Тайные близняшки президента

Глава 3

Маша

Конечно, после такой новости мама закатила пир на весь мир, меня вынудила приехать к себе на торжество, несмотря на то, что никуда ехать я не хотела.

Лично я бы с удовольствием заперлась в четырех стенах своей съемной квартирки и в одиночестве переварила произошедшее чудо, к которому по факту была не особо на самом деле готова, но маме всегда было немножечко плевать на мои чувства.

— Если не приедешь на свой же праздник, я на тебя очень сильно обижусь, Мария! Всё, жду, давай скорее, гости скоро уже будут, и купи в магазине тортик, а, ещё сухую колбаску, на свой вкус, — заявила сварливо и кинула трубку.

Закатила глаза.

На свой вкус я хочу лежать под одеялом и есть пеперони, а не вот это вот всё! Но тебе же, мама, плевать!

Честно говоря, ссориться ни с кем не хотелось, так что да, поехала к родительнице, твердо решив посидеть в отчем доме пару часиков и свалить под благовидным предлогом усталости, мне теперь это позволено.

По дороге заехав в магазин, купила «заказанное» и нехотя отправилась в дом, где выросла. Сижу вот теперь за столом, уныло копаюсь в салате.

В комнате не протолкнуться, кажется, деятельная мама созвала не только знакомых, но и весь дом. От духоты немного мутит, либо же это начинается токсикоз, ни одно, ни другое меня не устраивало, но, скрипя эмалью, сидела, считая минуты.

Напротив меня в компании супруги — мой старший брат Егор.

Его жена Ленка от тарелки не могла и взгляд оторвать, уж очень она боялась свекровь, с которой, как водится, отношения не задались с первого дня. У брата двое детей, девочки скоро вот в школу пойдут.

По телеку громко идет какая-то республиканская старая передача, выступает наш новый президент, что уже третий год занимает данный немаловажный пост.

Кошусь на экран, невольно любуясь мужчиной. Столько времени прошло, а визги фанаток на его счёт всё не затихают, и никто их не может за это винить.

Ярослав Николаевич Герсаков действительно очень собою хорош.

Лично у меня от хищного профиля этого мужчины слегка восточной внешности и уж тем более тяжелого взгляда по коже мороз.

— Ну, давайте, за Машку мою, — поднимает бокал мама, привлекая к себе всеобщее внимание. — Эх, наконец-то и дочка моя малышей принесет. Слышали: близнецами беременна. Ой, надеюсь, на этот раз повезет, и родятся мальчишки, девок нам по горло достаточно.

Ленка втягивает в плечи голову под хохот гостей. У брата недовольно дергается щека.

— Мама! — шипит. А мама наша искренне возмущается:

— А что я не так, Егорка, сказала? Девки эти — кому они вот нужны, а? Машка, вон, сестрица твоя, так мужика толкового не нашла! Нет бы самой родить, так она херней всё занималась, в неженские дала всё лезла да лезла, а по итогу вот что, одна деток теперь поднимать станет.

— Ага, ага...

— ЭКО-шмако, тьфу. То ли дело, мальчишки. С ними мороки, ну, никакой. А твою сестру я в своё время, знаешь, как пасла, чтобы в подоле раньше времени не принесла.

У меня дернулся глаз. Егор покраснел, сатанеет. Неудивительно, что мы, повзрослев, маму редко навещаем.

— Так, Люська, то ж напаслась, что и пришлось теперь делать Эки эти, — смеется соседка. — А не пасла, так, может, и вышло б чего.

Врыв хохота неприятно давит на уши, мама злобно сопит.

— А это, Танька, не твоего ума дело, но я вот молюсь, чтобы мальчишки у Машки родились, девки нам не нужны.

Мнение мамы гости разделяют пятьдесят на пятьдесят. Переглядываюсь с братом, посылаю ему, мол: крепись. Брат кисло улыбается.

Беру стакан с соком, выпиваю половину и, звучно поставив на стол, так, что все обращают на меня внимание, сухо говорю:

— Мам, вот зря я тебя раньше к психиатру не отправила голову подлечить, твоя мизогиния не нормальна, спасибо за всё, я наелась по гланды. Мне пора.

— Машка, ты что такое говоришь?! Типун тебе на язык за такие слова!

— Правду говорю. Всё, я ухожу. Всем спасибо. И да, мам, я буду рада, если у меня будут девчонки, но с твоим таким отношением ты их точно не увидишь, меняйся, пока не поздно.

— Машка, — хватает ртом воздух, таращится на меня изумленно. Не, ну, а что она вот хотела, сколько можно молчать и терпеть? Надоело.

Егор поднимается следом, тянет бледную Ленку.

— Мы тоже пойдем. Наелись. Спасибо, ма. И да, к девчонкам нашим бесполезным ты лучше не приезжай, ладно? Маш, тебя подвезти?

— Нет, я на машине. Спасибо.

Прощаемся с гостями, с растерянной мамой, та пыталась нас удержать, говорила всякое разное, в общем, слышать я теперь не хочу. Надоело, вот честно. Брату тоже. Ленку так и вовсе жаль. Лучше бы мы вообще не приезжали. К чему это всё?

— Ты заглядывай к нам почаще, — клюет в щеку брат на парковке. — Девчонки скучают по тетке. И Ленке будет веселее.

Жена брата робко улыбается и кивает.

— Забегу как-нибудь, скоро времени у меня на это будет предостаточно.

— О, да, — закатывает брат глаза. — Ты просто не знаешь, что тебя ждет впереди.

Почему же. Представляю.