Тайные близняшки президента

Глава 26

Честно, на мгновение я сильно испугалась, сама так и не поняла, чего именно, а булки конкретно так поджались. Но зря я думала о Ярославе плохо, — он пусть до конца не развеял мои страхи, однако существенно снизил градус нервозности спокойным ответом:

— Мария, хочу прояснить один нюанс, так скажем, на берегу.

Инстинктивно подобралась.

— Я не собираюсь ни в коем разе лишать вас дочерей, а близняшек — матери, если желаете и вам так будет спокойно, конечно, мы с вами подготовим прозрачный контракт-соглашение касательно опеки над детьми, но и вы поймите меня: раз так вышло, что я неожиданно вдруг стал отцом сразу двух малышек, пусть и посредством ЭКО, я хочу принимать участие в их жизни как отец, понимаете?

— Не совсем. Что вы имеете в виду?

— То, что и сказал. Я хочу быть девочкам не простым спермо-донором, уж простите, — мои скулы помимо воли порозовели, по крайней мере, я хорошо ощутила, как щекам стало жарко. — А отцом. Проводить с девочками время, когда наша непростая ситуация разрешится, брать их в свой дом на выходные либо же на один день, график установим, вероятно, в первое время это будет несколько часов, на этот счет у меня имеется одна хорошая мысль, чтобы не терять попросту время и ускорить притирку.

Виски неприятно заныли. Потерла их. Слова Ярослава, да, успокаивали, но и сбивали с толку.

— Как ускорить?

— Всё просто, — он улыбнулся. — Так как вы будете жить в моей резиденции, на это время и я буду проживать с вами, дом большой, не волнуйтесь, каждый будет жить в отдельных комнатах.

— И девочки? — голос снова сел.

— Если пожелают отдельную комнату, конечно, и девочки.

— Понятно, — еле слышно.

— Мария, надеюсь, вы не станете препятствовать моему общению с дочерями? — и вновь тот самый тяжелый убийственный взгляд.

— Нет. А если девочки сами не пожелают с вами общаться, не думали об этом? Всё же им скоро семь, уже не такие маленькие, чтобы многого не понимать.

— Да, о пробирках наслышан, — усмехнулся мужчина, и меня моментально подкинуло.

— Вы прослушиваете нас?!

— Конечно, — буднично. — И да, это не особо законно, понимаю ваше возмущение, но речь идет о безопасности девочек.

Сдулась проколотым воздушным шариком. Ну, что за мужчина! Ему палец в рот точно не клади, откусит по туловище. Собственно, о чём я вообще, он же… да все и так знают, кто!

— Ладно, забудем пока об этом. А как вы вообще видите этот переезд? Что мне говорить девочкам?

Если он сейчас спихнет всю ответственность на меня, я даже не знаю, разочаруюсь, что ли. Впрочем, на мои разочарования ему должно быть плевать.

— В этом вопросе несколько вариантов разрешения ситуации, — ничуть не смутился Ярослав, чем, честно говоря, меня немало изумил. — Объяснить всё как есть, конечно же, в рамках допустимого для детской психики, допустим: я, как их отец, узнал об их существовании, нашел вас, их маму, и решил принимать участие в их жизни, и второй: скажите дочерям, что вы с ними отправляетесь в небольшое путешествие, отдохнуть за город, например, а там перейти спокойно и неторопливо к первому варианту, всё же, рано или поздно девочкам придется узнать обо мне, как об их отце.

— А как перейти? — я себе немного напоминала глупую гусыню, и ничего с этим поделать не могла.

— На словах проще простого, Мария, — очередная белозубая улыбка. Наверняка у президента дорогие люксовые коронки виниры стоят. — Первый день адаптационный, вы спокойно разместитесь с помощью моей прислуги и проведете день с дочерями, во второй пригласите на ужин меня, своего знакомого или хозяина дома, здесь нужно подумать, план такого характера никогда, на мой вкус, не бывает сверхточным в том плане, что его трудно спрогнозировать.

— Да, понимаю. Если вы не против, я подумаю над этим пока.

— Конечно. Меня устроит любой вариант из озвученных. Насчет контракта, как я и сказал, ничего не имею против, вы хотите привлечь Егора Пухова в качестве юриста, верно понимаю?

— Всё-то вы знаете, — буркнула и осеклась, я сказала это вслух?! — Ой. Простите…

Ярослав бархатно рассмеялся.

— Не извиняйтесь.

— Естественно, вы знаете, я бы на вашем месте тоже бы прошерстила всю подноготную до седьмого колена. Ничего не говорите, ладно? Мне и так не по себе.

— Хорошо, не стану. Если вы не против, я сам свяжусь с вашим братом и улажу этот момент, или вы хотите непосредственно активно участвовать в составлении соглашения?

— Нет, брат знает все тонкости и нюансы получше меня.

— Хорошо, договорились. Единственное, составление соглашения займет какое-то время, а я намереваюсь забрать вас уже завтра, сами понимаете, мне бы не хотелось повторения вчерашнего инцидента, и уж если совсем откровенно говорить, я бы забрал вас уже сегодня, с этим могут возникнуть проблемы?

Это он явно о том, встану ли я в позу зю и начну орать, что только после моего трупа, точнее, после уже заключенного договора. Боже, какой это всё бред. О чём мы вообще говорим, если девочкам реально угрожают? Подавив нерациональную злость, отрицательно мотнула головой.

— Нет, но... Лучше всё-таки завтра.

— Хорошо. Завтра так завтра.

— Только можно после обеда, часа в четыре, чтобы я успела собрать вещи и хоть как-то подготовить близняшек?

— Да, на четыре — отлично. Что дальше в вашем списке вопросов?

Невольно дернулась.

— Раз вы знаете о списке, то наверняка и знаете о тех вопросах, — выдавила ядовито.

— Мог бы, но не стал влезать куда не следовало. Итак?

Вздохнув, снова потерла виски.

— Как надолго, по вашему мнению, затянется это, эм, дело?

— От двух недель до трех месяцев, думаю. Плюс-минус. Что бы вы ни думали, но мы не в кино, такие вопросы не решаются слишком быстро, много вводных и огрех, как минимум, шавок, прошу прощения, шестерок, то есть, простых исполнителей…

— Я поняла.

— Да, их отловить не просто, но не верхушку айсберга.