Тайные близняшки президента

Глава 13

Ярослав

Стою у окна, в молчании изучая свинцовое небо, такое же тяжелое и хмурое, со сверкающими молниями-вспышками, как и то, что творится на душе.

Сквозь хмарь проклевывается робкий лучик солнца, опять-таки в полной мере отражая творящуюся солнечную бурю в грудине.

За спиной топчется с несчастным видом секретарь, министр здравоохранения и ещё пара тупых бесполезных людей. На столе — папка с личным делом женщины, некой Марии Ивановны Пуховой и двух её малолетних дочерей.

Её дочерей. ЕГО! Твою мать, малолетних дочерей. Условно, но сути не меняет. Язык жжет трехэтажный отборный мат.

— Ну, и как это произошло? — спрашиваю сухо. — Как? Макар, тебя в первую очередь спрашиваю.

— Мы сами не совсем понимаем, Ярослав Николаевич, — лепечет секретарь. — Всё же проверяли, материал был уничтожен.

— Я вижу, — оборачиваюсь к столу и киваю на папку, — как они уничтожены.

— Мы сами только всё узнали благодаря тому, что кровь объектов…

— Объектов? Это две малолетние девочки, министр.

— Девочек, — быстро исправляется, оттягивая ворот сорочки. — Да. Образцы крови девочек сдали в дээнкатор и занесли в базу, Ярослав Николаевич, собрали досье.

— Гм. Что прикажете делать, Ярослав Николаевич? Исправить, эм-нем, ошибку? Можем тихо сработать, и никто ничего не узнает. Подхороним в могилу аккуратненько, тихо, мирно, спокойно...

— Макар, — склоняю к плечу голову, изучая этого смертника. — Ты совсем мозги растерял? Какое похороним, млин? Чтобы не слышал больше такого рожна. В любом случае, эти девочки, как бы они ни появились на свет, мои дочери, ты понял меня? Головой теперь за них отвечаете!

— Поняли, Ярослав Николаевич. Не горячитесь. Так какие наши действия?

Отворачиваюсь снова к окну.

— Вы, Павел Семенович, — министру, — в краткие сроки разузнайте, каким образом произошла эта… ошибка. Намеренно либо нет.

— Сомневаюсь, что нет, Ярослав Николаевич.

Я тоже сомневался. Сильно сомневался.

— Найдите главврача той клиники, со всем персоналом, и хорошенько потрясите.

— Сделаю, всё сделаю. Могу идти исполнять?

— Идите. На связи.

Хлопок двери.

— Ну, а ты, Макар. Организуй тихую слежку за девочками, приставь охрану, я хочу знать, что они в безопасности, и я хочу знать о них всё, даже то, что они сами не знают.

— Понял, сделаем. Прослушку организовывать?

— Да.

— Понял. Уже.

Вновь полуобернулся.

— И? Что удалось узнать?

— Это мать женщины, Марии этой, эм, Ивановны, она взяла у девочек кровь и занесла в базу.

— Зачем?

— Хотела знать, кто их отец.

— Тот же вопрос.

— Не знаю, Ярослав Николаевич.

— А надо бы знать.

— Узнать?

— Ну, естественно. И все материалы мне на планшет вывести.

— Понял. Пришлю спеца. Могу идти?

— Давай.

— Только позвольте напомнить, у вас конференция…

— Я всё это помню, расписание у меня перед глазами.

— Понял. Устраняюсь.

Оставшись один, горько хмыкнул, ощущая себя новым русским, крышевателем и криминальным авторитетом в одном флаконе. Если бы всё так было легко.

Взял в руки папку, принимаясь рассматривая изображение хорошенькой, но очень усталой на вид девушки с русыми волосами, затем девочек, — красавицы получились, обе в мать пошли, от него только губы и подбородок.

Даша и Саша. Им шли эти имена.

Его дочки.

Всё никак поверить не мог. И не сможет ещё долгое время.

Вернулся к женщине.

Мария. Маша.

Захлопнул папку:

— Как же мы с тобой так вляпались, Маша?