Тайные близняшки для миллиардера

Глава 9

Марика

— Надо синюю кофту надевать!

— Нет, розовую!

Спорят доченьки. Уж очень волнительным выдалось новое утро.

— Солнышки, — вмешиваюсь я, — наряжайтесь во что каждая хочет. Если фабрика, о которой говорил Орхан, не кустарная, вам все равно выдадут спецодежду.

Я согласилась на эту поездку, потому что слишком просили дети.

Конечно, все дело в близняшках…

А я совсем не ищу повода еще раз увидеть Байрамова и повспоминать о далеком прошлом, когда нам было хорошо вместе. Снова попытаться воссоздать в памяти моменты, когда Орхан целовал меня. Это было так прекрасно, что у меня захватывало дух, как в ощущении свободного полета. И бабочки щекотали в животе…

Телефон, оставленный на диване, заливается трелью. На экране высвечивается «Орхан». Ух, как же непривычно видеть это имя в списке контактов спустя столько лет.

— Доброе утро, Марика, — его голос подчеркнуто деловой, но потом он сбивается. — Или уже день?

— Эм… одиннадцать часов. Для кого как. — Я тоже пытаюсь говорить холодно. Но у меня внутри все трепещет и будто переворачивается. И неловкость присутствует. — Во всяком случае, для нас уже день. Девочки еще в семь меня подняли. Хотят на фабрику.

— Значит, потерпим друг друга ради детей?

— Да, я выдержу твою компанию. Лишь бы девочек не огорчать…

— Постарайся… Марика, — в динамике раздается шорох. Затем Байрамов вновь говорит: — Я подъезжаю. Можете выходить, — и отключает звонок.

Оперативно собравшись, спускаемся из дома. Предусмотрительно беру с собой деньги. Мало ли что может стрястись в дороге. У меня должны быть средства на всевозможные форс-мажоры…

Зато доченьки о плохом не думают. Все в предвкушении бегут впереди меня.

Орхан горделиво наблюдает за нами из окна роскошной машины, но в последний момент вдруг выходит и старается всем своим видом показать, что делает это нехотя.

— Привет, — говорит Байрамов, открывая для нас заднюю дверцу.

— Здравствуй-те-е! — хором кричат малышки.

А вот я, к удивлению, замечаю купленную пару бустеров. Байрамов задумался о комфорте девочек? Завтра точно выпадет снег по колено.

— Вынужденная мера безопасности, — опережая мои вопросы, заявляет Орхан. — Нам нужно будет ехать по трассе.

— Как по трассе? Зачем? — меня же опять охватывает волнение.

Я просто не могу не думать о ситуации, когда Байрамов может узнать, что девочки ему родные. И я ненавижу себя за то, что сейчас смотрю ему прямо в глаза и молчу об этом. Кроме дочерей, у меня совсем никого не осталось. Я очень боюсь, что Орхан может повести себя жестко, если догадается, сколько времени я хранила в тайне этот секрет.

— Фабрика не здесь, а в соседнем городе.

Он говорит о городе, где все начиналось, и откуда я бежала без оглядки. И я обещала Мансуру Довлатовичу, что никогда туда не вернусь.

— Мам, ну ты чего? — поторапливает Лиля.

Танюшка уже заняла свое местечко.

— Мы же только на фабрику и обратно? — уточняю у Байрамова, пока мои ноги все еще стоят на земле.

— Тебе еще нужно куда-то?

— Нет, — мотнув головой, наблюдаю за Лилей, штурмующей высокий внедорожник. — Только на фабрику.

Весь путь в основном смотрю в окно, но это мало кто замечает, ведь близняшки прикрывают мое молчание рассказом Орхану о новом питомце Кузене.

Замерзая в снегу, пернатый бродяжка даже представить не мог, что когда-нибудь поселится в городской квартире с безразличной до его прихотей женщиной и двумя чересчур заботливыми девочками. Что на его судьбу выпадет шанс посетить ветеринарную клинику, где придется сдавать анализы и ставить прививки. Крылья у голубя оказались в порядке. Думаю, через некоторое время его можно будет выпустить. Все-таки Кузен по природе натура вольная.

За окнами виднеются первые дома, а у меня сердце сжимается в комок. Вроде этот город мне родной, но ассоциации с ним горькие.

— Твоя мать еще здесь живет? — обернувшись, спрашивает Орхан. — Можем заехать.

Таня, услышав вопрос, тоже удивленно на меня смотрит.

— Мам, у тебя что, тоже есть мать?

— Нет, — я опускаю взгляд на свои руки. — Ее нет.

— В смысле?— не понимает Байрамов.

— Больше нет мамы…

— Прости, я не знал.

— Ничего страшного.

Эту тему мы закрываем.

Фабрика располагается на окраине. В смятении рассматриваю серый бетонный забор, огораживающий по периметру территорию. Я примерно догадывалась, что собой представляет место, но не колючую проволоку, растянутую наверху забора…

А девочки вообще грезили попасть на сказочный островок. С деревьями, на которых растут конфеты. С зефирными единорогами и молочными фантами. А вместо причудливого эльфа в шляпе-колпачке нас на входе встречает хмурый сторож в черной спецодежде. Проверив номер машины, открывает шлагбаум.

Притихнув, мы с девочками лишь озираемся по сторонам.

Внутри тоже все скучно, много железных амбаров, снег прикатан тяжелыми колесами грузовиков, а главный цех выглядит серьезно. Он возвышается на пять этажей, облицован сталью и ничего общего с пряничным домиком не имеет.

Выходим из автомобиля.

Аскольд остается ждать нас в салоне.

Едва ноги Байрамова касаются земли, дверь в здание распахивается и на пороге появляется мужчина, отличающийся внешним видом от работников. На нем элегантный темно-синий костюм, белая рубашка и бордовый галстук. Его русая шевелюра аккуратно причесана набок. На запястье сверкают золотые часы, а на лице сияет вежливая улыбка.

Полагаю, он и есть владелец фабрики.

На правах лидера нашей напросившейся на экскурсию компании Орхан шагает первым. Два солидных мужчины дружелюбно жмут друг другу руки. Владелец, что для Байрамова просто Ник, а для нас Николай Сергеевич, обращает внимание на меня и девочек.

— Добрый день, — лучезарно произносит он. — Готовы посетить фабрику?

— Да! Да! — несмотря на неоправданные ожидания на внешний вид фабрики, девочки не теряют запал.