Тайные близняшки для миллиардера

Глава 5

Марика

— Не человек, а гранитная шкатулка с молниями и негативом, — шепчет под ухо официантка Леночка. — Но красивый, зараза.

— Красивый, — вторю я.

Притаившись на посту с коллегой, наблюдаю, как по ресторану величаво прохаживается Орхан, сканируя взглядом пространство. Находит один из столиков в относительно тихой зоне, который был занят веселой компанией девушек, любительниц покорять крутые склоны — в нескольких километрах от комплекса располагается горнолыжная база.

То, что стол занят, Байрамов и без моей подсказки понимает. Там в кресле лежат сумочки, а на стола стоят бокалы и тарелки. Девушки отрываются в танцах на кураже. Но Орхана это ничуть не смущает.

Он как ни в чем не бывало берет их шмотье и перекидывает на соседний столик к парням.

Так и случаются неожиданные знакомства. Эти две компашки полвечера переглядывались, но заговорить друг с другом не осмеливались, пока не явился вот этот Купидон грозного вида, решивший занять чужое место.

— Я всегда думала, что такие, как Байрамов, отдыхают где-нибудь в Альпах, а здесь их никогда не встретить, — мечтательно размышляет Леночка.

— Лен, ну это для тебя Куршевель кажется недосягаемым, для Орхана — обыденность. А посетить наш комплекс «Дыхание природы» для него настоящая экзотика.

— Поняла, — незаметно хихикает Лена, прикрывая ладонью рот. — Я как-то реалити-шоу смотрела, где олигархи переодевались в бездомных ради забавы. Значит, Байрамов примерно этим же тут занимается.

— Слышал бы тебя директор Арсен…

У нас достойное место, но его не сравнить с французским курортом.

Когда Байрамов отвлекся на стол, я еще худо-бедно могла совладать с эмоциями, но стоило Орхану поднять покровительственный взгляд, как у меня вспотели ладони и затряслись руки. Прячу их за спину и выпрямляю осанку.

Байрамов делает жест, намекающий, что нужно подойти.

— Кого зовет? — растерянно охает Лена.

— Тебя… точно…

— Может, все-таки тебя?

— Вряд ли.

— Я боюсь к нему приближаться, Марика. Вдруг наорет, как на администраторшу? Элеонора Пална только нас строить горазда. Видела бы ты ее физиономию, когда Байрамов обнаружил под столом Танюшку. Элька хвост свой крысиный поджала и мямлила.

— Леночка, меньше болтовни. Я уже на штраф нарвалась из-за гнева Орхана. Ты тоже хочешь?

Глубоко вдохнув, Лена сжимает в руках поднос и опасливо идет к Байрамову. Я продолжаю следить за ним со стороны. Еще каких-то пять минут назад мучилась от усталости и зевала с закрытым ртом, зато сейчас адреналин бурлит по моим венам. От жуткого желания спать не осталось и следа.

Лена убирает стол. Затем убегает к бару. Быстрее, чем обычным гостям, приносит Орхану пару кружек с кофе и, кажется, что-то из еды. Когда Леночка отвлекается на других посетителей, Байрамов опять вальяжно взмахивает рукой.

Оглядевшись по сторонам, к превеликому сожалению осознаю, что отправить кого-то еще к мужчине не получится. Я осталась одна. Орхан требует меня.

Он здесь на особом положении. Я не имею права ему отказать. Напряженно подхожу к его столу.

Что он предпримет теперь? Вновь прольет кофе или скинет с тарелки стейк? В таком случае я буду вынуждена пасть к ногам Орхана, чтобы все убрать.

Байрамов ведет себя расслабленно, откинувшись на удобную спинку.

— Что-то стряслось? — я стараюсь держаться официально, улыбаюсь даже, но неискренне.

— Садись, — он неожиданно указывает на второе кресло.

Удивившись, приподнимаю брови и невольно задираю голову к потолку, где висят камеры наблюдения.

— Не могу…

— Почему? — ему очень интересно.

— Я на работе. Нам нельзя сидеть с гостями.

— От твоих слов так и повеяло крепостным правом. Еще скажи, вас в теплые уборные не пускают.

Он пытается иронизировать, но сам не догадывается, что считывает суть отношения к нам нашего директора — летом младший персонал посещает только уличные туалеты, те, что с дырками в земле. Сейчас они заметены сугробами на задворках комплекса.

— Я серьезно, Орхан.

В этот момент у меня за спиной раздается стеклянный звон.

Обернувшись, вижу, что женщина из третьего домика в порыве безудержного танца уронила бокал. Он разбился о твердое покрытие пола, а острые осколки разлетелись в стороны.

Дернувшись, спешу убрать, однако Байрамов, быстро среагировав, обхватывает мое запястье и задерживает.

— Косорукая дама подождет, — настаивает он. — Сядь.

— Ради тебя может и весь мир подождать, а мне за это надают по шапке.

Выразительно взглянув потемневшими глазами, Орхан усиливает захват и вынуждает меня приземлиться рядом.

— Нам нужно поговорить, Усольцева, — процедив, мрачнеет. — То есть Толгатова.

Когда Орхан поцеловал меня, я ответила ему пощечиной, но теперь его слова жжением отпечатываются на моем лице.

Отпустив мою руку, Байрамов кончиками пальцев подталкивает мне вторую кружку, и я к изумлению обнаруживаю в ней латте с двойной порцией сливок. Мой любимый.

Наверное, Лена подсказала. Хотя откуда официантке знать, что напиток предназначался для меня? Я не заметила в той паре фраз, которыми успели перекинуться Байрамов и Лена, какого-то заговора, в котом бы фигурировали мои вкусовые предпочтения.

В пересушенном рту возникает острое желание глотнуть латте. Не устояв перед манящим ароматом, отхлебываю немножко.

— О чем нам говорить?

Сначала Орхан демонстративно бросает взгляд на наручные часы.

— За полночь, Марика. А теперь посмотри на эти разнузданные рожи вокруг нас.

— Ну-у… то, что ты оскорбляешь людей, для меня не открытие, — навалившись на стол, подпираю ладошками щеки, пытаясь скрыть румянец от Орхана.

Байрамов хмурится.

— Я не хотел, но чудом уговорил себя выйти из дома. И что я увидел? Твоя дочь разгуливает одна в это время. Без присмотра.

— Неправда, — вздрогнув, ощущаю, как жар с лица медленно расползается по всему телу.