходи, курсант Хэд, — кивает девушка.

Двери деканата смыкаются за моей спиной с мягким, но окончательным шипением. В кабинете ректора воцаряется пугающая тишина. На меня устремляются две пары глаз.

Наскоро осматриваюсь. Все стены увешаны рамками с какими-то дипломами и наградами. Большую часть кабинета занимает длинный отполированный до блеска стол. За ним — ректор Роул, а за его спиной… Тайрон. Он стоит у окна, скрестив руки за спиной. Выпрямленный. Собранный. Холодный.

— Курсант Хэд, — начинает ректор, не предлагая мне сесть. — Около часа назад вас заметили выходящей из кабинета принца ор Веридиса. Вы там были?

— Да, — спокойно отвечаю я. — Я приходила поговорить с преподавателем.

— Когда его не было на месте? — уточняет ректор.

Я сжимаю пальцы.

— Я не знала, что его там нет.

— В это же время из кабинета принца ор Веридиса пропал очень важный предмет.

Ректор Роул делает паузу.

— Камеры зафиксировали вас, выходящую из кабинета принца, около двух часов дня. Мы полагаем, что предмет пропал в период с полудня до двух дня, — говорит Роул спокойно, с расстановкой. А у меня внутри всё леденеет.

— Я слышала голоса. Внутри кто-то был. Возможно, это они забрали кристалл. Когда я зашла внутрь, никого не было.

— На камеры попали вы. — голос ректора всё так же спокоен. — И только вы.

Чего? Но как? Это были невидимки или у меня и впрямь начались галлюцинации? Молчу, потупив взор в пол. А Роул продолжает. Следом он произносит то, от чего у меня земля уходит из-под ног.

— И я ни словом не обмолвился ни о каком кристалле. Откуда вы узнали, что именно пропало из кабинета принца ор Веридиса?

Я чувствую, как воздух становится гуще. Как же я могла так сглупить? Уже собираюсь ответить, что слышала, как незнакомцы говорили про какой-то кристалл, как слово взял муж.

— Это ничего не доказывает, — внезапно раздаётся голос Тайрона. — Я сам рассказал курсанту Хэд про кристалл во время прохождения симуляции.

Я вздрагиваю.
Тайр… зачем?

Ректор оборачивается. Тайрон делает шаг вперёд.

— Курсант Хэд не имела доступа к кристаллу. Даже теоретически. Кабинет был опечатан. Защитные контуры активны. Если кто и мог извлечь артефакт без взлома, то только тот, у кого есть мой код допуска.

— Вы утверждаете, что кто-то ещё мог получить код? — прищуривается декан.

— Я утверждаю, что курсант не могла этого сделать, — твёрдо отвечает Тайрон. — И что любые подозрения в её адрес — абсурдны. По крайней мере, нам нужно рассмотреть все возможные варианты, а не сваливать всю вину на курсанта.

— Интересно, — холодно замечает ректор.

Я чувствую, как он возвращает взгляд ко мне. Тайр тоже сверлит во мне дыру взглядом. Теперь они оба смотрят на меня как на проблему.

— Курсант Хэд, вы отстранены от занятий до выяснения обстоятельств, — объявляет ректор.

— Чего? Но вы же не… вы не можете…

— Мы могли бы вызвать следствие Межгалактического союза.

Ой, нет! Вот только этого не надо. Тогда мне точно конец. Отец прикончит меня, когда выяснит, где я и в чём меня обвиняют.

— Но сначала мы должны провести внутреннюю проверку. Поэтому за помощью в официальные органы пока не обращаемся.

— Я теперь главная подозреваемая?

— Да, это так. Мы начнём расследование дела Лиры Хэд незамедлительно. Этим будет заниматься комиссия, состоящая из преподавателей. Председателем комиссии назначаю Тайрона ор Веридиса.

Замечательно! Председатель комиссии — потерпевший, который выгораживает подозреваемую. Они что-нибудь слышали о конфликте интересов?

— И что теперь? Вы посадите меня в камеру предварительного заключения? Такие есть в академии? — прячусь за защитной маской сарказма.

— Мы не можем ограничивать вашу свободу. Но теперь передвижение по кампусу для вас — с ограничениями. Это временные меры. До завершения предварительного расследования.

— Угу. А после его завершения меня посадят на цепь и увезут в главную тюрьму галактики, — хмыкаю угрюмо. — И что значит “передвижения с ограничениями”?

— Это значит, что обо всех своих перемещениях вам нужно будет уведомлять преподавателя ор Веридиса.

Дожили! Спрашивать разрешения на каждый шаг. И у кого? У мужа!

— Я поняла. Тайрон… то есть, господин преподаватель, я могу пойти в свою комнату?

Он кивнул, и я пулей выскочила из кабинета ректора. Ну и дела! Они открыли “Дело Лиры Хэд”. На полном серьёзе! И теперь я на их прицеле.

Я вылетаю из ректората и бегу куда глаза глядят. В горле жжёт. В груди — злость. Я сбежала в академию, чтобы глотнуть свежего воздуха. А теперь чувствую, что медленно тону, пока ректор, муж и иже с ними наблюдают со стороны. Бегу, не видя ничего вокруг себя и врезаюсь в кого-то на полной скорости.

— Вот это у тебя выражение лица!

Я вздрагиваю.

— Я же сказала тебе не ходить за мной! — за возмущением пытаюсь скрыть своё смятение.

— Я понял, что тут что-то серьёзное. Поэтому решил тебя дождаться тут и выяснить всё из первых уст.

— Лита! — Тайрон вышел вслед за мной.

— Лира вообще-то, — поправляет его Кир и добавляет едва слышимым шёпотом, так, чтобы расслышала только я: — Идиот.

— Курсант Хэд, могу я поговорить с вами наедине? — не обращая внимания на Кира вопрошает принц.

— Нет, потому что она идёт со мной, — огрызается староста.

— Да помолчи ты, пожалуйста, — кидаю на Кира усмиряющий взгляд. И он умолкает.

Подхожу к Тайру, тот берёт меня за руки и отводит в сторону так, чтобы Кир нас не слышал.