Тайные детишки от ассистентки. Предательство прошлого

Глава 6

Лев

— Заказывай всё, что хочешь, — протягиваю ей меню и слежу за ней внимательно. — И желательно побольше, — добавляю, когда, едва открыв книгу, она уже собирается позвать официанта и сделать свой заказ. Она не любит ждать, когда я решу. Ведь я выбираю дольше, чем она. Гораздо дольше. Порой ей уже принесут, а я только с первым блюдом определился.

— Чтобы домой колобком катиться? — спрашивает с улыбкой и вновь раскрывает папку меню. — Я много есть не хочу. Закажу пасту и в основном сладкое. Хорошо? Такой выбор тебя устроит? — интересуется, и я киваю. Знаю я этот ресторан и то, сколько пасты они дают. А Ярослава не любит ничего оставлять на тарелке. Ей кажется, что таким образом она своё неуважение к труду повара покажет.

— Вино? Сок? — интересуюсь, решив в этот раз не акцентировать внимание на меню. Возьму то же самое, что и она, и салат с говядиной, который обычно здесь беру.

— Я сейчас на таблетках, — отнекивается Громова. — Мне алкоголь нельзя. Буду гранатовый сок и яблочный.

— Я тоже не буду алкоголь, — киваю, соглашаясь с её выбором. — Мне ещё до дому тебя везти.

— Подвезёшь? — губы в улыбке растягивает довольной. — Я бы тоже на машине ездила, но мне врач пока запретила. Таблетки, которые я принимаю, замедляют реакцию. И, в общем, мама и сестра настояли на том, чтобы я не садилась за руль, а семья меня в случае чего подвезёт, куда мне нужно.

— Ты уверена в таблетках, которые принимаешь? — спрашиваю её, чисто как врач. Да и беспокоюсь я о том, что она принимает. Действие не всех лекарств проходит бесследно. Стефа принимала одни, и они вызвали у неё зависимость. Пришлось даже в специализированную клинику её положить.

— Да, — отвечает Яра, улыбнувшись мне. — Братья нашли хорошего психиатра. Да и Адам, муж Миры, психолог — и он сказал, что они безопасны. Привыкания и никаких побочных эффектов, кроме заторможенности реакции, не вызывают.

— Может, мой знакомый тебя посмотрит?

— Не заморачивайся, — взмахивает рукой. — Всё хорошо. Я нормально себя чувствую.

— Яр, — тянусь к её руке. — Я дурак, да? Стоило утром себя иначе повести?

— Я ждала тебя, чтобы сказать, что готова попробовать ответить на твои чувства, — рассказывает она, мягко улыбаясь. — Но ты должен понимать, Лев, что со мной не всё в порядке. Я подвержена истерикам и иногда могу заплакать от того, что другим людям кажется мелочью.

— Я понимаю это, — вздыхаю. — Яр, но у меня тоже есть некоторые… изменения в жизни. И не все тебе могут прийтись по душе. Некоторые и вовсе повергнут в ужас.

— Ты решил стать Франкенштейном и теперь собираешь людей по частям? — предполагает шутя.

— Нет, — мотаю головой, поддавшись её шутке.

— Ты переделываешь лица преступникам? — уже серьёзнее спрашивает и даже шёпотом.

— Нет!

— Тогда, может, все эти сложности завтра? — предлагает она, ослепив меня улыбкой. — А сегодня пообедаем, после ты отвезёшь меня — и?..

— Поехали со мной на мою работу? — неожиданная мысль, возникшая в моей голове, сама срывается с языка.

— Я? С тобой? — неуверенно переспрашивает она.

— Не хочу тебя отпускать, — признаюсь и решаю говорить с ней открыто. Не хочу я больше скрывать от неё своих чувств. — Мне кажется, что только я отпущу тебя, и всё пропадёт. Всё окажется сном или даже хуже… кошмаром.

— А мне можно с тобой? — хмурится, размышляя над моим предложением.

— Прикинешься моей ассистенткой, — легко выдаю легенду. — И будешь с умным видом выполнять мои задания.

— Это безумие! — выдыхает она. — Но я согласна! А мне халат дадут?

Кому что, а Яре нужен халат. Может, стоило с этого и начать? Ярослава любит перевоплощаться в разных героев, чем и заслуживала в своё время места в школьных спектаклях, где играла исключительно главные роли.

— Работа будет до поздней ночи, а затем я тебя отвезу домой.

— А зайдёшь? — неожиданно интересуется. — Я скажу маме, и она плюшек сахарных сделает. Хочешь? — бьёт она по самому больному. По тому, что я люблю.

— Сахар? — облизываюсь на это слово.

— Ты не ешь сахар?

— Только когда мне разрешают.

— Чего? — кривится, как Анфиса, когда я спрашиваю её о том, чего она не понимает.

— Потом расскажу, — обещаю ей. — Но… а ты можешь попросить маму сделать ватрушки? Там сахара меньше ведь?

— Ну, конечно! — вновь зубы скалит. — Значит, зайдёшь?

— У меня есть выбор?

— Нет, — мотает головой и всё больше Анфису мне напоминает. — Я так рада, что ты вернулся, Лев. Мне безумно тебя не хватало. Когда ты уехал, я словно часть себя потеряла. Я не могу ни с кем сойтись в интересах. Ты единственный меня всегда понимал и мог перенастроить в случае чего. А другие — они… не знаю. Они словно не с той планеты.

— Я тоже скучал, — шепчу. — Очень.

— Почему ты тогда не появился? Столько лет прошло! Мог бы хоть раз в год…

— К сожалению, к тому моменту, когда я мог вернуться, я уже совершил то, что не давало мне прийти к тебе, — вздыхаю, вспоминая эти две причины, которые теперь живут в моём доме и называют меня “папой”.

Ярослава

— Надевай, — протягивает мне халат, который я больше всего во всей этой затее ждала. Но на мне эта белая вещица смотрится ужасно отчего-то.

Хотя это легко объяснить. Размерчик у халата не мой, а стандартный. Поэтому и висит всё.

— Они так все странно на меня смотрели, — говорю про девушек, которые на ресепшене сидели и ключи от кабинета Льву передавали.

— Они не поняли, кто ты, и почему я тянул тебя за руку, — безразлично кидает он, а я будто вновь в школе, где все влюблены в моего лучшего друга, а он со мной возится.

— А давай я сейчас буду кричать, а потом ты выйдешь весь в крови? — предлагаю со смехом. — И ты скажешь: “Кто следующий?” Вся очередь разойдётся. И тогда мы будем кофе пить спокойно.

— Не выйдет, — одевается он в свой медицинский костюм. — Там только три моих клиента записанных, а у меня сегодня вся запись.